Цивилизации Древнего Междуречья

В XVII в. до н.э. области Верхней Месопотамии  окончательно вышли из-под влияния  Вавилона. К власти здесь пришли касситы. Отсюда небольшими группами они стали проникать на юг Междуречья, нанимаясь на сезонные работы в города и села, поступая на службу в войско. Примерно в 1600 г. до н.э. при поддержке касситов произошло вторжение хеттов. Они дошли до самого Вавилона, разрушив его и низложив последнего царя вавилонской династии. В 1595 г. до н.э. мощная военная сила касситов окончательно захватила царскую власть в Вавилонии. Касситы, стоявшие в культурном отношении ниже вавилонян, заимствовали вавилонскую культуру. Их цари даже пытались следовать завоевательной политике Вавилона. Во всяком случае, им удалось завоевать Шумер. Однако касситский Вавилон постепенно стал терять свое былое могущество. В это время претензии на лидерство выказывали одновременно четыре государства: Вавилония, Египет, Митанни и Хеттское царство. В подобном состязании касситский Вавилон играл все меньшую и меньшую роль.

В хозяйственной  жизни некоторый регресс начала Касситского периода сменился к XV в. до н.э. хозяйственным подъемом. Особенно развивались ремесла, обслуживавшие военных, в частности изготовление шлемов, чешуйчатых панцирей, бронзовых мечей и луков. Самое значительное достижение касситов их успехи в коневодстве. Уже с XXI в. до н.э. лошадь была известна в Месопотамии. Но до прихода касситов она использовалась крайне редко. Именно касситы внесли значительное усовершенствование в устройство колесницы и выучку лошадей, а также впервые выработали конно-колесничную тактику боя. Вероятно, касситы превратились в военное сословие, которое к концу Касситской династии совершенно ассимилировалось с коренной вавилонской знатью.

В Касситский период различным лицам делались пожалования участков земли из царского фонда. Земли дарили и храмам. Громоздкий административный аппарат сильно упростился. Ряду городов предоставлялась автономия. Даже Вавилон из столицы страны превратился в самоуправляющийся город. Правившие в Вавилоне касситы, в значительной степени восприняли шумеро-вавилонскую культуру, религию, письменность и даже язык покоренного народа. Касситские цари называли себя любящими Мардука, старались усилить вавилонское жречество, укрепляли культ бога Мардука владыки стран.

    Нововавилонский период

      В истории Вавилонской цивилизации большую роль сыграли племена халдеев. Они обитали вдоль нижнего течения Тигра и Евфрата, между берегами Персидского залива и южными городами Вавилонии. Халдеи вели полукочевой образ жизни, занимались скотоводством и земледелием, управлялись вождями. Каждый род боролся за сохранение своей независимости, в том числе и от ассирийцев. Восприняв древнюю вавилонскую культуру и религию, они поклонялись верховному богу вавилонян Мардуку. Халдеи захватили почти всю территорию Вавилонии, которая, несмотря на все перипетии, продолжала оставаться самым цивилизованным регионом Передней Азии. Вавилонии, в ходе многовековой борьбы с ассирийцами, удалось сохранить относительную самостоятельность. В 729 г. до н. э. ассирийский царь Тиглатпаласар III (744-727 гг. до н.э.) захватил Вавилон, лишив его независимости на целое столетие.¹⁹

После падения Ассирийской державы одним из наиболее могущественных государств Передней Азии стало Нововавилонское царство. У его основания стоял халдейский вождь Набопаласар (626-605 гг. до н.э.), который в качестве полководца был на службе у ассирийцев. Возможно, он выполнял функции наместника Южной Вавилонии. Этот маленький человек, неизвестный народу, как говорил о себе Набопаласар, сначала укрепил свою власть на севере Вавилонии, а затем, преодолевая проассирийские настроения, воцарился в центре и на юге страны. После того, как было окончательно сломлено сопротивление городов Урука и Ниппура, сохранявших верность ассирийцам, Вавилон перешел на сторону Набопаласара. Здесь он в 626 г. до н.э. торжественно воцарился, основав новую Халдейскую династию.

Главным соперником Вавилона был Египет, который стремился захватить Палестину, Финикию и Сирию. Однако, после поражения египтян в 605 г. до н.э. в битве у города Каркемиша, большая часть Сирии и Палестины почти без сопротивления подчинились Вавилонии.

На этом историческом этапе Вавилонская цивилизация достигла вершины своего могущества. Это время подлинного возрождения, экономического и культурного расцвета. Вавилон стал центром международной торговли. Много внимания уделялось оросительной системе. Был построен первый каменный мост через Евфрат. Навуходоносор II предпринял невиданные строительные работы, которые должны были превратить Вавилон в роскошную столицу, отвечавшую достоинству его величия. Именно в это время был сооружен самый величественный зиккурат Этеменанки - Дом основания небес и земли в честь верховного бога Мардука, главный храм Вавилона, названный в Библии Вавилонской башней. В царском дворце Навуходоносора II были разбиты знаменитые висячие сады, известные под названием Сады Семирамиды. Уже в древности их относили к числу семи чудес света, а Вавилонская башня и поныне является символом человеческой заносчивости. Поражала воображение современников и вымощенная улица Вавилона, так называемая дорога процессий в честь бога Мардука. В течение 43 лет своего правления Навуходоносор II отстраивал и укреплял Вавилон, превратив его в настоящую крепость. Украшенный монументальными и роскошными постройками, Вавилон, бывший столицей уже 13 столетий, стал красивейшим и самым большим из когда-либо существовавших городов.²⁰

В 562 г. до н. э. Навуходоносор II умер, и после этого вавилонская знать и жречество начали активно вмешиваться в проводимую его преемниками политику и устранять неугодных им царей. В течение следующих двенадцати лет на престоле сменилось три царя. В 556 г. до н. э. трон достался Набониду, который был арамеем в отличие от предшествовавших ему нововавилонских царей. 
 
Набонид стал проводить религиозную реформу, выдвигая на первое место культ бога Луны Сина в ущерб культу верховного вавилонского бога Мардука. Тем самым он, по-видимому, стремился создать могущественную державу, объединив вокруг себя многочисленные арамейские племена, среди которых культ Сина был очень популярен. Однако религиозная реформа привела Набонида к конфликту со жречеством древних храмов в Вавилоне, Борсиппе, Уруке. 
 
В 553 г. до н. э. началась война между Мидией и Персией. Воспользовавшись тем, что мидийский царь Астиаг отозвал из Харрана свой гарнизон, в том же году Набонид захватил этот город и распорядился о восстановлении там разрушенного там во время войны с ассирийцами в 609 г. до н. э. храма бога Сина. Набонид покорил также область Тейма в северной части Центральной Аравии и установил контроль над караванными дорогами по пустыне через оазис Тейма в Египет. Этот путь имел большое значение для Вавилонии, поскольку к середине VI в. до н. э. Евфрат изменил своё течение, и поэтому морская торговля через Персидский залив из гаваней в городе Уре стала уже невозможной. Набонид перенёс в Тейму свою резиденцию, поручив правление в Вавилоне своему сыну Бел-шар-уцуру. 
 
Пока Набонид был занят активной внешней политикой на западе, у восточных границ Вавилона появился могущественный и решительный противник. Персидский царь Кир II, который уже завоевал Мидию, Лидию и многие другие страны до границ с Индией и имел в своём распоряжении огромную и хорошо вооружённую армию, готовился к походу против Вавилонии. Набонид вернулся в Вавилон и приступил к организации обороны своей страны. Однако положение Вавилонии стало уже безнадёжным. Поскольку Набонид стремился сломить могущество и влияние жрецов бога Мардука и пренебрегал религиозными праздниками, связанными с его культом, влиятельные жреческие круги, недовольные своим царём, были готовы помочь любому его противнику. Вавилонская армия, истощённая в многолетних войнах в Аравийской пустыне, не смогла отразить натиск во много раз превосходящих сил персидской армии. В октябре 539 г. до н. э. Вавилония была захвачена персами и навсегда утратила свою независимость.

      II.3. Угасание культуры Междуречья

    Персидское завоевание и утрата Вавилонией независимости не означали ещё конца месопотамской цивилизации. Для самих вавилонян приход персов, возможно, казался вначале просто очередной сменой правящей династии. Прежнего величия и славы Вавилона хватало местным жителям для того, чтобы не испытывать перед завоевателями чувства ущербности и неполноценности. Персы со своей стороны также относились к святыням и культуре народов Месопотамии уважением.²¹ 
 
Вавилон сохранял положение одного из величайших городов мира. Александр Македонский, разбив персов при Гавгамелах, вступил в октябре 331 г. до н. э. в Вавилон, где он "короновался", принёс жертвы Мардуку и отдал распоряжение восстановить древние храмы. По замыслу Александра Вавилон в Месопотамии и Александрия в Египте должны были стать столицами его империи; в Вавилоне он и умер 13 июня 323 г. до н. э., вернувшись из восточного похода. Изрядно пострадавшая в ходе сорокалетней войны диадохов, Вавилония осталась за Селевком, преемники которого владели ею до 126 г. до н. э., когда страну захватили парфяне. От разгрома, учинённого парфянами Вавилону за эллинистические симпатии его жителей, город так и не оправился. 
 
Таким образом, древнемесопотамская культура просуществовала ещё полтысячелетия после краха собственно месопотамской государственности. Приход эллинов в Междуречье явился поворотным моментом в истории месопотамской цивилизации. Обитатели Месопотамии, пережившие не один разгром и ассимилировавшие не одну волну пришельцев, на этот раз столкнулись с культурой, явно превосходившей их собственную. Если с персами вавилоняне могли чувствовать себя на равных, то эллинам они уступали практически во всём, что сознавали сами, и что роковым образом сказалось на судьбе вавилонской культуры. Упадок и конечную гибель месопотамской цивилизации следует объяснять не столько причинами экономическими и экологическими (засоление почв, изменение русел рек и т. п.), в полную меру сказавшимся, очевидно, лишь в Сасанидскую эпоху (227-636 гг. н. э.), сколько социально-политическими: отсутствием "национальной" центральной власти, заинтересованной в поддержании старых традиций, влиянием и соперничеством со стороны новых городов, основанных Александром Македонским и его наследниками, а главное - глубокими и необратимыми переменами в этнолингвистической и общекультурной ситуации. К моменту прихода эллинов арамеи, персы и арабы составляли большой процент населения Междуречья; в живом общении арамейский язык начал вытеснять вавилонский и ассирийский диалекты аккадского ещё в первой половине I тыс. до н. э. При Селевкидах старая месопотамская культура сохранялась в державшихся старины общинах, объединявшихся вокруг наиболее крупных и почитаемых храмов (в Вавилоне, Уруке и других древних городах). Подлинными её носителями были учёные писцы и жрецы. Именно они на протяжении трёх столетий сберегали древнее наследие в новом по духу, куда более быстро меняющемся и "открытом" мире. Однако все усилия вавилонских учёных спасти прошлое были тщетны.²² 
 
В самом деле, что могла значить вавилонская "учёность" для людей, уже знакомыми с творениями Платона и Аристотеля? Традиционные месопотамские представления и ценности оказались устаревшими и не могли удовлетворить запросов критического и динамического сознания эллинов и эллинизированных жителей месопотамских городов. Сложная клинопись не могла конкурировать ни с арамейским, ни с греческим письмом; средством "межнационального" общения, как и повсеместно на Ближнем Востоке, служили греческий и арамейский. Даже апологеты древних традиций из числа эллинизированных вавилонян вынуждены были писать по-гречески, если желали быть услышанными, как это сделал вавилонский учёный Берос, посвятивший свою "Бабилониаку" Антиоху I. Греки проявили поразительное равнодушие к культурному наследию завоёванной страны. Месопотамская литература, доступная только знатокам клинописи, оставалась незамеченной; искусство, следовавшее образцам тысячелетней давности, не импонировало греческому вкусу; местные культы и религиозные идеи были чужды эллинам. Даже прошлое Междуречья, судя по всему, не вызывало у греков особого интереса. Не известно случая, чтобы какой-нибудь греческий философ или историк изучил клинопись. Пожалуй, только вавилонская математика, астрология и астрономия привлекли внимание эллинов и получили распространение. 
 
В то же время греческая культура не могла не прельщать многих из неконсервативно настроенных вавилонян. Помимо всего прочего, причастность к культуре завоевателей открывала путь к социальному успеху. Как и в других странах эллинистического Востока, в Междуречьи эллинизация проходила (проводилась и принималась) сознательно и затрагивала в первую очередь верхи местного общества, а затем уж распространялась на низы. Для вавилонской культуры это, очевидно, означало потерю немалого числа активных и способных людей. 
 
Однако импульс, данный греками, с течением времени и по мере распространения ослабевал, тогда как обратный процесс варваризации пришлых эллинов шёл по нарастающей. Он начался с социальных низов переселенцев, был стихийным и вначале, вероятно, не очень заметным, но в конце концов греки растворились в массе местного населения. Одолел Восток, правда Восток уже не вавилонский, а арамейско-иранский.

       Заключение.

     Так уж случилось, что упадок и конечную гибель цивилизаций Древнего Междуречья, принесли на своих знаменах представители другой не менее значительной цивилизации древнегреческой. И хотя Александр Македонский хотел сделать Вавилон одной из столиц своей империи, сами вавилоняне не могли не видеть своей невостребованности у эллинов. Что могли значить достижения вавилонян для греков, уже знакомых с мыслями Платона и Аристотеля? Население Месопотамии сознавало, что уступает эллинам, и это роковым образом сказалось на судьбе цивилизации между Тигром и Евфратом. К тому же население огромного региона оказалось без национальной центральной власти, заинтересованной в поддержке старых традиций. На данном историческом этапе не оказалось в стране и сильной личности, которая могла бы консолидировать идею возрождения цивилизации. К тому же изменилась этническая структура обитателей Междуречья, язык общения и общекультурная ситуация. Значительную часть населения теперь составляли арамеи, персы и арабы. Арамейский язык вытеснил вавилонский и ассирийский диалекты аккадского. Очагами месопотамской культуры оставались лишь крупные храмы. На протяжении 3 столетий они хранили и передавали наследие месопотамской цивилизации. Однако она завершила свой жизненный цикл и вскоре перестала существовать.

Что оставила человечеству Месопотамская цивилизация? Чем она восхитила, удивила, предостерегла и обогатила мир? В характеристике основных достижений Месопотамской цивилизации обязательно должно присутствовать одно уточняющее слово впервые. Месопотамская цивилизация самая древняя в мире. Именно в Шумере в конце IV тыс. до н.э. человечество вышло из первобытности и вступило в эпоху древности. Началась подлинная История человечества. Этот переход от варварства к цивилизации сформировал новый тип сознания. Оно рождалось вместе с появлением городов, становлением государственности, сложной социальной дифференциации, появлением новых видов деятельности, особенно в сфере управления и обучения, с новым характером отношений между людьми.

В Междуречьи появился новый тип людей, сознание и мышление которых принципиально не отличалось от сознания и мышления современного человека. Впервые после завершения процесса сапиентации человек освоил новые виды практической деятельности планирование, управление, учет и контроль. Примечательно и то, что человек Месопотамии впервые осознал: один человек может купить и продать другого человека, как и всякую вещь. Цивилизуясь, человек познал рабство. До появления цивилизации он покорял и поклонялся только природе. Покорение людей один из не самых достойных примеров, которые дает Месопотамская цивилизация. Человек Месопотамии индивидуалист. Он был занят, прежде всего, своими личными проблемами и делами. Его интересы обращены не к обществу и государству (пусть об этом думают лугаль, чиновники и жрецы), а к дому, семье, родным и соседям. Он высоко ценил человеческую жизнь, в том числе и ее бытовую сторону. Люди Междуречья боялись смерти, ибо по их представлениям она клала конец всему, что есть в жизни позитивного, светлого, радостного, активного, утешительного и счастливого. Это свое убеждение жители древнего Междуречья никогда не меняли. Месопотамцы, не ожидая от посмертного бытия ничего хорошего, стремились лишь к полноте своего земного существования. История Месопотамской цивилизации полна беспокойства, активности, духа завоевания и покорения, созидательного импульса при горьком сознании трагизма жизни. В напряжении между этими полюсами, заключалась движущая сила Месопотамской цивилизации.

Бесценным достижением  народов Междуречья стало создание письменности. Глиняная табличка, испещренная клинописными знаками символ Месопотамской цивилизации. В ранней пиктографической письменности было 1500 знаков-рисунков. В Нововавилонский период их осталось чуть более 300. С помощью клинописи составляли документы хозяйственной отчетности, купчие, культовые тексты, сборники пословиц, школьные или научные тексты и словари. Шумерская клинопись повлияла на формирование финикийского письма, от которого берут начало греческий и другие алфавиты.

Месопотамская цивилизация показала первый опыт подготовки образованных людей. Обучение строилось  на копировании текстов самого разного назначения. Примерно четверть того, что переписывалось, дошло до наших дней. В крупных храмах, дворцах правителей, в школах, а также у частных лиц создавались целые собрания глиняных книг своеобразные библиотеки. Грамотных и образованных людей высоко ценили. В Месопотамии писец почетное звание образованного человека.

Уже к середине IV тыс. до н.э. сложился тип храма  на платформе. Он возник на основе шумерского жилища: южного с открытым внутренним двором и плоским перекрытием и северного с внешним двором и двускатной кровлей. В условиях сильно заболоченной почвы появилась идея специальной платформы из сырца, облицованной для прочности камнем.

Сырцовый  кирпич, как главный строительный материал (камень и дерево в Междуречье всегда были привозным, а значит дорогим, материалом) сыграл огромную роль в развитии конструкции шумерского храма. Сырцовый кирпич создал архитектуру Междуречья. При отсутствии дерева он рано начал использоваться в Шумере и для создания дополнительных опор, и для возведения перекрытий. Материал диктовал сводчатую систему и шумерийцы перешли к своду и арке. Потом это ляжет в основу прославленной архитектуры древнего Рима и будет доведено ею до вершин развития.

Отличаясь массивной  монументальностью, месопотамская архитектура создала оригинальные храмовые ступенчатые башни-зиккураты, воспоминания о которых сохранили библейские легенды. Тип башнеобразного святилища зиккурата являлся логическим завершением идеи ярусной постройки, возникшей в определенных природно-исторических условиях Междуречья. В представлениях населения Месопотамии самым лучшим и значительным в архитектуре считалось то, что могло быть сопоставимо с наиболее выразительной и грандиозной формой в самой природе с горой, вершина которой возносится к небу. Зиккурат лестница-гора архитектуры Междуречья. Увеличение числа платформ до трех и более, а также увеличение высоты самой платформы привело к уменьшению, а затем и доведению до минимального масштаба собственно святилища. В итоге оно превратилось в некий символ. Месопотамская архитектура многообразна и сложна в разработке конструкции, но постройки ее, к сожалению, почти не сохранились или сохранились плохо в силу непрочности ее материала.