Политические стереотипы

Обычно структура стереотипа включает центр, «стержень» и «периферию». Как правило, в центре такого образа располагаются один-два наиболее заметных, ярких, эмоционально воспринимаемых признака (например, для этно-политических стереотипов это черты внешности  — цвет кожи, форма глаз, размер носа, цвет волос, или одежды (тюбетейка, халат, кепи-«аэродром»); для социально-политических — символы: флаг, герб, значок, отлитый  в лозунг девиз, афоризм, программная  фраза, с которыми напрямую связывается  «периферия» — те или иные черты  характера и поведения (стереотип  человека), свойства явления, истоки и  последствия события или процесса.

Механизм действия стереотипа заключается в том, что «узнавая»  по внешним приметам в реальной жизни  объект или явление, люди автоматически  домысливают, добавляя в своем восприятии в отношении них те характеристики «периферии», которые им навязываются (услужливо «под-сказываются») устоявшимся  стереотипом. После этого следует  вывод, определяющий социально-политическое поведение человека. Например, увидев субъекта определенной наружности, легко  «вспоминается» манера поведения похожих  личностей, скажем, на рынке, что ведет  к «естественному» заключению: с  ним надо «держать ухо востро». В  социально-политическом отношении  избирательные кампании в СССР 1989—1990 гг. отчетливо показали: достаточно кандидату было произнести своего рода «пароль», предъявить некий «опознавательный знак» в виде слова «демократ» или некоторых других ключевых для  данного стереотипа слов (а подчас обходилось и без слов — достаточно было, скажем, появиться в майке  с надписью «Вся власть советам!», «Перестройка»  и т. п.), как почти автоматически  вызывалось решение электората голосовать за данного кандидата. И наоборот: близость к официальным структурам и наличие соответствующих признаков  приводили в действие стереотипы «стагната» и «партократа», гарантируя отрицательное голосование.

Стереотипы представляют собой мощнейшее средство манипулирования  сознанием отдельных индивидов, групп и масс в политике. С этой точки зрения, содержательно стереотип  можно определить как постоянно  декларирующиеся и навязывающиеся людям стандартные единообразные  способы осмысления и подходы  к социально-политическим явлениям, объектам и проблемам, как общественно-политические каноны и «истины» — нормы, ценности и эталонные образцы политического  поведения, постоянно повторяемые  и используемые политической элитой, поддерживаемые и распространяемые массовыми информационно-пропагандистскими  средствами, подкрепляемые карательными органами в целях удержания основной массы членов общества в единообразном  нормативно-послушном состоянии. В  содержательном отношении, совокупность подобных стереотипов составляет идеологию  или идейно-политическую основу данного  общества. Согласно манипулятивно-идеологической точки зрения, стереотипы делятся  на «истинные» (обычно, «наши») и «ложные» (как правило, «не наши», поддерживающие противоположно ориентированную в  идеологическом от-ношении социально-политическую систему).

Всякая социально-политическая система создает набор определенных стереотипов, следование которым необходимо для успешного функционирования данной системы. Обычно они существуют и поддерживаются на трех основных уровнях. Во-первых, стереотипы индивидуального  политического сознания и поведения, подкрепляемые стереотипами соответствующих  позитивных и негативных санкций  — например, вкладываемые в содержание понятия «законопослушный» (добропорядочный, лояльный и т. п.) гражданин. Во-вторых, стерео-типы группового политического  сознания и поведения — например, традиции того или иного этноса, слагаемые «профессиональной чести», уставы политических партий и движений и т. п. В-третьих, стереотипы политического  сознания и поведения члена общества (социально-политической системы) в  целом.

Социально-политические системы  различаются по степени стереотипизации  сознания и поведения людей. Если в условиях тоталитарного общества набор стереотипов предельно  узок, следование ему строго обязательно, а отклонения жестко и неотвратимо  наказуемы, то в демократическом  обществе допускается значительно  большая степень свободы. В условиях последнего происходит своеобразная плюрализация стереотипов, за счет чего достигается  значительное освобождение человека от необходимости и обязательности единообразного послушания. Тем самым, не избавляясь от стереотипов полностью (это практически невозможно, ибо  противоречит человеческой природе  и закономерностям функционирования психики), достигается высвобождение  творческих возможностей человеческого  восприятия, мышления и, в конечном счете, всей деятельности. Проявляясь в плюрализации форм политической жизни  и деятельности, это в свою очередь  усиливает процесс дестереотипизации  социально-политической системы и  способствует ее дальнейшему развитию.

С политико-психологической  точки зрения, процесс демократизации и перехода от тоталитарного общества к иным, более свободным формам социально-политической организации  достигается двумя путями, Во-первых, это достигается посредством  целенаправленного разрушения или  самораспада единого стереотипа (например, «общенародного» или даже общегруппового — типа национально-этнического, классового, партийного и т. п.). Во-вторых, это достигается разрушением  «общего» интереса, подчиняющего себе каждого отдельного человека, и укоренение ценности индивидуальных интересов  и,  соответственно, индивидуально-личных взглядов в политике. В результате этого распада, в идеале, возникает  модель общества как действительно  само организующегося сообщества индивидов, состоящего из людей с максимально  высоким уровнем развития политического  сознания и поведения, способных  на самостоятельный осознанный социально-политический выбор.

 

 

 

 

 

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

«Мыслит стереотипами» —  кажется, так говорят о человеке с ограниченным набором понятий  о том, что такое хорошо и плохо  и как должен выглядеть «реальный  пацан». И этот набор — готовый  к употреблению продукт, над которым  не нужно размышлять, который не подвергается критике. Зачем нужна  нам такая пища для разума и  не вредна ли она для нашего душевного  здоровья?

Фильтруя реальность через  стереотипы, мы производим мыслительную и эмоциональную работу — подтверждаем свои знания о неком объекте и  одновременно даем ему свою оценку.

Один из первых исследователей стереотипов — Уолтер Липпман  — описал четыре свойства этих феноменов:

1. стереотипы всегда проще  реальности — они описывают  сложнейшие явления двумя-тремя  фразами (например, понятие «мужская  полигамность, выработанная в процессе  эволюции для максимально широкого  распространения генов» сокращается  до «все мужики ходят налево»);

2. стереотипы попадают  к нам в голову извне (в  детстве — от взрослых, затем  — из СМИ и от ближайшего  окружения), а не вырабатываются  на основе собственного жизненного  опыта; впитывая культурные стереотипы, мы принимаем их как непреложные  истины, не подвергая критике  и осмыслению;

3. все стереотипы ложны,  поскольку конкретной персоне  приписываются черты, которыми  он обязан обладать в силу  своей принадлежности какой-либо  группе («говоря о любви, индусы  переходят на язык музыки и  танца», «американцы едят только  гамбургеры», «староверцы носят  бороды до пояса»);

4. по своей убедительности  стереотипы сильнее реальности, разворачивающейся перед нашими  глазами: встретив серьезного  и делового индуса, мы покачаем  головой и решим, что это  был единственный в мире индус,  не танцующий и не поющий.

Из всего выше сказанного можно понять, что стереотипы всегда касаются какой-либо группы явлений, а  не конкретного единичного явления. Классическую формулу стереотипа можно  сформулировать так: «Все Х обладают свойством Y» — «все китайцы низкорослые» (притом что самый высокий игрок NBA Яо Минь, ростом 2 м 29 см — китаец), «рэп — это музыка для афроамериканцев» (Маршалл Брюс Мэтерс III, более известный  как Эминем, не мог бы с этим согласиться), «гольф — игра для богатых мужчин» (на XIX чемпионат России по гольфу были допущены 32 гольфиста и 16 гольфисток, две из которых профессионально  играют за рубежом) и т. д. Основой  для конструирования стереотипа может быть национальность («итальянцы не могут хранить верность»), раса («азиаты никогда не будут с  тобой искренними»), пол («бабы —  дуры»), возраст («молодежь сидит  на шее у родителей»), религия («ислам = террор»), профессия («все политики —  лжецы») и т. д.

Как пишет доктор социологических  наук Игорь Кон, «стереотипы —  неотъемлемый элемент обыденного сознания. Ни один человек не в состоянии  самостоятельно, творчески реагировать  на все встречающиеся ему в  жизни ситуации. Стереотип, аккумулирующий некий стандартизованный коллективный опыт и внушенный индивиду в процессе обучения и общения с другими, помогает ему ориентироваться в  жизни и определенным образом  направляет его поведение».

Кроме глобального упрощения  мира вокруг нас, стереотипы помогают нам находить общий язык с окружающими. Представители одной культуры образуют что-то вроде клуба по интересам, члены которого разделяют общие  убеждения. Благодаря стереотипам  появляются две группы: «мы» и «они», где «мы» — носители всего самого доброго и вечного, а «они»  — носители противоположных черт.

С одной стороны, это свойство человеческой психики помогает нам  чувствовать себя защищенными среди  своих, с другой — создает богатейшую питательную среду для ненависти  и страха.

Политический стереотип - это схематичное ценностно-ориентированное  представление о политике. В отличие  от политических символов стереотипы суммируют опыт лишь какой-либо отдельной  группы, причем в упрощенной и деформированной  форме. В обыденном сознании стереотипы выполняют функцию первичной  политической ориентации, создают определенный код политического поведения, независимый  от рационального анализа окружающего  мира. Стереотипы отличают сильной  эмоциональной окрашенностью. Они  ориентированы на иррациональное восприятие и активное отторжение любой противоречащей стереотипу информации. Характерной  чертой стереотипов также является их персонифицированность - приближенность к личному опыту индивида, ориентация на восприятие и интерпретацию событий  с точки зрения выбора индивидуальных поведенческих моделей.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Липпман, Уолтер. Общественное мнение/Пер. с англ. Т.В. Барчуновои Редакторы перевода К.А. Левинсон, К.В. Петренко. — М.: Институт Фонда «Общественное мнение», 2004. — 384 с.
2. Королько В.Г. Основы паблик рилейшнз. М., "Рефл-бук", К.: "Ваклер" - 2000. - 528 с.
3. Ольшанский Д.В.   Основы политической психологии. — Екатеринбург: Деловая книга, 2001. — 496 с.
4. Ядов В.А. К вопросу о теории «стереотипизации» в социологии // Философские науки. 1960. № 2; Он же. Идеология как форма духовной деятельности общества. Л., 1962; Уледов A.M. Общественное мнение советского общества. М., 1963; Власов А.И. В конфликте с реальностью. М., 1972; Гуревич П. С. Буржуазная пропаганда в поисках теоретического обоснования. М., 1978; Он же. Философия: Учебник для психологов. М., 2004.
5. Статья «Стереотипы в политике» П.С. Гуревича.
6. http://www.vuzlib.org/beta3/html/