Культурные ценности

Позитивные начала культуры характеризуют ее ценностный аспект. Но никакую культуру нельзя мыслить без внутренних противоречий, столкновения позитивных и негативных начал, добра и зла, человечности и жестокости, участия и безразличия, самопожертвования и эгоизма, святости и преступности. Культура — это сложный и противоречивый мир человека, мир внутренний и предметный, мир деятельности и общения, мир повседневности и высших ценностей. Овладевая ценностями культуры, человек формирует свой духовный облик, делает свою жизнь полноценной. Образование, овладение высотами научного знания и приобщение к миру ценностей культуры — такова стратегия личности на пути к полноценной жизни. Кант писал, что звездное небо над нами и нравственный закон в нас — это высшее, что есть в мире. Этот величественный образ можно трактовать и как выражение единства познавательного и ценностного отношения к миру, которая реализуется, когда человек постигает мир и творит себя как субъект культуры.

Человека, его нравственный облик, уровень его культурного развития весьма точно характеризуют его ценностные ориентации, то, что он предпочитает, каковы его жизненные приоритеты, какой путь в своей жизни он выбирает. Эти ориентации проявляются в его деятельности, в общении с другими, в его самооценке и оценках других людей.

 

 

 

 

 

 

 

3. Своеобразие культуры

Русская культура сложилась вначале на восточно-славянской основе в виде культуры древнерусской народности (примерно в VIII – XIII вв.), а с XIV в. и по настоящее время представлена украинской, белорусской и великорусской культурами. В этом изначальном и наиболее характерном для русского культурного самосознания осмыслении определяющей является мысль о временном, локальном и сущностном единстве русской культуры и о ее определенном своеобразии среди культур других европейских народов.

Рассмотрим некоторые объективные и субъективные факторы, повлиявшие на развитие русской культуры.

1. Природно – географические факторы:

• жесткие и разнообразные климатические природные условия;

• движение русских народностей с запада и северо-запада на восток и на юг, из леса в степи;

• обширная территория с вытекающим из этого многообразием форм жизни во всех ее проявлениях многонациональность, разобщенность, многоукладность быта и т.п.

2. Геополитические и этнические  факторы:

• статус крупнейшей цивилизации «сухопутной» ориентации, центра евразийства, противостоящего «атлантизму» Запада;

• положение между Западом и Востоком, влияние двух своеобразных культур, их экономических особенностей, что обусловило как «маргинальность» российской культуры, так и ее самодостаточность;

• ориентированность на Запад (от Петра I до нынешних демократов), территориально же движение шло на Восток, с восприятием особенностей восточной культуры;

• привлекательность для западной экспансии (Наполеон, мировые войны) вследствие сырьевой и территориальной ограниченности европейских стран;

• расширение территорий шло не только за счет завоевания новых земель, но и путем добровольного присоединения, за счет хозяйственного освоения свободных территорий, которое чаще всего было вызвано заботой о безопасности, а не экономическими причинами.

Говоря об этническом факторе, нужно отметить, что российская культура формировалась на основе трех мощных этносов: славянского, тюркского и угро-финского, что рождает ситуацию культурного взаимовлияния, этнической, национальной терпимости, различной экономической ментальности.

3. Социальные факторы:

• идеократизм общественной жизни, который проявляется в том, что русская социальная культура во многом держится на власти идей (в отличие от «законного» Запада и «властного» Востока);

• разбросанность населения, слабость административных связей, системы коммуникаций, затрудняет становление и функционирование государства как целостной социальной системы;

• разнородность социальных субъектов, что затрудняло организацию совместной жизни, управление обширной территорией;

• ориентация государственной политики не на личность, а на группу (общину, артель), которая защищала человека, обеспечивала его выживание;

• коллективизм образа, уклада жизни русского человека, установка на «общинность» (а не на общество), в том числе экономической жизни;

• общинный традиционализм, который выражался в отсутствии идеи изначального равенства людей, их прав, где общество определяет социальную роль каждого человека;

• в условиях нахождения между Западом и Востоком, постоянных войн за независимость русский человек рассматривал себя как частицу народа, а не личность, служил не себе, а всему народу, отсюда потребность в службе народу, государству;

• идея служения легла в основу сословного строя России, основанного на разделении общих обязанностей, а не на иерархии прав (как это было на Западе);

• особое понимание роли государства в жизни общества (в сочетании с антипатией к государственной власти);

• государство (царь, как его высшее воплощение) выступали посредником и арбитром в решении социальных конфликтов;

• образование единого государства под влиянием военно-политических (борьба за независимость), а не экономических факторов;

• авторитаризм, тоталитаризм, централизм государственной системы, отсутствие гражданского общества, экономической суверенности людей как субъектов хозяйствования;

• патернализм государства и иждивенческие традиции, потребность в государственных гарантиях, стабильности любой деятельности;

• квазиэтатизм: русский человек всегда ставил государство (царя) выше закона, что порождает правовой нигилизм;

• особое понимание закона и права: они ценны, только если отвечают требованиям «справедливости», которая тем - самым ставится выше права;

• рабская покорность власти, упование на силу государства в сочетании с «бунташностью» (восстания, революции);

• неуважение к государству, его решениям, приемлемость подмены государства его чиновниками, рассматривающими власть как свою собственность;

• замкнутость и несогласованность правовых, административных, экономических, моральных требований, что рождает потребность в стабильности у основной массы населения;

• понимание социальной свободы у русского человека, как «воли», а неуважение прав.

4. Религиозные факторы:

• определяющая роль религии, а именно христианства для русской культуры (особенно в допетровскую эпоху, в Древней Руси);

• особенности православия (в сравнении с католицизмом и протестантизмом), которое отличается нравственным либерализмом в повседневной жизни;

• принятие христианства «сверху», административным путем, а не его «вызревание»;

• высокая религиозная терпимость, сосуществование различных концессий;

• религиозный мессианизм, который проявлялся в форме пророчества о будущей великой судьбе России как оплоте православной веры (Москва – третий Рим);

• святость как особый образ жизни особых людей, преклонение перед ней, но не следование ей в повседневной жизни;

• «соборность» как центральная идея религиозного менталитета (объединение людей общими целями, делом), коренящаяся в общем служении высокой правде, в общем долге.

5. Духовные факторы:

• большая роль нравственных факторов оценок, стремление связать каждое дело с высшими ценностями, проявлениями ума и сердца;

• экстремизм, радикализм, стремление общества не к поиску компромиссов, а к победе одной идеи над другой;

• «идеализм» духовной жизни, повышенное чувство идеала, духовного начала;

• стремление к цельности человеческих проявлений, цельности духа, восприятия мира;

• единение истины, добра и красоты, правдоискательство понималось, как высшая форма познания;

• большая роль в жизни русского народа нравственных факторов, ориентация на сердце и правду (Запад – на разум и волю), перевес этических и религиозных начал над общественными;

• высокая роль идей равенства, справедливости, сочувствие слабым;

• слабое развитие личностного духовного начала, чуждость индивидуализму как образу жизни и стилю мышления;

• духовный мессианизм, интровертность, интуитивизм, рефлексивность духовной жизни; поиск смысла жизни, идеала (а не интереса, выгоды, прибыли);

• культ непротивления злу, смирение у русского народа;

• душевная терпеливость, пассивность, покорность судьбе, высокая адаптация как к объективным (война, засуха), так и субъективным (дурной правитель) трудностям, вплоть до фаталистического отношения к миру;

• незаметность, «внутренность» духовных изменений у русского народа в сочетании с духовными «взрывами»;

• особая связь нравственности и свободы («воли»): русский человек в рабстве – с Богом, в свободе – с дьяволом (Муравьев-Апостол);

• единство внутренней безответственности и жестокой внешней ответственности;

• слабость нравственной самодисциплины, недостаток честности и чести: русский человек может быть святым, но не может быть честным, в частности, в торговых, финансовых делах (Н. Бердяев);

• слабость рационального начала, ориентация на случай, на «авось» (Вл. Ключевский), вызванные неопределенностью, нестабильностью жизни (климатической и социальной);

• образность, масштабность мышления, трудности его конкретизации, перевода в рациональную форму практических дел; преобладание осмотрительности над предусмотрительностью (лучше видят следствия, чем ставят цели);

• приоритет мудрости (Софии) над рациональностью, причем разуму противостоит не воля (как на Западе), а любовь, открывающая путь к истине;

• особенности интеллектуального менталитета: противоположность рационального западного мышления и русского – иррационального или нерационального;

• крепость «заднего ума», пристрастие к окольным путям выхода к цели;

• склонность к мифологизации бытия; мечтательность, утопизм («русский мечтает, а немец – планирует»), стремление жить в придуманном мире;

• бесконфликтность мышления: русскому человеку присущ бесконфликтный стиль мышления (лбом стену не пробьешь);

• приоритет ориентации на прошлое или на «светлое будущее» в ущерб настоящему; склонность к идеальным моделям будущего, строительству его за счет настоящего; периодическое увлечение грандиозными планами, глобальными реформами и т.д.;

• недостаток духа творческой созидательности и законопослушной деловитости;

• широта души, размах мировосприятия в сочетании с невниманием к деталям, малом интересе к мелочам. Н. Бердяев также связывает это с «пейзажем» русской земли – ее бесформенностью, безграничностью;

• комплекс «аутсайдера» – Россия моложе большинства стран Запада, монголо-татарское нашествие тормозило ее развитие в течение двух с половиной веков. Это отставание рождало, с одной стороны, комплекс неполноценности в отношении Запада, а с другой – периодически побуждало власть к попыткам ликвидировать это отставание – реформы Петра, Столыпина, Сталина. Это рождает особую социальную «биоритмику» русского труда, а также идеологию «догоняющего» развития.

Очевидно, возможны и другие характеристики особенности культурно-исторического развития России.

Все вышеназванные особенности в полной мере характеризуют состояние нашей культуры до середины XIX в. и по сути дела выражают культуру феодального общества. После реформы 1861 г., с развитием капитализма все названные ценности подвергаются давлению со стороны новых форм хозяйствования, социальных изменений: традиционная русская культура входит в период кризиса. Эту ситуацию четко уловил Ф.М.Достоевский («Бесы», «Подросток»), выразили философы Е. Трубецкой, Вл. Соловьев, Л. Карсавин, Н. Бердяев, Г. Федотов, экономисты М.И. Туган-Барановскнй, П. Оль, М.О. Меньшиков и т.д.

Рассматривая вопрос о месте России во всемирной истории, специфике ее собственной истории и культуры, о своеобразии ее государственности, очень часто обращаются к старой философско-исторической схеме Восток – Запад. Как бы при этом ни понимались исходные понятия – элементы этой классической схемы, Россию считают либо принадлежащей Западу или Востоку, либо имеющей собственную специфику, а поэтому и не совпадающей ни с Западом, ни с Востоком.

В последнем случае возможно несколько самостоятельных позиций. Например, можно считать, что Россия как бы колеблется между Западом и Востоком (точка зрения Г.В. Плеханова); можно объявить ее великим Востоко-Западом или Западо-Востоком, по Н.А. Бердяеву; можно предсказать ей великую роль в объединении Запада и Востока на основе истинного христианства (как молодой Вл. Соловьев); можно рассматривать ее как такую «третью силу» (термин Вл. Соловьева), которая прямо не зависит ни от Востока, ни от Запада, образуя особый мир, вполне сопоставимый с первыми двумя, хотя своеобразный и неповторимый (позиция евразийцев).

Проблема Восток – Запад – Россия впервые была заявлена П.Я. Чаадаевым в «Философических письмах». В полемике западников и славянофилов была предпринята попытка «прописать» российскую историю и культуру во всемирно-историческом духовном наследстве. Первые утверждали, что Россия принадлежит европейской культурно-исторической традиции. Вторые рассматривали Россию как самобытное духовное образование, максимально подготовленное к адекватному восприятию истин христианского мировоззрения. Славянофилы тяготели непосредственно к православию, особенно в его «русском» варианте, поэтому противопоставляли Россию Западной Европе. Третьим вариантом европейско-христианской «прописки» русской истории, культуры, общества и государства явилась концепция византизма К.Н. Леонтьева.