Понятие третейского суда. Разрешение гражданских дел третейским судом

Глава 3.Третейское разбирательство гражданских споров

3.1.Компетенция третейских судов при рассмотрении гражданских споров

Третейское разбирательство споров граждан также регулируется Законом «О третейских судах в РФ». На разрешение третейского суда могут быть переданы любые споры о праве между гражданами, за исключением споров, возникающих из трудовых и брачно-семейных отношений. В соответствии со статьей 17 Закона «О третейских судах в РФ», третейский суд самостоятельно решает вопрос о наличии или об отсутствии у него компетенции рассматривать переданный на его разрешение спор.

 Третейский суд в  каждом случае организуется по  особому соглашению всех участников  спора. Он компетентен рассматривать спор только при условии, что между сторонами был заключен договор о передаче спора на разрешение этого суда.

 Третейское соглашение  заключается в письменной форме  и считается заключенным, если  под его условиями имеется  подпись сторон. Соглашение о  передаче дела на рассмотрение  третейского суда может быть  оформлено в виде отдельного  документа либо в виде оговорки  в основном договоре, заключенном  между сторонами.

 При несоблюдении письменной  формы третейского соглашения  оно считается незаключенным. Иных  оснований недействительности третейского соглашения Закон не содержит.18

 Говоря о третейском  соглашении, следует отметить, что  Закон определяет третейское  соглашение (также – третейская  запись) как соглашение (договор) сторон  о передаче спора на разрешение  третейского суда.

 Соглашение о передаче  спора на рассмотрение третейского  суда должно включать следующие  условия:

1. наименование сторон и место их жительства;
2. предмет спора;
3. наименование избранных судей;
4. срок разрешение спора;
5. место и время составления соглашения.

 После заключения соглашения  о передаче спора на разрешение  третейского суда односторонний  отказ от его исполнения не  допускается. Исключением является  случай, когда эта сторона докажет, что кто-либо из третейских  судей заинтересован в исходе  дела и что об этом обязательстве  ей не было известно при  заключении договора.

 Таким образом, вопрос  о наличии или об отсутствии  у него компетенции рассматривать  преданный на его разрешение  спор третейский суд решает  самостоятельно.

 В литературе часто  ставится такая проблема третейских  судов, как определение их статуса. По мнению Е. А. Виноградовой, законодательное  определение «статуса» постоянно  действующего третейского суда  не только противоречит определению  его как одного из видов  принципиально единого института  третейского суда по мере необходимости  и целесообразности на организации  различных организационно-правовых форм.19

 Закон «О третейских  судах в РФ» не определяет  статус третейского суда, созданного  при различных предприятиях, учреждениях, организациях. Вопрос о создании  третейского суда в качестве  коммерческой или некоммерческой  организации учредителем решаться  не может. Третейский суд является  некоммерческой организацией и  это положение императивно, так  как третейский суд является  одним из юрисдикционных органов защиты субъективных прав и его основной целью не может являться извлечение прибыли.

 Говоря о правах  и обязанностях третейского суда, следует отметить, что в соглашении  с судом стороны обязуются  друг перед другом подчиняться  велениям суда, а суд имеет  право отдавать обязательные  распоряжения, направленные на быстрое  и правильное разрешение спора  и обеспечение его исполнения. Так, в соответствии со ст. 25 Закона «О третейских судах в РФ» суд может не только вынести решение о применении обеспечительных мер, но и потребовать предоставить встречное обеспечение в связи с принятыми мерами.

 Суд обязан обеспечить  независимое и беспристрастное  рассмотрение спора, предоставив  сторонам равные возможности  для предоставления доказательств  и применяя принцип состязательности (независимость и беспристрастность  судей, а также состязательность  и равноправие сторон – принципы  третейского разбирательства).

 Основная задача суда  – вынести решение по спору.

Анализ практики арбитражных судов по рассмотрению дел о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда позволяет сделать вывод о наличии целого ряда вопросов, требующих разрешения.

Сложности формирования правильной судебно-арбитражной практики можно объяснить и несовершенством Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", и достаточно критическим отношением судей арбитражных судов к решениям третейских судов, и непониманием роли третейских судов и третейского разбирательства.

Пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебная защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется в соответствии с установленной процессуальным законодательством подведомственностью дел судом общей юрисдикции, арбитражным судом или третейским судом.

Законодательное решение об отнесении третейских судов к органам, уполномоченным осуществлять защиту нарушенных и оспоренных гражданских прав, породило дискуссию относительно проблемы соотношения компетенции государственных судов и третейских судов в Российской Федерации. Обозначились две позиции, которые можно рассматривать как диаметрально противоположные.

Сторонники первой из них высказывали точку зрения, согласно которой "внутренние" третейские суды занимаются деятельностью, в определенной мере сходной с оказанием платных юридических услуг, которая должна "эффективно контролироваться" государственными судами. Признавалось, что в случае, когда одна из сторон третейского соглашения (при действительности этого соглашения) возражает против рассмотрения спора в третейском суде, последний автоматически теряет компетенцию по рассмотрению спора. В этом случае отказ государственного суда в рассмотрении спора, по мнению сторонников данной позиции, должен рассматриваться в качестве нарушения права истца на правосудие. Эта позиция имела определенное влияние на судебно-арбитражную практику: в частности, арбитражными судами допускался односторонний отказ от третейского соглашения.

Указанная точка зрения критиковалась в литературе.20 Несогласие с ней высказал и Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации: в постановлении по конкретному делу он указал на ошибочность позиции, согласно которой в случае возражений одной из сторон против рассмотрения спора в третейском суде, несмотря на действительное третейское соглашение, третейский суд автоматически теряет компетенцию на рассмотрение спора. Такая позиция была признана Президиумом противоречащей статье 23 действовавшего в тот период АПК РФ (1995 года) и статьям 2, 3, 8 Временного положения о третейском суде для разрешения экономических споров.21

Вторая позиция по этому вопросу отличается другой крайностью: признается, что третейский суд, как и государственный суд, "несомненно осуществляет правосудие, а не оказывает сторонам "юридические услуги".22 При этом подчеркивается, что третейские суды не являются государственными судами, не входят в государственную судебную систему (и, более того, по своей природе не могут составлять какой-либо единой системы), не имеют вышестоящих судебных инстанций. Справедливости ради надо отметить, что сторонники второй позиции не склонны рассматривать третейские суды как некий аналог государственного правосудия. Иными словами, ими признается, что третейские суды по роду своей деятельности осуществляют нечто вроде "негосударственного правосудия".

Думается, что, как и первая, вторая трактовка природы третейского разбирательства также является юридически некорректной в силу следующего.

Наряду с законодательной и исполнительной властью судебная власть рассматривается как самостоятельная сфера публичной (государственной) власти. Судебная власть представляет собой совокупность полномочий по осуществлению правосудия, то есть полномочий по рассмотрению конституционных, гражданских, административных и уголовных дел в порядке, установленном законодательством о судопроизводстве (ст. 118 Конституции Российской Федерации). Таким образом, правосудие является формой государственной деятельности; осуществлять такую деятельность могут только специально созданные государственные учреждения - государственные суды, составляющие в совокупности судебную систему.

Третейские суды, как известно, в государственную судебную систему не входят и, следовательно, не могут осуществлять правосудия, являющегося, как было сказано выше, прерогативой государственных судов.

Вместе с тем третейский суд наравне с государственным судом уполномочен рассматривать (за определенными изъятиями) споры, возникающие из гражданских правоотношений, осуществляя защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав (п. 1 ст. 11 ГК РФ, п. 2 ст. 1 Закона о третейских судах). Обращение к третейскому суду за защитой нарушенных и оспоренных прав не противоречит Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод или Конституции Российской Федерации. И напротив, ограничение возможности частных лиц по использованию указанного вида судебной защиты (при юридической действительности третейского соглашения) не будет соответствовать конвенционному и конституционному положениям о праве на судебную защиту гражданских прав.

Третейский суд, осуществляющий судебную защиту гражданских прав, представляет собой альтернативу государственному суду. При этом нельзя не согласиться с мнением, что к альтернативной форме разрешения споров следует относиться как к системе, которая существует параллельно с правосудием и при этом не заменяет и не может заменить правосудие, не преграждает доступ к нему.

Между тем юридическая сила судебных актов, выносимых государственным, и в частности арбитражным, судом, значительно отличается от юридической силы решений, выносимых третейским судом.

3.2. Исполнение и оспаривание решений третейских судов

Решение третейского суда, принятое на территории РФ может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня получения стороной, подавшей заявление в районный суд, на территории которого принято решение третейского суда.23

Рассмотрение ходатайства об отмене решения третейского суда отнесено к подсудности районного суда, на территории которого оно принято, если иное не предусмотрено международным договором или федеральным законом.

Из положения ч. 1 ст. 420 во взаимосвязи со ст. 22 и ст. 418 ГПК РФ следует, что заявление об отмене решения третейского суда рассматривается по правилам производства в суде первой инстанции. Это, в частности, означает, что при его рассмотрении применяются положения о подготовке дела к судебному заседанию, о судебном разбирательстве, о порядке вынесения решения и др.

При рассмотрении заявления суд не разрешает гражданский спор по существу и не пересматривает решение третейского суда, а на основе исследования предоставленных сторонами доказательств устанавливает наличие (отсутствие) оснований для отмены решения третейского суда, предусмотренных ст. 421 ГПК РФ.24

Просьба заинтересованной стороны в случае несогласия с решением третейского суда может быть удовлетворена, если будет доказано, что:

1. третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным федеральным законом;
2. сторона не была уведомлена должным образом об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте третейского заседания, либо по другим уважительным причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения;
3. решение третейского суда принято по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения. Если постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением могут быть отделены от постановлений по вопросам, не охватываемым таким соглашением, суд может отменить только ту часть решения третейского суда, которая содержит постановления по вопросам, не охватываемым третейским соглашением;
4. состав третейского суда или процедура третейского разбирательства не соответствовали третейскому соглашению сторон или федеральному закону.25

Суд также отменяет решение третейского суда, если установит, что:

1. спор, рассмотренный третейским судом, не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом;
2. решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права.