Иной свет, или Государства и империи Луны 1657

В части третьей книги Гулливер попадает сначала на летающий остров Лапуту. И вновь все, что наблюдает и описывает он, — верх абсурда, при этом авторская интонация Гулливера — Свифта по-прежнему невозмутимо-многозначительная, исполнена неприкрытой иронии и сарказма. И вновь все узнаваемо: как мелочи чисто житейского свойства, типа присущего лапутянам «пристрастия к новостям и политике», так и вечно живущий в их умах страх, вследствие которого «лапутяне постоянно находятся в такой тревоге, что не могут ни спокойно спать в своих кроватях, ни наслаждаться обыкновенными удовольствиями и радостями жизни». Зримое воплощение абсурда как основы жизни на острове — хлопальщики, назначение которых — заставить слушателей (собеседников) сосредоточить своё внимание на том, о чем им в данный момент повествуют. Но и иносказания более масштабного свойства присутствуют в этой части книги Свифта: касающиеся правителей и власти, и того, как воздействовать на «непокорных подданных», и многого другого. А когда Гулливер с острова спустится на «континент» и попадёт в его столицу город Лагадо, он будет потрясён сочетанием беспредельного разорения и нищеты, которые бросятся в глаза повсюду, и своеобразных оазисов порядка и процветания: оказывается, оазисы эти — все, что осталось от прошлой, нормальной жизни. А потом появились некие «прожектёры», которые, побывав на острове (то есть, по-нашему, за границей) и «возвратившись на землю... прониклись презрением ко всем... учреждениям и начали составлять проекты пересоздания науки, искусства, законов, языка и техники на новый лад». Сначала Академия прожектёров возникла в столице, а затем и во всех сколько-нибудь значительных городах страны. Описание визита Гулливера в Академию, его бесед с учёными мужами не знает себе равных по степени сарказма, сочетающегося с презрением, — презрением в первую очередь в отношении тех, кто так позволяет себя дурачить и водить за нос... А лингвистические усовершенствования! А школа политических прожектёров!

Утомившись от всех этих чудес, Гулливер решил отплыть в Англию, однако на его пути домой оказался почему-то сначала остров Глаббдобдриб, а затем королевство Лаггнегг. Надо сказать, что по мере продвижения Гулливера из одной диковинной страны в другую фантазия Свифта становится все более бурной, а его презрительная ядовитость — все более беспощадной. Именно так описывает он нравы при дворе короля Лаггнегга.

А в четвёртой, заключительной части романа Гулливер попадает в страну гуигнгнмов. Гуигнгнмы — это кони, но именно в них наконец находит Гулливер вполне человеческие черты — то есть те черты, каковые хотелось бы, наверное, Свифту наблюдать у людей. А в услужении у гуигнгнмов живут злобные и мерзкие существа — еху, как две капли воды похожие на человека, только лишённые покрова цивильности (и в переносном, и в прямом смысле), а потому представляющиеся отвратительными созданиями, настоящими дикарями рядом с благовоспитанными, высоконравственными, добропорядочными конями-гуигнгнмами, где живы и честь, и благородство, и достоинство, и скромность, и привычка к воздержанию...

В очередной раз рассказывает Гулливер о своей стране, об её обычаях, нравах, политическом устройстве, традициях — и в очередной раз, точнее, более чем когда бы то ни было рассказ его встречает со стороны его слушателя-собеседника сначала недоверие, потом — недоумение, потом — возмущение: как можно жить столь несообразно законам природы? Столь противоестественно человеческой природе — вот пафос непонимания со стороны коня-гуигнгнма. Устройство их сообщества — это тот вариант утопии, какой позволил себе в финале своего романа-памфлета Свифт: старый, изверившийся в человеческой природе писатель с неожиданной наивностью чуть ли не воспевает примитивные радости, возврат к природе — что-то весьма напоминающее вольтеровского «Простодушного». Но Свифт не был «простодушным», и оттого его утопия выглядит утопично даже и для него самого. И это проявляется прежде всего в том, что именно эти симпатичные и добропорядочные гуигнгнмы изгоняют из своего «стада» затесавшегося в него «чужака» — Гулливера. Ибо он слишком похож на еху, и им дела нет до того, что сходство у Гулливера с этими существами только в строении тела и ни в чем более. Нет, решают они, коль скоро он — еху, то и жить ему должно рядом с еху, а не среди «приличных людей», то бишь коней. Утопия не получилась, и Гулливер напрасно мечтал остаток дней своих провести среди этих симпатичных ему добрых зверей. Идея терпимости оказывается чуждой даже и им. И потому генеральное собрание гуигнгнмов, в описании Свифта напоминающее учёностью своей ну чуть ли ни платоновскую Академию, принимает «увещание» — изгнать Гулливера, как принадлежащего к породе еху. И герой наш завершает свои странствия, в очередной раз возвратясь домой, «удаляясь в свой садик в Редрифе наслаждаться размышлениями, осуществлять на практике превосходные уроки добродетели...».  Пересказал Ю. Г. Фридштейн

Сэмюэл Ричардсон

1689−1761

Памела, или Вознаграждённая добродетель

1740

Краткое содержание романа

Читается за 5–10 мин

Памела, едва достигшая пятнадцати дет, дочь бедной, но добродетельной супружеской четы Эндрюс, сообщает в письме к родителям, что благородная дама, в услужении у которой она провела последние несколько лет своей жизни, скончалась от тяжёлой болезни. Её благородство и доброе отношение к Памеле выразилось не только в том, что она научила девушку читать и считать, но и не забыла о её будущем на смертном одре, вверив заботу о Памеле своему сыну. Молодой господин так участливо отнёсся к девушке, что одарил её значительной для крестьянской дочери суммой — четырьмя золотыми гинеями и серебром, — которую она отдаёт теперь своим родителям, чтобы они могли расплатиться хотя бы с частью долгов. К тому же он соблаговолил прочесть её письмо, чтобы удостовериться в отсутствии ошибок (в дальнейшем хозяин начал «охоту» за письмами, так как не хотел, чтобы наивную девушку просветили, истолковав истинный смысл его знаков внимания). А так как при этом молодой эсквайр держал Памелу за руку и предложил в дальнейшем пользоваться библиотекой своей покойной матери, наивная девушка уверилась в его бесконечной доброте. Из ответа родителей следовало, что любезность и щедрость молодого господина их чрезвычайно насторожили, и они призывают Памелу следовать только по пути добродетели. Супруги Эндрюс, посоветовавшись с одной весьма достойной дамой о поведении молодого хозяина, просят дочь помнить о том, что двери их дома всегда открыты для неё, если она сочтёт, что её чести грозит малейшая опасность. В последующих письмах девушка говорит о добром отношении к себе всех живущих в доме. Так, приехавшая в гости сестра хозяина — леди Дэверс, заметив красоту Памелы, даёт ей добрый совет — держать мужчин на расстоянии. Добрая леди, помимо этого, пообещала взять юную красавицу в свой дом. Такие же мысли, по наущению своего хозяина, внушали Памеле и другие обитатели дома. Только потом стало ясно, что, якобы заботясь о благонравии девушки, мистер Б. думает только о своих интересах, далёких от сохранения девичьей чести. Девушка не упускает ни одной подробности из своих взаимоотношений с хозяином и другими слугами в доме. Родители узнают о подарках мистера Б. — платьях, белье, носовых платках (редкость в быту даже состоятельных людей тех времён) и даже передниках из голландского полотна. Восхищение молодой служанки своим хозяином сменилось настороженностью, а потом и страхом, после того как мистер Б. перестал скрывать свои намерения. Памела вспомнила о предложении леди Дэверс и хотела было переехать в её дом, но хозяин, восхищение которым окончательно прошло, категорически воспротивился, при этом лживость его доводов была очевидна. Самые горькие опасения родителей подтвердились. Молодой хозяин уже давно, ещё при жизни своей матери, обратил внимание на прелестную служанку и решил сделать её своей любовницей. Письма Памелы стали исчезать, а хозяин и его слуги пытались убедить Памелу в том, что ей не следует переписываться с родителями, под смехотворным предлогом, что она причиняет вред семье мистера Б., сообщая своим близким о происходящем. Поэтому многие подробности случившегося с ней запечатлены не в письмах, а в дневнике.

Памела была готова уехать немедленно. Экономка миссис Джарвис, не сумев уговорить девушку остаться, вызвалась сопровождать её, как только сможет найти время. Девушка отложила свой отъезд. Со временем ей стало казаться, что её благочестие и стыдливость смягчили жестокое сердце мистера Б., так как он не только согласился отпустить её, но и предоставил в её распоряжение дорожную карету и кучера для сопровождения к тому месту, где Памелу должен был встретить отец. Девушка собрала все вещи, когда-либо подаренные ей покойной хозяйкой и молодым господином, с тем чтобы экономка проверила содержимое её узелков. Сама же переоделась в то самое простое крестьянское платье, в котором некогда прибыла в Бедфордшир. Мистер Б., подслушавший разговор обеих женщин, воспользовался ситуацией, обвинив впоследствии девушку в воровстве, надеясь тем самым удержать Памелу при себе. Позднее девушка узнает и о других бесчестных поступках эсквайра, например о судьбе мисс Салли Годфри, соблазнённой мистером Б.

Дневник Памелы позволяет узнать все подробности того, как она оказалась в руках бывшей трактирщицы — миссис Джукс, домоправительницы мистера Б. в его Линкольнширском поместье. По дороге из Бедфордшира (именно там началась история Памелы) к месту встречи со своим отцом девушка была вынуждена остановиться в трактире, где её приезда уже ждала злобная женщина. Она не скрывала, что следует инструкциям своего хозяина мистера Б. Тщетно ищет Памела защиты у соседей и всех тех, кто, казалось, оценил по достоинству её набожность и скромность. Никто не захотел выступить в её защиту, опасаясь мести богатого и потому всесильного эсквайра. Те же, кто отважился поддержать её, как, например, молодой пастор — мистер уильямс, подверглись гонениям и преследованиям. Он вёл с Памелой переписку и был готов помочь девушке любой ценой. Джукс сообщала хозяину о всех планах Памелы и пастора. Священник сначала подвергся жестокому нападению, а затем был арестован по ложному обвинению за неуплату долга. Чтобы предотвратить возможный побег Памелы, жестокосердная Джукс отняла у девушки все деньги, на день отнимала у неё башмаки, а ночью укладывала спать между собой и служанкой. Можно только вообразить горе отца, не нашедшего дочери в условленном месте. Позднее мистер Б. писал родителям девушки и, не скрывая своих намерений, предлагал отцу и матери деньги за дочь.

О душевном состоянии Джона Эндрюса, отца Памелы, мы узнаем из авторских рассуждений, предваряющих дневник девушки. Находясь взаперти, Памеле остаётся уповать только на Божью помощь, и она не перестаёт молиться. Но её ожидает новое несчастье — возвращаясь из поездки в Швейцарию, в Линкольншире появляется молодой хозяин и прямо предлагает девушке стать его любовницей, считая, что деньги и материальное благополучие её семьи заставят юное создание уступить его домогательствам. Памела. остаётся непреклонной, и никакие соблазны не могут отвратить её с истинного пути и свойственного ей благочестия. Коварный соблазнитель, сражённый её благородством, предлагает Памеле стать её мужем. Даже угрозы сестры (леди Дэверс) прервать с ним всякие отношения, если он женится на простолюдинке, не пугают молодого дворянина, вставшего на достойный путь. Он старается исправить причинённый им вред, и брачную церемонию поручает провести священнику Уильямсу — единственному, кто отважился защитить невинную девушку. Первая часть романа заключается очередным авторским рассуждением о пользе благочестия и верности моральному долгу.

Во второй, третьей и четвёртой частях романа Памела по-прежнему ведёт обширную переписку, но уже в качестве миссис Б. Отцу героиня подробно рассказывает о всех, даже незначительных событиях своей жизни, размолвках и примирениях с мужем, радостях, визитах. Она подробно описывает характеры, привычки и туалеты всех тех, с кем приходится встречаться. Более всего ей хочется поделиться своими наблюдениями о том, как меняется в лучшую сторону её муж. Родители дают ей наставления, касающиеся долга и обязанностей замужней женщины. Сестра мужа восхищена слогом и рассуждениями Памелы, постоянно просит молодую женщину подробнее описать различные эпизоды её жизни в доме матери. Она не может скрыть удивления и восхищения тем, что Памела сумела простить своих обидчиков, прежде всего миссис Джукс (которая даже присутствовала на свадьбе девушки и теперь тоже пишет ей). Миссис Б. поведала своей золовке, что христианский долг не позволяет ей отказывать в помощи никому, кто встал на путь исправления. Долг заставляет её сделать все, чтобы предостеречь заблудшую душу от уныния и помешать вернуться к прежней порочной жизни. Позднее они обмениваются мнением по поводу воспитания детей, посланных друг другу подарков, советуются в различных повседневных делах.

Роман заканчивается авторским (во всех отступлениях Ричардсон называет себя издателем) заключением о тех обстоятельствах жизни героев, которые не вошли в переписку или дневник. Чета Эндрюс (родители героини) прожили двенадцать лет на своей ферме в довольстве и покое и умерли почти одновременно.

Леди Дэверс после смерти своего мужа поселилась в Линкольншире, рядом со счастливой семьёй своего брата и прожила ещё очень долго.

Мистер Б. стал одним из самых уважаемых людей в стране, пробыл некоторое время на государственной службе, затем удалился от дел, поселившись со своей семьёй, и встретил старость, окружённый всеобщим уважением за свою всегдашнюю доброту и участливость.

Памела стала матерью семерых детей, которые росли, окружённые любовью и нежностью своих родителей.  Пересказала Р. М. Кирсанова

Генри Филдинг

1707−1754

История Тома Джонса, найдёныша

1749

Краткое содержание романа

Читается за 10–15 мин

Оригинал — за 33−34 ч

В дом состоятельного сквайра Олверти, где он живёт со своей сестрой Бриджет, подкидывают младенца. Сквайр, несколько лет назад потерявший жену и детей, решает воспитать ребёнка как родного сына. Вскоре ему удаётся найти мать подкидыша, небогатую деревенскую женщину Дженни Джонс. Олверти не удаётся узнать от неё имя отца мальчика, но поскольку Дженни раскаивается в своём поступке, сквайр не передаёт дело в суд, а лишь высылает Дженни из родных мест, предварительно ссудив ей крупную сумму. Олверти продолжает поиски отца ребёнка. Подозрение его падает на деревенского учителя Партриджа, у которого Дженни долгое время брала уроки латыни. По настоянию Олверти дело передают в суд. Жена учителя, которая давно ревновала его к Дженни, обвиняет мужа во всех смертных грехах, и ни у кого не остаётся сомнений в том, что учитель — отец мальчика. Хотя сам Партридж отрицает свою связь с Дженни, его признают виновным, и Олверти высылает его из деревни.

Сестра сквайра, Бриджет, выходит замуж за капитана Блайфила, и у них рождается сын. Том Джонс, найдёныш, снискавший любовь Олверти, воспитывается вместе с юным Блайфилом, но жадный и завистливый капитан, боясь, что состояние Олверти перейдёт к найдёнышу, ненавидит его, пытаясь любыми способами опорочить мальчика в глазах его названого отца. Через некоторое время капитан неожиданно умирает, и Бриджет становится вдовой. С раннего возраста Том не отличается примерным поведением. Не в пример Блайфилу — не по летам сдержанному, набожному и прилежному — Том не проявляет рвения в учёбе и своими проказами постоянно доставляет беспокойство Олверти и Бриджет. Несмотря на это, все в доме любят найдёныша за его доброту и отзывчивость. Блайфил никогда не принимает участия в играх Тома, но осуждает его проделки и не упускает случая отчитать за неподобающее времяпрепровождение. Но Том никогда не сердится на него и искренне любит Блайфила как родного брата.

С самого детства Том дружит с Софьей, дочерью соседа Олверти — богатого сквайра Вестерна. Они много времени проводят вместе и становятся неразлучными друзьями.

Для воспитания юношей Олверти приглашает в дом богослова Твакома и философа Сквейра, которые предъявляют к своим ученикам одно требование: они должны бездумно зубрить их уроки и не иметь собственного мнения. Блайфил с первых же дней завоёвывает их симпатию, поскольку старательно заучивает наизусть все их наставления. Но Тому неинтересно повторять за спесивыми и заносчивыми наставниками прописные истины, и он находит себе другие занятия.

Том проводит все своё свободное время в доме нищего сторожа, семья которого погибает от голода. Юноша по мере возможности старается помочь несчастным, отдавая им все свои карманные деньги. Узнав о том, что Том продал свою Библию и лошадь, подаренную ему Олверти, и вырученные деньги отдал семье сторожа, Блайфил и оба учителя в гневе обрушиваются на юношу, считая его поступок достойным порицания, тогда как Олверти тронут добротой своего любимца. Есть и ещё одна причина, которая заставляет Тома проводить столько времени в семье сторожа: он влюблён в Молли, одну из его дочерей. Беззаботная и легкомысленная девушка сразу же принимает его ухаживания, и вскоре её семейство узнает о том, что Молли беременна. Эта весть мгновенно разносится по всей округе. Софья Вестерн, которая давно уже любит Тома, приходит в отчаяние. Он же, привыкший видеть в ней только подругу своих детских игр, лишь теперь замечает, как она расцвела. Незаметно для себя самого Том все больше привязывается к девушке, и со временем эта привязанность перерастает в любовь. Том глубоко несчастен, поскольку понимает, что теперь обязан жениться на Молли. Однако дело принимает неожиданный оборот: Том застаёт Молли в объятиях своего учителя, философа Сквейра. Через некоторое время Том узнает, что Молли беременна вовсе не от него, в силу чего считает себя свободным от каких бы то ни было обязательств перед ней.