Нашествие войск Бату-хана в страны центральной Европы в 1241–1242 гг.

Жарко С. Б.

Нашествие войск Бату-хана в страны

Центральной Европы в 1241–1242 гг.

   История монгольского нашествия в XIII в. на славянские земли и страны Центральной Европы – Венгрию и Польшу является одной из самых важных и интересных тем средневековой истории восточных славян. Её изучение, начатое более двух столетий назад, никогда не теряло своей актуальности. Однако и до настоящего времени историография не выработала достаточно полного научно обоснованного взгляда на историю монгольских завоеваний, в том числе и на вторжение войск Бату-хана в Польшу и Венгрию в 1241–1242 гг. Существует значительное количество проблемных, спорных и нерешённых вопросов, которые касаются конкретных обстоятельств похода Бату-хана в страны Центральной Европы. Кроме того, многие исследования остаются малоизвестными широкому кругу читателей, а порой проходят незамеченными и в научном мире. Поэтому существует необходимость обобщить, уточнить и пояснить ряд событий и вопросов связанных с нашествием войск Бату-хана в страны Центральной Европы. В частности, показать политическую ситуацию в странах Западной и Центральной Европы накануне вторжения, раскрыть по возможности причины нашествия, рассмотреть основные события этого периода в Польше и Венгрии, указать основные причины ухода монгольских войск из Центральной Европы. Данная статья призвана  рассмотреть эти вопросы на основе изучения и обобщения сведений источников и исследований по этой теме.

   Традиционно считается, что пленный киевский воевода Дмитрий посоветовал хану Батыю напасть на Венгрию: «про то же рече ему, видъ, бо землю гибнущу русскую от нечестивого, Батый же послуша свъта Дмитрова идее во Угры» [1, с. 718]. Однако представляется маловероятным, чтобы правитель Улуса Джучи - Бату-хан действительно двинулся в Европу по совету своего пленника. Не менее спорным является мнение некоторых исследователей, которые склонны считать, что вторжение в Центральную Европу Бату-хан осуществил по собственной воле вопреки планам великого хана Угедея [2, с. 26–27].

    Политическая ситуация в Европе. Прежде чем продолжить выяснение и рассмотрение истинных причин монгольского вторжения в страны Европы, следует вкратце изложить политическую ситуацию в странах Западной и Центральной Европы накануне нападения Бату-хана. В Европе в XIII в. не было централизованных монархий: государства были разъединены на королевства и герцогства, а крупнейшее государство Европы – Священная Римская империя германской нации – представляло собой множество мелких королевств, герцогств, курфюрств. Кроме того, накануне монгольского нашествия Европа была разделена на два враждующих лагеря: гвельфов, сторонников римского папы Григория IX, и гибеллинов, приверженцев немецкого императора Фридриха II Гогенштауфена. «Поэтому монголы пытались использовать в своих политических целях конфликт между двумя этими силами. В частности Бату-хан в своём письме Фридриху II писал: «Я иду, чтобы занять твоё место». Фридрих же в ответ написал: «Я хорошо знаю соколиную охоту и готов стать твоим сокольничим» [3, с. 272]. К моменту вторжения монголов многовековой конфликт между папской тиарой и императорской короной достиг своего апогея и каждый из них (Григорий IX и Фридрих II) стремился стать хозяином Европы.

     Наиболее мощным в это время в Центральной Европе было королевство Венгрия, которое образовалось в начале XI в. Постепенно венгерские короли сумели расширить свои земли до Карпатских гор и Трансильвании (Румынии), а  на юге их владения даже достигли Адриатического моря. Настоящей трагедией для Венгрии стало тридцатилетнее правление Андраша II (1205–1235), который значительно ослабил королевскую власть, подчинившись власти светской знати. Когда его сын король Бела IV (1235–1270) взошел на трон, он столкнулся с ситуацией почти полной анархии, вызванной независимым поведением аристократии, по большей части из числа немецких баронов. Именно светские правители не поддержали короля в борьбе с монгольским нашествием, тем самым оставив его один на один с Батыем (короля поддержали большинство церковных иерархов, поскольку они имели свои военные отряды). В 1239 г. по приглашению Белы IV в Венгрию прибыли половцы, которым были предоставлены земли внутри страны. Король Бела IV, сын половецкой княжны, непопулярный в народе стремился укрепить свою власть, опираясь на 40 тыс. половецких воинов, которые подчинялись только ему. Более того Бела планировал создать личную гвардию из половецких воинов. С другой стороны, король хотел заслужить благодарность римского папы, обратив в христианство половцев и превратив их тем самым в новых плательщиков налогов. Таким образом, король Бела стремился одним выстрелом убить двух зайцев, однако половецко–венгерский союз не состоялся: кочевая и осёдлая цивилизации оказались несовместимыми. Бесчисленные половецкие стада наносили большой ущерб хозяйству венгров и, в конце концов, дело дошло до открытых вооруженных столкновений. По мере приближения монгольской опасности, венгерские и немецкие бароны стали оказывать давление на Белу, принуждая его выдать половецкого хана Котяна монголам. Но сделать это Бела не мог и не хотел. Кроме того, сын Белы IV – Иштван – сочетался браком с дочерью Котяна, в крещении Елизаветой. Тогда на заседании королевского совета хан Котян и его сыновья были убиты, а половцы подняли восстание, собрали шатры и ушли на Балканы, сокрушая всё на своем пути [4, с. 147].

   В начале 1241 г. известия о приближении монгольских войск достигли Западной Европы. Тюрингский ландграф Генрих Распе написал герцогу Брабантскому предупреждения о монгольской опасности, которая принимала всё более четкие и зримые очертания. В свою очередь герцог Брабантский сообщил об этом епископу Парижскому, который счёл своим долгом известить королеву Бланш, мать Людовика IX Святого. Королева обратилась к сыну с вопросом о его намерениях в случае монгольского нападения. Король Людовик IX Святой ответил с присущим ему религиозным чувством и покорностью судьбе: «Мать моя, пусть правит нами покой небесный. И если люди, которых мы называем татарами, должны прийти к нам, то или мы закинем их назад в район тартара, откуда они вышли, или же они всех нас отправят на небо» [5, с. 212]. Его ответ означал: победим ли мы монголов, или сами будем побеждены, мы всё равно отправимся к богу либо как верующие, либо как мученики. Таким образом, даже крупнейшее и сильнейшее королевство Западной Европы оказалось не в состоянии организовать отпор монгольским захватчикам перед их неминуемым вторжением.

     Причины нашествия. Предполагаемыми причинами нашествия монгольских войск Бату-хана могли быть следующие: во-первых, это неукоснительное выполнения завещания Чингиз - хана о походе и завоевании «вечерних стран» (Европы) до «последнего моря» (вероятно Атлантического океана), согласно которому монголы: «должны подчинить себе всю землю и не должны иметь мира ни с каким народом, если прежде им не будет оказано подчинение» [6, с. 48], во-вторых, наиважнейшей целью Бату-хана была ликвидация Белы IV, всего Венгерского королевства, не только давших приют половецкому хану Котяну, но и вероломно уничтоживших монгольские посольства, о чём предупреждал короля миссионер – монах Юлиан: «Татары днём и ночью совещаются, как бы пройти и захватить королевство венгров – христиан. Ибо у них, говорят, есть намерение идти на завоевание Рима и дальнейшего» [7, с. 23]. Это подтверждает и бурятский исследователь Халбай Я.: «На этот раз монгольских послов убили венгры». [8, с. 211], в – третьих, степные районы Венгрии прекрасно подходили для кочевых монгольских воинов и могли стать базой и плацдармом для наступающих в страны Западной Европы монгольских войск. Нападение на Польшу, вероятно, преследовало цель устранить угрозу удара с её стороны по наступающим на Венгрию основным монгольским войскам. План ведения военных действий Бату – хана подтверждает это предположение: два тумена войск под командованием Пайдар – хана и Хайду вторгались в Польшу и Силезию, другой хан – хан Кадан окружал Венгрию с юга, отрезав её от южных королевств и потом соединялся с главными силами, а сам Бату – хан во главе основных сил держал курс в сердце Венгрии – Буду и Пешт. Наиважнейшей целью Бату – хана была ликвидация Белы IV и всего Венгерского королевства, не только давших приют половецкому хану Котян и его 40 тысячам воинов, но и убившим монгольских послов. В подтверждении этого следует привести полностью текст письма Бату – хана королю Венгрии Беле IV, которое дошло до нас в изложении венгерского миссионера Юлиана: «Я, хан, посол царя небесного, которому он дал власть над землёй возвышать покоряющихся мне и подавлять противящихся, дивлюсь тебе, король венгерский: хотя я в 30-й раз отправил к тебе своих послов, почему ты ни одного их них не отсылаешь мне обратно, да и своих ни послов, ни писем мне не пишешь. Знаю, что ты король богатый и могущественный, и много под тобой воинов, и один ты правишь великим королевством. Оттого-то тебе трудно по доброй воле мне покориться. А это было бы лучше и полезнее для тебя, если бы ты покорился мне добровольно. Узнал я сверх того, что рабов моих куманов (половцев) ты держишь под своим покровительством; почему приказываю впредь не держать их у себя, чтобы из-за них я не стал против тебя. Куманам ведь легче бежать, чем тебе, так как они, кочуя, без домов в шатрах, может быть, и в состоянии убежать; ты же, живя в домах, имеешь замки и города: как же тебе избежать руки моей?» [9, с. 29–30].

     Нападение на Польшу. Сражение у г. Легница. Первым из европейских королевств, которое подверглось монгольскому удару стала Польша. Бату – хан должен был учитывать нападение с севера, со стороны Польши, во время похода против Венгрии. Вмешательство Польши и Чехии, при возможной поддержке германского императора не исключалось и чтобы противостоять такой угрозе и защитить фланг основного войска, идущего против Венгрии, было решено совершить одновременное нападение и на Польшу. При этом здесь был использован один из принципов Чингиз – хана: защищать фланг, находящийся под угрозой, в самом начале наступления. В январе 1241 г. корпуса Пайдара и Хайду вторглись в Польшу, перешли Вислу и захватили Люблин и Завихвост. Спустя месяц монголы направили свой удар на Сандомир, который был взят и разграблен. Вскоре, 18 марта 1241 г., основные силы польской армии были разбиты под Хмельником, после чего хан Хайду осадил Краков. Десять дней и ночей продолжался штурм города, а 28 марта монголы ворвались в Краков, который был отдан на разграбление, а его жители – обращены в рабство, однако собор святого Андрея, где нашли укрытие уцелевшие защитники города, устоял. Этот собор, памятник мужественного сопротивления польского народа сохранился до наших дней. 2 апреля 1241 г. соединённые силы ханов Пайдара и Хайду достигли столицы Силезии – города Вроцлава. «Разорение Малой Польши вызвало тревогу в других землях страны. Жителей Силезской земли призвал к обороне князь Генрих Благочестивый: во Вроцлав стекались со всех сторон польские рыцари и ополченцы — лучники, крестьяне, холопы. Воины из Малой Польши и южной части Великой Польши объединились под воеводством Сулислава, брата краковского воеводы»         [10, с. 217]. Король Чехии Вацлав I откликнулся на призыв Генриха и во главе значительной армии двинулся на соединение с польскими войсками. На монгольском военном совете было принято решение: снять осаду с Вроцлава и нанести удар по польской армии до подхода чешского короля. 9 апреля 1241 г. решающее сражение произошло у города Легницы. Князь Генрих решил принять сражение не дожидаясь подхода чешской армии, что говорит о его уверенности в исходе сражения. Эту уверенность ему, вероятно, придало участие в битве французских тамплиеров и немецких рыцарей Тевтонского ордена под руководством великого магистра Понсе д’Обона. Однако в этом сражении польские войска были разбиты, а сам князь Генрих погиб. По другой версии: «Генрих Силезский был пленён монголами, и они заставили его преклонить колена перед погибшим ранее монгольским военачальником. Затем герцог был умерщвлен, а его голова отправлена к Бату» [11, с. 289]. После этой битвы монгольские воины отрезали с каждого погибшего противника правое ухо и наполнили ими девять мешков [12, с. 54]. Ко времени сражения у Легницы войска короля Чехии Вацлава I находились на расстоянии однодневного перехода к месту боя. Поэтому монгольские войска отказались от сражения со свежими силами чешского войска и по приказу Бату – хана пошли в Венгрию.

       Вторжение в Венгрию. Битва на р. Шайо. В начале 1241 г. войска Бату-хана вторглись в Венгрию через карпатские горные проходы Мункач и Унгвар, известные как “Русские ворота”, легко смели со своего пути дубовые завалы (вероятно сожгли их), разбили войска королевского наместника и устремились вглубь страны, стремясь наказать короля Белу IV за предоставление убежища и покровительство половцам хана Котяна. И хотя хан Котян был убит в результате заговора венгерскими и немецкими вельможами ещё до вторжения монголов в Венгрию, это не остановило Бату – хана от войны с Белой IV. Венгерский король, на помощь которому прибыли хорватский герцог Коломан и большая часть духовных владык со своими военными отрядами, укрылся за стенами городов, Будой и Пештом. Эти города, стоявшие по обеим берегам реки Дунай, были хорошо укреплены и могли выдержать долгую осаду. Собрав все военные силы Бела IV выступил навстречу Бату – хану и стал лагерем у реки Шайо, впадающей в Тису. С целью укрепления военного лагеря, он был окружён сцепленными или связанными между собой повозками, что в дальнейшем привело к гибели многих венгерских воинов задавленных и погибших при отступлении из лагеря. Известный хорватский хронист Фома Сплитский отмечает, что «один перебежчик из рутенов перешёл на сторону короля» [13, с. 107] и рассказал ему о планах и расположении монгольских войск, однако это не спасло Белу IV от разгрома. Тот же хронист сообщает о настроениях в венгерском лагере: «так как разные люди имели разные мнения, то они и не пожелали прийти к какому-либо единодушному решению. Одни, скованные безмерным страхом, говорили, что нужно временно отступить и не вступать с ними в бой, поскольку это – варвары, от которых нет надежды на спасение и которые завоёвывают мир не из жажды власти, а из страха к наживе. Другие по глупому легкомыслию беспечно говорили: «При виде нашей многочисленной армии они тут же обратятся в бегство». Вот так те, кому была уготована скорая гибель, не смогли прийти к единому решению» [14, с. 107]. Утром 11 апреля 1241 г. монгольская армия перешла в наступление и форсировала реку Шайо. В битве венгерские войска были полностью разбиты. Так, из 65 тысяч воинов 56 тысяч, принявших участие в сражении, погибли на берегах реки Шайо, король Бела, всё спасение которого было в быстроте коня, бежал на север. Его союзник и брат, хорватский герцог Каломан умер от полученных ран [15, с. 114]. Кроме того, во время отступления были убиты видные деятели церкви – архиепископ эстергомский Матиас, архиепископ Колочанский Уголан, епископ трансильванский Рейнольд, епископ нитрский Яков и другие. Сам Бела IV бежал вначале в Австрию, а оттуда в город Загреб, крупнейший город Хорватии, которая в то время вместе с Далмацией входила в состав венгерского королевства. Бату-хан послал отряд для захвата Белы IV, который преследовал его буквально по пятам. Это вынудило короля бежать на побережье Адриатического моря, в район города Сплита, а затем он укрылся на одном из островов, значительно удалённом от побережья, где находился вплоть до ухода монгольских войск. «Поражение Венгрии объяснялось как внутренними, так и внешними причинами. В этой монархии не было единства: король, дворянство и духовенство находились во взаимно враждебных лагерях, и это во многом облегчило задачу монголов. То, что европейские державы в 1240 году не смогли помочь монархиям, оказавшимся под угрозой монгольского нашествия, было результатом многолетней вражды между Германо-итальянской империей и Ватиканом. Фридрих в особенности виновен в том, что интересовался исключительно событиями, происходящими в Италии. Нет сомнений в том, что, если бы монголы попытались достичь Атлантического побережья, им бы это удалось. Ни одна европейская армия не оказала бы сопротивления монголам» [16, с. 235–236].