Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации

Однако, как бы болезненно и противоречиво этот процесс не протекал, государство обязано брать на себя ответственность по гарантированию и обеспечению прав и свобод личности независимо от переживаемых в обществе коллизий.

Значимость для общества и стабильность социальной роли, выполняемой лицом, содержащимся под стражей в следственном изоляторе. Это проявляется в наделении следственно-арестованных специфическим правовым положением, закрепленным в федеральном законодательстве Российской Федерации. В основе правового положения лиц, содержащихся в следственных изоляторах, лежит совокупность прав, законных интересов и обязанностей, которые возникают у заключенных в результате ограничения, сохранения, конкретизации и дополнения правового статуса гражданина Российской Федерации. В качестве положительного момента следует отметить, что под правовой статус следственно-арестованных подводится современная законодательная база и система международных стандартов в области обращения с заключенными.

Необходимо постоянно учитывать существующее различие между следственно-арестованными и осужденными. Лица, находящиеся в предварительном заключении, считаются невиновными. Исходя из этого, на заключенных могут налагаться лишь такие ограничения и при таких условиях, которые бы гарантировали бы их участие в судебном разбирательстве, невозможность влияния на свидетелей и предотвращение совершения ими новых преступлений.

В качестве негативных тенденций следует отметить, во-первых, существенный разрыв между правовым и фактическим положением заключенных под стражу. Причины такого несоответствия связаны с недостаточным учетом в законодательной практике таких объективных факторов, как состояние нашей экономики, правовая культура населения, уровень преступности, общественное мнение и несовершенство реализации и организационной деятельности государственных органов в данной области общественных отношений.

Во-вторых, слабая государственная защищенность, выражающаяся в неспособности официальных властных структур реально гарантировать и обеспечивать права и законные интересы лиц, содержащихся в следственных изоляторах, в первую очередь, это касается чести, достоинства и безопасности следственно-арестованных. Отсутствие четких и эффективных правоохранительных процедур и гарантирующих механизмов.

Исполнение уголовных наказаний является одной из функций государственной исполнительной власти. Поскольку уголовное наказание назначается в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, их достижение является общей задачей учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания.

Достижение целей наказания в процессе его исполнения относится к числу важных и сложных проблем и предполагает создание специальной системы уголовно-исполнительных государственных учреждений и органов, подлежащих комплектованию подготовленными кадрами, обладающими глубокими знаниями права, педагогики, психологии и хорошими организаторскими способностями.

Основной проблемой остается несоответствие условий содержания арестованных требованиям российского законодательства и международным стандартам. В этой сфере в прошлом году комиссией Прокуратуры Челябинской области было выявлено в Следственном изоляторе 61 нарушение закона, что на 42,6% выше, чем в 2010 году, - говорится в докладе.

В документе отмечается, что «учреждение нуждаются в капитальном ремонте».

Тем не менее, прокуратура констатирует «значительное улучшение» условий содержания.

В документе говорится, что по инициативе Генпрокуратуры российским правительством было принято постановление, утверждающее новые правила медосвидетельствования подозреваемых или обвиняемых.

Это позволило освобождать из-под стражи лиц в связи с наличием у них тяжелого заболевания. Смертность среди арестованных, содержавшихся в СИЗО, в истекшем году снизилась на 11%.

На основе проведенного исследования проблем в целях улучшения правовых основ и практики реализации предварительного заключения в Следственном изоляторе, что должно положительно отразиться на упорядочении правового статуса заключенных под стражу, автор считает целесообразным предложить:

1. Создать судебные изоляторы, которые должны находиться в  системе Министерства юстиции  РФ и Судебного департамента. В них должны будут содержаться  лица, в отношении которых утверждено  обвинительное заключение и дело  направлено в суд. Тем самым, Следственный  изолятор освободятся от несвойственной  ему функции по содержанию  перечисленных категорий лиц.

2. Разделить следственные  изоляторы на федеральные, находящиеся  в административном ведении центральных  органов управления, и местные, подчиняющиеся  региональным органам власти  и управления. При этом правовые, кадровые, материальные и организационно-методические  проблемы региональных следственных  изоляторов должны решаться по  аналогии с деятельностью управлений  внутренних дел.

3. Предусмотреть создание  для женщин и несовершеннолетних  специальных мест предварительного  заключения, которые могли бы  функционировать в комплексе  с исправительными колониями, предназначенными  для содержания указанных категорий  граждан.

4. Установить для Следственного  изолятора лимит наполнения в  соответствии с нормой статьи 23 Федерального закона "О содержании  под стражей подозреваемых и  обвиняемых в совершении преступлений" и исходя из этого закрепить на уровне закона положение о недопустимости приема в СИЗО сверхустановленного лимита.

5. Федеральный закон "О  содержании под стражей подозреваемых  и обвиняемых в совершении  преступлений" необходимо дополнить  статьей о более открытом освещении  в печати деятельности следственных  изоляторов и особенно в части  соблюдения требований законности. Кроме того, все следственные  изоляторы, по возможности, должны  иметь психологическую службу, главной  задачей которой явилось бы  изучение личности заключенных.

6. Предлагаю установить  в местах предварительного заключения  под стражу режим максимально  благоприятных условий содержания  для подозреваемых и обвиняемых  в совершении преступлений. В  основе такого подхода должен  быть положен принцип презумпции  невиновности и правопослушное поведение следственно-арестованного.

Несмотря на понимание всеми заинтересованными лицами критического положения, сложившегося в следственных изоляторах, ситуация практически не меняется. Более того, с введением в действие нормы, определяющей, что на одного заключенного должно приходиться не менее 4 кв. метров, положение в этой области еще более усугубилось. Поэтому необходимо четко определить основные позиции, на которых стоит государство в этом вопросе, и, в соответствии с ними, строить свою политику в области исполнения предварительного заключения под стражу. Я считаю, что предложенные меры в какой-то степени, позволят снять напряжение, связанное с реализацией правового статуса заключенных. Однако, прогнозируя дальнейшее развитие событий в этой области, необходимо отметить следующее. Создавшееся положение с обеспечением правопорядка в СИЗО, как в зеркале, отражает все накопившиеся проблемы, связанные с работой уголовного правосудия нашего государства. Это и несовершенство законодательства, и неспособность органов государственной власти к решительным изменениям в уголовной политике, а также безразличие со стороны органов предварительного расследования и судебной системы. Решить проблему только силами и средствами уголовно-исполнительной системы очень сложно. Поэтому здесь необходим комплексный подход, подкрепленный материальными вложениями и предусматривающий меры по активизации работы всех ветвей власти.

Заключение

Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года, утвержденная распоряжением Правительства РФ от 14.10.2010 N 1772-р, предусматривает основные направления, формы и методы совершенствования и развития уголовно-исполнительной системы (УИС), ее взаимосвязь с государственными органами и институтами гражданского общества, обеспечивающую функционирование уголовно-исполнительной системы на период до 2020 года.

Для реализации поставленных целей необходимо совершенствование уголовно-исполнительной политики (организации исполнения наказаний), направленной на социализацию осужденных. Кроме того, нужно изменить структуру уголовно-исполнительной системы. Предполагается создание новых видов учреждений, осуществляющих исполнение наказаний в виде лишения свободы и отказ от коллективной формы содержания осужденных.

Федерального казенного учреждения следственный изолятор №3 ГУ ФСИН России по Челябинской области - исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации по Челябинской области предназначен для содержания подозреваемых и обвиняемых (подсудимых и осужденных) в совершении преступлений, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу (далее - подозреваемые и обвиняемые), а также для исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, а также в отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в следственных изоляторах с их письменного согласия

В целях улучшения правовых основ и практики реализации предварительного заключения в Следственном изоляторе, что должно положительно отразиться на упорядочении правового статуса заключенных под стражу, автор считает целесообразным предложить:

1. Создать судебные изоляторы, которые должны находиться в  системе Министерства юстиции  РФ и Судебного департамента.

2. Разделить следственные  изоляторы на федеральные, находящиеся  в административном ведении центральных  органов управления, и местные, подчиняющиеся  региональным органам власти  и управления.

3. Предусмотреть создание  для женщин и несовершеннолетних  специальных мест предварительного  заключения, которые могли бы  функционировать в комплексе  с исправительными колониями, предназначенными  для содержания указанных категорий  граждан.

4. Установить для Следственного  изолятора лимит наполнения в  соответствии с нормой статьи 23 Федерального закона "О содержании  под стражей подозреваемых и  обвиняемых в совершении преступлений" и исходя из этого закрепить  на уровне закона положение  о недопустимости приема в  СИЗО сверхустановленного лимита.

5. Федеральный закон "О  содержании под стражей подозреваемых  и обвиняемых в совершении  преступлений" необходимо дополнить  статьей о более открытом освещении  в печати деятельности следственных  изоляторов и особенно в части  соблюдения требований законности. Кроме того, все следственные  изоляторы, по возможности, должны  иметь психологическую службу, главной  задачей которой явилось бы  изучение личности заключенных.

6. Предлагаю установить  в местах предварительного заключения  под стражу режим максимально  благоприятных условий содержания  для подозреваемых и обвиняемых  в совершении преступлений. В  основе такого подхода должен  быть положен принцип презумпции  невиновности и правопослушное поведение следственно-арестованного.

Список использованных источников и литературы

1. О Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года: Распоряжение Правительства РФ от 14 октября 2010 г. N 1772-р (ред. от 31 мая 2012 г.) // Собрание законодательства РФ. 2010. N 43. Ст. 5544.
2. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 08 января 1997 г. N 1-ФЗ (ред. от 03.05.2012) // Собрание законодательства РФ. 1997. N 2. Ст. 198.
3. О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений: Федеральный закон от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ (ред. от 03 декабря 2011 г.) // Собрание законодательства РФ. 1995. N 29. Ст. 2759.
4. О присоединении Российской Федерации к Генеральному соглашению о привилегиях и иммунитетах Совета Европы и Протоколам к нему: Федеральный закон от 23.02.1996 N 20-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1996. N 9. Ст. 775.
5. О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов: Федеральный закон от 20 апреля 1995 г. N 45-ФЗ (ред. от 08 декабря 2011 г.) // Собрание законодательства РФ. 1995. N 17. Ст. 1455.
6. О порядке оказания медицинской помощи, санаторно-курортного обеспечения и осуществления отдельных выплат некоторым категориям военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов и членам их семей: Постановление Правительства РФ от 31 декабря 2004 г. N 911 (ред. от 04 мая 2012 г.) // Собрание законодательства РФ. 2005. N 2. Ст. 166.
7. О внесении изменений и дополнений в Приказ Министерства юстиции Российской Федерации от 25 января 1999 г. N 20: Приказ Минюста РФ от 05.03.2004 N 54 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. N 13. 29.03.2004.
8. Об утверждении Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы: Приказ Минюста РФ от 06 июня 2005 г. N 76 (в ред. от 29 июля 2008 г.) // Российская газета 2005. 6 июля.
9. О реформировании уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации: Указ Президента РФ от 08.10.1997 N 1100 // Собрание законодательства РФ. 1998. N 30. Ст. 3616; О передаче уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации в ведение Министерства юстиции Российской Федерации: Указ Президента РФ от 28.07.1998 N 904 // Собрание законодательства РФ. 1998. N 31. Ст. 3841.
10. О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти: Указ Президента РФ от 09 марта 2004 г. N 314 (ред. от 22 июня 2010 г) // Собрание законодательства РФ. 2004. Ст. 945.
11. Вопросы Министерства юстиции Российской Федерации: Указ Президента РФ от 13 октября 2004 г. N 1313 (ред. от 25 мая 2012 г.) // Собрание законодательства РФ. 2004. N 42. Ст. 4108.
12. Об утверждении Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации: Постановление ВС РФ от 23 декабря 1992 г. N 4202-1 (ред. от 21 ноября 2011 г., с изм. от 30 ноября 2011 г.) // Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. N 2. Cт. 70.
13. О системе государственной службы Российской Федерации: Федеральный закон от 27 мая 2003 г. N 58-ФЗ (ред. от 28 декабря 2010 г.) // Собрание законодательства РФ. 2003. N 22. Ст. 2063.