Формирование билингвизма у детей дошкольного возраста

Так, в ходе наблюдений были выявлены ошибки при усвоении категории  рода. Причиной здесь также можно  назвать интерференцию языков. В  армянском языке отсутствует  категория рода, поэтому подобного  рода ошибки типичны для большинства  армяно-русских билингвов. Испытуемый не способен различать родовые окончания в русском языке, из-за чего возникают такие ошибки как: я пошел, а ты покушала (обращаясь к мальчику), дедушка пришла и т.д. Как мы видим, эти ошибки не постоянны, т.к. в некоторых случаях ребенок говорит правильно, а в некоторых нет. Это говорит о еще не укрепившемся в сознании разделении на роды при говорении. Армянский язык такого не требует от говорящего, вследствие чего ребенок на подсознательном уровне не видит необходимости в этом разделении.

Много ошибок также допускается  при употреблении местоимений, когда  род местоимения и определяемого слова не согласовывались: мой кукла, твой одежда, наш комнатаи т.д. Кроме того были зафиксированы случаи ошибочного употребления местоимения по отношению к адресату: его игрушка (игрушка девочки), его ругай (девочку) и т.д.

Еще одной важной сферой, в которой испытуемый билингв  совершает морфологические ошибки, является категория числа. Такие  ошибки нетипичны для носителей  языка в этом возрасте. Русскоговорящие  дети усваивают категорию числа  более полноценно уже к 3 годам, однако для нашего испытуемого билингва сама форма образования множественного числа непривычна, хотя понимание  множественного числа в сознании ребенка присутствует. Так, ребенок  пытался образовать множественное  число русского слова при помощи армянского окончания множественного числа -нер (арм. -ներ), образовав формы очкинер, стулнер, часынер и т.д. Следует отметить, что такие ошибки происходят только с теми словами, чья форма множественного числа отличается от традиционного образования при помощи окончания –ы/и (Ср.: стул – стулья: очки, часы – неисчл.).

Еще один вид ошибок, связанный  с категорией рода, был отмечен  у испытуемого – использование  множественного числа глагола при обращении к одному человеку: пойдемте туда (обращаясь к одной девочке), возьмите (обращаясь к одной девочке). Утверждать, что ребенок сознательно использует уважительную форму глагола тяжело, т.к. она не знает, к кому надо обращаться с этой формой, к тому же такого рода ошибки в обращениях были замечены только при общении с ровесниками. Однако эти ошибки можно объяснить с точки зрения социальной жизни ребенка. В детском садике – где билингв познает второй язык естественным путем – используют множественное число, обращаясь ко всей группе детей, а наш испытуемый воспринимает такое обращение личностно, и тем самым такие фразы шаблонно закрепляются в сознании.

Кроме этого, многочисленны  ошибки при образовании глагольных форм. Зачастую из-за неумения спрягать глаголы ребенок просто использует форму инфинитива: папа тоже работать, ты меня поймать. Иногда испытуемый просто путает разные глагольные формы: я хочу играет, я буду прыгает. Бывают случаи смешения разных глагольных форм: я буду рисуеть. Такие ошибки свойственны и носителям языка, но в более раннем возрасте.

2.2.3. Ошибки на лексическом уровне при освоении второго языка

Большинство ошибок, связанных  с лексикой, происходят из-за отсутствия полноценной лексической базы второго  языка в сознании билингва. В связи  с этим в предложении, построенном  в основном на русском языке, имеют  место армянские слова, обозначающие реалии, наименования которых на русском  языке ребенок не способен вспомнить  во время спонтанного продуцирования речи. Например, во время исследования были зафиксированы следующие предложения: здесь мои сохи ( арм. սոխ [sox] – лук), я прыгаю в аваз (арм. ավազ [avaz] – песок), мы будем парел (арм. պարել [parel] – танцевать).

Следует отметить, что наименования данных реалий ребенок знает, так  как при просьбе перевести  эти слова на русский испытуемый без замедления справляется с  задачей и говорит  слова лук, песок, танцевать.

В ходе еще одного эксперимента, ребенку показывались картинки с  просьбой назвать, что на них изображено. Увидев на картинке фиолетовую сирень, испытуемый правильно ответил, сказав по-армянски յասաման (арм. [jasaman] – сирень), но при просьбе перевести на русский язык, испытуемый сказал фиалка. Это подтверждает наглядно-образное мышление билингва, которое применяется при назывании знакомых реалий на незнакомом языке (сирень на картинке фиолетового цвета, а значит и цветок – фиалка).

2.2.4. Ошибки на синтаксическом уровне при освоении второго языка

Синтаксис русского и армянского языков не имеет ярко выраженной интерференции, однако в ряде случаев более усложненная  синтаксическая система русского языка  приводят к ошибкам в речи билингва. Так, в процессе исследования были выявлены ошибки в употреблении несогласованных  определений. В армянском языке  определяемое слово идет после определения, в то время как русский язык тяготеет к обратному порядку. Исходя из этого, билингв совершал такие ошибки: Эдгара книга (вместо книга Эдгара), деревьев листья (вместо листья деревьев), света луч (вместо луч света) и т.д.

Простые предложения в  русском языке билингв продуцировал без особых синтаксических ошибок, несмотря на аналитическое образование  глагольных форм армянского языка. Это  говорит об уже глубоком уровне сформированности русского языка в сознании билингва.

В ходе интервьюирования были выявлены попытки билингва избегать синтаксических конструкций русского языка. Так, на просьбу сказать, что  изображено на рисунке, билингв говорил кошка и стул (кошка под стулом), собака и будка (собака в будке). При просьбе перевести эти конструкции с армянского языка на русский, билингв совершил ошибки в порядке слов из-за интерференции языковых систем: в армянском языке большинство предлогов постпозитивны. Так, испытуемый перевел словосочетание կատունատորի տակ է [katun atori tak ə] как кошка стулом под. Эта ошибка говорит о том, что в сознании билингв дословно переводит армянские слова и только после этого продуцирует русское предложение. Можно утверждать, что внутренняя речь билингва протекает преимущественно на армянском языке.

Исходя из всех проведенных  наблюдений и экспериментов, можно  с уверенностью говорить, что испытуемый является субординативнымбилингвом, в  сознании которого армянский язык воспринимается как родной, вследствие чего возникают  фонетические, морфологические, лексические  и синтаксические ошибки  преимущественно  из-за интерференции двух языковых систем.

Проанализированная научная  литература по проблеме исследования и проведенные исследования позволяют  сделать следующие выводы:

1) Для полноценного анализа  и получения достоверных результатов  исследования требуется использовать  комплексные методики изучения  билингвизма, которые дополняют  друг друга и обеспечивают  чистоту экспериментов. 

2) При формировании детского  билингвизма, основной причиной  ошибок является интерференция  двух языковых систем, но, тем  не менее, она не является  единственной причиной, и поэтому  исследователь обязан учитывать  возраст, интеллектуальные способности,  социальное положение и специфику  мышления испытуемого. 

3) Многие ошибки, совершаемые  билингвом при продуцировании  речи на неродном языке, свойственны и детям более младшего возраста, для которых этот язык является родным. Это показывает значимость правополушарного мышления при овладении языковой системой любого типа в ранний период.

4) Из-за усложненной синтаксической  системы изучаемого языка почти неизбежна интерференция и, соответственно, ошибки в речи билингва.

4) Дети-билингвы, находясь  на начальном этапе познавания  второго языка, преимущественно,  являются субординативными билингвами, так как их мышление и интеллектуальные  способности не позволяют осознавать  два языка отдельно друг от  друга, из-за чего дети сталкиваются  с проблемой смешения в сознании  двух языков.

5) Внутренняя речь билингва (при субординативном билингвизме)  в большинстве случаев протекает  на родном для него языке,  что также является одной из  причин ошибок при продуцировании  спонтанной речи.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Проанализированная научная  литература и языковой материал позволяют  сделать следующие выводы.

В ходе данной работы было выявлено, что учеными выделяются различные классификации билингвизма, каждая из которых характеризуется определенным аспектом изучения. В рамках классификации по признаку возраста выделяется детский билингвизм.

Изученные материалы работ  ученых о межполушарной асимметрии мозга говорят о функциональной важности асимметрии детского мозга, так  как детское мышление обеспечивается с большим преимуществом работой  правого полушария, что обеспечивает наглядно-образное мышление и сказывается  на процессе изучения ребенком второго  языка в онтогенезе.

Было также выявлено, что  в вопросах формирования речи у детей-билингвов должно учитываться интеллектуальное развитие детей. Так, учеными выделяются 4 стадии познания языка в соответствии с их возрастными и интеллектуальными особенностями: сенсомоторное мышление, наглядное (интуитивное) мышление, стадия конкретных операция и стадия формальных операций. При этом, наиболее значимыми являются первые две стадии, так как они происходят в дошкольном возрасте, а значит освоение новой языковой системы происходит преимущественно правым полушарием.

Замечено, что ошибки, совершаемые  детьми при продуцировании речи, отражают характер усвоения уровней организации  языка. В связи с этим, можно предполагать, что лингвистика языка познается детским мышлением в соответствии с уровнями языковой системы. При этом важно отметить, что чем сложнее система второго языка, тем больше вероятность возникновения интерференции, являющейся одной из основных причин ошибок в речевой практике билингвов.

В ходе ознакомления с исследовательскими подходами было выявлено, что изучение становления билингвизма требует комплексного подхода, а именно: сочетание ряда исследовательских методик, что обеспечит наиболее точные результаты. Однако анализ ошибок занимает главенствующую позицию в комплексном подходе, так как предметом исследования является именно детский билингвизм, а в качестве испытуемого выступает ребенок дошкольного возраста.

Проведенные исследования приводят к выводу, что основной причиной ошибок в речи билингвов является интерференция двух языковых систем, однако следует помнить, что не все ошибки можно и нужно объяснять различием языков, но также следует учитывать интеллектуальные способности билингва, возраст, мышление и социальное положение испытуемого.

Учитывая особенности речи и ошибки детей можно говорить о субординативном характере билингвизма, так как в их сознании происходит смешение двух языковых систем. Это показывают и эксперименты. Так, было выявлено, что внутренняя речь билингвов (при субординативном двуязычии) протекает преимущественно на родном языке; некоторые ошибки билингвов на определенной стадии изучения языка свойственны и детям-небилингвам, но в более раннем возрасте. Что в свою очередь подтверждает, что освоение языка в раннем возрасте принадлежит правому полушарию.

Такова специфика формирования детской речи в условиях билингвизма в процессе онтогенеза. В дальнейшем возможно исследование более высокой степени овладения языком – смешанного билингвизма.

 

 

 

 

 

 

ЛИТЕРАТУРА

 

1. Абаев В.И. Анализ различного рода речевых сигналов человеком в детском возрасте. —  Л., 1971. —215 с.
2. Абрамова  И. Е. Ярославский педагогический вестник — 2011 —  №1 —Том I  (Гуманитарные науки)
3. Верещагин Е. М. Порождение речи: латентный процесс (предварительное сообщение). — М., 1969. — 91с.
4. ГореловИ.Н., Избранные труды по психолингвистике. — М., 2003. — 320 с.
5. Залевская А. А. Введение в психолингвистику. — М., 1999. — 348с.
6. Межполушарная асимметрия. — [Википедия.Свободная энциклопедия] — Режим доступа:http://ru.wikipedia.org/wiki/Межполушарная_ассиметрия (дата обращения: 12.04.2013)
7. МихальченкоВ.Ю., Словарь социолингвистических терминов. — М., 2006. — 312 с.
8. Пиаже Ж., Инельдер Б. Генезис элементарных логических структур. — М., 2002. — 416 с.
9. Ротенберг В. С., Аршавский В. В. Поисковая активность и адаптация. — М., 1984. — Гл. III.
10. Спрингер С., Дейч Г., Левый мозг, правый мозг. Асимметрия мозга. — М., 1983. — 256 с.
11. Цейтлин С. Н. Язык и ребенок: Лингвистика детской речи. — М., 2000. — 240 с.
12. Швачкин Н. X. Развитие фонематического восприятия речи в раннем возрасте// Известия АПН РСФСР. — 1948. —Вып. 13.
13. Corder S.P. Error analysis // Allen J. &Corder S. (Ends.). The Edinburgh Course in Applied Linguistics. —Oxford, 1974. —Vol.3.
14. Corder S.P. The significance of learner’s errors // International Review of Aplied Linguistics. — 1967. — Vol.5. — P.161–170