Политические элиты

МИНИСТЕРСТВО  ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ И ТОРГОВЛИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 
 

РОССИЙСКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ  УНИВЕРСИТЕТ 
 
 

Кафедра Политологии. 

Факультет Коммерции и Маркетинга. 
 

       Контрольная работа

       по  Политологии. 
 

       Тема: № 3

       «Политические элиты». 
 
 
 

Выполнила:

Студентка 2 курса КМ-23 заоч/сокр. группы

Власова Д.К.

                                                      (фамилия, имя, отчество студента) 

Проверил:

Проф. Тоцкий В.П.

                  (должность, фамилия и.о. преподавателя) 
 
 

Москва 2011

План 

1. Введение………………………………………………………..3

 

2. Политические  элиты…………………………………………...4

 

3. Список  литературы…………………………………………….9

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

     Известно, что любое общество представлено управляющими и управляемыми, то есть теми, кто осуществляет в стране политическую власть, и теми, по отношению к кому эта власть осуществляться. Для характеристики управляющих употребляются разные понятия, но наиболее распространенным является «элита».      Понятие «элита» происходит от латинского «elegize» (обратить) и французского «elite» (отборный). В литературе можно встретить много разных определений элиты, когда имеется властвующая часть общества, правящий слой. Если суммировать различные точки зрения, то можно констатировать, что данным понятием обозначаются группы людей, имеющих высокое положение в обществе, обладающих престижем, властью, богатством, активных в политической и иных сферах деятельности.  Высшая политическая элита включает в себя ведущих политических руководителей и тех, кто занимает высокие посты в законодательной, исполнительной и судебных ветвях власти (непосредственное окружение президента, премьер - министра, спинакера парламента, руководители органов государственной власти, ведущих политической партий, политических фракций в парламенте).      Средняя политическая элита формируется из огромного количества выборных должностных лиц: парламентариев, сенаторов, депутатов, губернаторов, мэров, лидеров различных политических партий и общественно-политических движений, руководителей избирательных округов.          Административная элита (бюрократическая) - это высший слой государственных служащих чиновничества), знающих высшие позиции в министерствах, департаментах и других органах государственного управления.           Таким образом, элитарность современного общества - это реальность. Устранить же политическую элитарность можно лишь за счет общественного самоуправления. Однако на нынешнем этапе развития человеческой цивилизации самоуправление народа - это скорее привлекательный идеал, утопия, чем реальность.

Политические  элиты 
 

      Н.Панкевич исходит из совершенно иной исследовательской перспективы, предполагающей не с поиск независимых и объективных переменных, но интерпретацию субъективных целей вершащих политику авторов. В результате оказывается , что ни идеальной, ни универсальной моделей федерализма, обусловленных объективными факторами и способными стабильно функционировать в долгосрочной перспективе, просто не существует. Поэтому эволюция любого современного федерального государства не может быть объяснена преимуществами, декларируемыми той или иной привилегированной или всеобщей моделью федерализма, к которой могли бы эволюционировать ее неоптимальные формы. Следовательно, для понимая политической логики федерализма необходимо обратится к интересам, целям и мотивам ключевых политических субъектов, «здесь и сейчас» определяющих государственно-политические решения. Согласно исследовательской позиции Н. Панкевич, в роли такого рода субъектов выступают политико-административные и экономические элиты. (Полис №1 2010 г., стр. 174)  

      Н.Панкевич выделяет 3 этапа изменений новейшего российского федерализма, причем их временная градация весьма условленна, поскольку федерализм как многофакторный процесс является непрерывным в отличие, например, от электоральных циклов.

      На  первом этапе, в 1990-1992 гг. в России, переживавшей переход от фактического к юридическому оформлению своего сувениренитета, доминировала сецессионная модель федерализма с конкурентным распределением ресурсов между федеральным центром и регионами государства. При этом начальный состав участников федеративного процесса был ограничен: «Событийно данный период связан с принятием Декларации «О государственной независимости РСФРС» и подписанием Федеративного договора, осуществившем первичное определение формата российской государственности и ее нормативное закрепление».

      Второй  этап новейшего российского федерализма (1993 – 1998 гг.), связанный с практической реализацией основных положений Конституции РФ тяготел к дуалистической модели. Для него был характерен неконкурентный тип распределения формирующимися элитами ресурсов, слабая вертикальная интеграция региональных элит и незначительное взаимопроникновение разных типов элитных групп. Основным результатом данного периода стали диверсификация и функциональное усложнение российский элит: разделение политической и административной элит, формирование самостоятельной экономической элиты в ходе приватизации, осознание дифференциации федеральных, региональных и местных интересов. Особое значение получили «договорные практики», вносившие существенные дополнение к федеративной модели, закрепленной Конституцией. Например, благодаря «двойным стандартам» некоторые регионы – Татарстан, Башкортостан или Якутия – добивались права не платить налогов в федеральный бюджет. Таким образом, дуалистическая модель федерализма в ее российском варианте оказалась чрезвычайно ассиметричной, а постоянно корректируемые полномочия и правила затрудняли осуществление стабильной экономической и политической деятельности.

      Наконец, начиная с 1999 г. по настоящее время  можно наблюдать третий этап, который  все отчетливее тяготеет по своим  признакам к включительной модели федерализма, имевшей место в период СССР и связанной с подавлением всех признаков суверенитета, отвоеванных ранее региональными элитами. Здесь распределение ресурсов остается относительно неконкурентным, однако активизируются процессы вертикальной интеграции элит, связанных с усилением федеральных элит и встраиванием региональных и местных элитных групп в различного рода подконтрольному федеральному центру вертикали. Слияние элит сопровождается их взаимопроникновением и иерархическим контролем, в частности, через механизм «партии власти», при ведущей роли административно-государственной элиты. (Полис №1 2010 г., стр. 177-178) 

      Н.Панкевич подчеркивает, что интенсивная межэлитная диффузия, совмещение и интеграция функциональных элит создает все условия для вырождения федеративных моделей (Полис №1 2010 г., стр. 178)  

      Переходя  к проблема развития России в условиях мирового кризиса, следует отметить, что Н.С. Розов не уходит от понимания  важности внутреннего развития страны. «На мой взгляд, боятся нам нужно  внешнего империализма, который, конечно же, блюдет свою выгоду, в том числе и относительно богатой ресурсами России. Боятся нужно монополии распоряжения национальными богатствами и бесконтрольности наших же российских властей, которые всегда бесчинно выгребали из России и из Сибири в особенности все, что пользуется внешним спросом. (Полис №6 2010 г., стр. 86)  

      Еще в начале текущего века в беседе с генеральным секретарем Всемирной  федерации исследования будущего Тони Стивенсоном Н.С. Розов сказал: «…. океан будущего – это отнюдь не гладь лазурной воды, а полная опасностей стихия. Этот сложный мир может включать и случайность, и мощные течения, и необходимость выбора в развилке путей, и следование за флагманом». На вопрос же, как быть, автор отвечал: «главное – это выбор сознания, о которых мы говорили выше. Причем цели движения должны не только быть привлекательными для вырвавшихся вперед флагманов, но и для миллионов голодающих». «Второе – учет закономерностей общего движения и наиболее мощных течений – это то, что я пытался раскрыть через модели мегатенденции мирового развития.  (Полис №6 2010 г., стр. 88) 

      Представители политико-административной элиты нашей  страны сетуют на то, что в России нет четкого законодательного закрепления  сути самого понятия инновационного развития , что мешает, в свою очередь, разрабатывать и проводить инновации в жизнь. « В Российском законодательстве, - подчеркивает глава Федеральной антимонопольной службы И. Артемьев, - нет юридического определения этих терминов, а это значит – юридически невозможно применять к инновационным предприятиям льготы, в том числе и по государственным закупкам» (Власть №9 2010 г. стр. 84)  

      Основным  механизмом реализации Стратегии развития Сибири до 2020 года является государственно-частное  партнерство (ГЧП). Благодаря ГЧП, как отмечает полномочный представитель Президента РФ в Сибирском федеральном округе А. Квашнин, «мы способны привлечь на один рубль государственных вложений пять-семь рублей частных инвесторов». (Власть №9 2010 г., стр. 84). 

      Крупная буржуазия, которая на Западе является проводником либерально-демократических идей , в России оказалась настроена куда более консервативно. Поэтому ее влияние на Ельцина, которое она получила в этот период, было использовано отнюдь не для расширения демократического пространства. Напротив, демократия представлялась российской бизнес-элите того времени прямой опасностью, так как проповедовала равные возможности для всех и, следовательно, отмену привилегий. Крупный бизнес, получив свои богатства благодаря связям с чиновниками, не хотел ни только демократии, но и открытого рынка.  

      Как справедливо отмечает О.Крыштановская, «крупные бизнесмены того времени стремились к ограничению демократии в политике, не понимая, что авторитарное государство представляет для них еще большую опасность. Политическое лоббирование финансовых магнатов 1990-х годов шло в направлении отказа от выборов как от основного политического механизма, к удлинению сроков полномочий выборных органов и, наконец, к превращению демократии в декорацию. Именно эта логика и принуждала олигархов поддерживать Ельцина на выборах 1996 года и в тоже время другой рукой помогать левым силам во главе с КПРФ. Неокоммунисты казались олигархам менее опасными, чем крайние правые с их неумеренным либерализмом. Это приводило к регулярному сокращению электоральной поддержки либерально-демократических партий и их поражению в ходе последующих парламентских выборов (Власть №6 2010 г. стр. 102). 

      Представители политико-административной элиты нашей  страны обоснованно сетуют на то, что в России нет четкого законодательного закрепления сути самого понятия инновационного развития, что мешает, в свою очередь, разрабатывать и проводить инновации в жизнь. «В российском законодательстве,  - глава Федеральной антимонопольной службы И. Артемьев, - нет юридического определения этих терминов, а это значит – юридически невозможно применять к инновационным предприятиям льготы, в том числе и по государственным закупкам». (Власть №9 2010 г. стр.84)

 

      Список  литературы 

1. Власть  №6 2010 г. Стр 88
2. Власть №6 2010 г. Стр 102
3. Власть №9 2010 г. Стр 84
4. Полис №1 2010 г. Стр 174
5. Полис №1 2010 г. Стр 177-188
6. Полис №6 2010 г. Стр 86