Политический либерализм Б. Констана

Констан утверждал, что правительства идут против своих же интересов, противясь умножению вероучений. Когда в одной стране существует множество вероучений и даже религий, они взаимно поддерживают друг друга и освобождают суверена от необходимости вступать в договор с одним из них. В случае, когда существует одно господствующее вероучение, власть вынуждена прибегать к тысяче уловок, чтобы не испытывать перед ним никакого страха. Когда имеется два или три вероучения, каждое из которых достаточно сильно, чтобы представлять угрозу для других, над ними требуется постоянный надзор и принятие мер подавления. Таким образом, Констан выступает в пользу свободу всех религий и вероучений. Интересно, думал бы он так же видя сегодняшнюю Францию, где остро встал вопрос об этнической и религиозной принадлежности своих граждан?

Право на собственность и ее неприкосновенность трактуются Констаном в несколько  ином духе. Если рассуждать абстрактно при защите прав на собственность, можно  прийти к ошибочному выводу, что  собственность «нечто таинственное, предшествующее обществу, независимое  от него»²⁸. На самом деле это утверждение не соответствует действительности. Собственность не может предшествовать обществу, так как, без объединения, дающего ей гарантии, она была бы лишь правом первого оккупанта, другими словами, правом силы, которое, как мы знаем, правом не является. Собственность не является независимой по отношению к обществу, потому что общественное состояние, может быть понято как лишенное собственности, в том случае, когда невозможно представить себе собственность вне общественного состояния.

2.3. Государственное устройство

Идеалом политического устройства Констан считал конституционную  монархию английского образца. В  своей работе «Курс конституционной  политики» Констан обосновал  необходимость создания пяти конституционных  властей: королевской, исполнительной, постоянной (палата пэров) и выборной (нижняя палата) представительной властей  и судебной власти.

Королевская власть представляет из себя некого рода судью между остальными властями. Ее нейтральность - непременное условие конституционной монархии. Носители монархической власти во всех государствах находятся вне сферы политической агитации. Они не просто люди, по мнению Констана, они – воплощение власти.

Современная Констану конституция  четко устанавливала ответственность  министров и отчетливо отделяла правительство от короля. Достаточно сказать, что монарх обладал неприкосновенностью, а правительство было подотчетно. Невозможно было отрицать тот факт, что министры фактически  не обладали той властью, которая де-юре принадлежала им. Если рассматривать министров лишь в качестве пассивных и слепых исполнителей, их ответственность носила бы абсурдный и несправедливый характер, либо по крайне мере они должны были бы нести ответственность перед монархом за точное исполнение его приказов. В этом и заключалась главное достижение революции: по конституции министры отвечали перед нацией. В отдельных случаях приказы монарха не могли служить для них оправданием своих действий или бездействия. Из этого следует, что они не являлись пассивными исполнителями. Правительственная власть, хотя и проистекала из власти королевской, существовала и функционировала отдельно от последней.

Власть главы государства, по Констану, должна являться властью нейтральной. Власть же министров есть власть активная. Для обоснования необходимости  такого вида нейтральной власти как  королевская, Констан определяет известные  до этого формы политической власти.

Исполнительная, законодательная  и судебная власти – это три  формы власти, которые должны содействовать  общему развитию в своей области. Но если эти власти и   сталкиваются, пересекаются, мешают друг другу, то все  равно нужна сила, чтобы вернуть  все на свои места. И эта сила не должна быть сосредоточена ни в одной  из властей, поскольку в этом случае она служила бы разрушению остальных  властей и продвижению собственных  интересов. Она должна быть нейтральной  по отношению ко всем трем, чтобы  при необходимости ее действие могло  быть применено повсюду, а также  для обеспечения защитного и  восстановительного характера этой силы.  Конституционная монархия дает возможность такой нейтральной  власти в лице главы государства. Подлинный интерес главы государства  заключается вовсе не в низвержении  одной из властей, а в их взаимопонимании, взаимной поддержке и согласованных  действиях.

Переходя к законодательной  власти, Констан отмечает необходимость введения имущественного ценза в формировании выборной представительной власти: «Одна лишь собственность обеспечивает досуг; только собственность делает человека способным к пользованию политическими правами». Выступал против оплаты за деятельность депутатов, так как в случае, если заработная плата связана с функциями представительства, то она становится главным объектом внимания этого представительства. Постоянная же представительная власть рассматривается Констаном по образцу английской палаты лордов.

Следует отметить так же систему сдержек против произвола законодательных структур. При отсутствии таковых депутаты из защитников свободы превратятся в потенциальных тиранов, а после установления тирании последствия могут быть куда более ужасными в силу большого количества тиранов. Данное утверждение он объясняет тем, что когда вы человека наделяется особой миссией, он стремится сделать скорее больше своих полномочий, чем меньше. Констан приводит прекрасный пример министерства, которое должно заниматься выявлением заговорщиков. Если до создания такового все в стране шло нормально, то после его основания наверняка пойдут бесконечное слухи о заговорах.

Средством обуздания страсти законодателей  Констан видит право вето, но отмечает, что применяемое часто, оно раздражает их, не лишая тем не менее, их орудия. А вот роспуск законодательного собрания «является единственным лекарством, эффективность которого гарантирована». Роспуск собраний не является оскорблением прав народа. Наоборот, если выборы проходят свободно, роспуск собрания является своего рода призывом, обращенным к  правам народа и в пользу его интересов.

Констан отмечает также и массу  других недостатков представительного  собрания. Во-первых, это такие явления, как уже отмеченное чрезмерное умножение  законов. Во-вторых, стремление понравиться  наиболее подверженной эмоциям части  народа, путем  потакания  всем его  инстинктивным движениям и капризам или даже создавая их. В-третьих, нетерпимость к встречаемому сопротивлению, противостояние  национальному чувству и упорство в своих заблуждениях. Далее можно отметить и то, что собранием время от времени овладевает то партийный дух, заставляющий выбирать между полярностями, то корпоративный дух, дающий силы для узурпации, жестокость или усталость, безрассудство или нерешительность, благосклонность или ненависть одному или ко всем поочередно увлекают его в чисто физические страсти, каковыми являются энтузиазм или страх.

По словам Констана не стоит рассчитывать на силу разумного большинства, если оно не имеет гарантий в конституционной  власти вне собрания. Рано или поздно хорошо сплоченное меньшинство, на стороне  которого все преимущества нападающего, которое действует поочередно запугиванием или подкупом, аргументом или угрозой, возьмет верх над большинством.

Из этих утверждений следовало  бы вывести, что Констан против вообще любого вида представительной власти, если бы не его твердая вера в  то, что представительная власть является гарантией народного доверия, своего рода поддержкой всей правительственной  структуры. Следует лишь устранить  их недостатки, что значит - подавляющая  их сила должна располагаться вне  этих собраний. Правила, которые устанавливает  собрание для себя по собственной  воле, иллюзорны и бессильны.

Говоря о выборах в представительное собрание, Констан отмечал поправки, принятые конституцией по отношению  к избирательным коллегиям. Первая поправка заключалась в том, что  коллегии будут дополняться ежегодными выборами. Вторая же лишала государства  права назначать руководителей  этих коллегий. Тем не менее он считал, что новые избирательные коллегии обладают теми же недостатками, что  и старые, однако не имеют ни одного из достоинств последних. Констан, приводя  пример английской системы выборов, выступал за прямые выборы. В случае замены выборов посредством избирательных  коллегий прямыми выборами, по его  мнению, рождается необходимость  условий собственности, требуемых  для отправления политических прав. Иначе говоря, он предлагал ввести имущественный ценз, так как рождение в конкретной стране и возраст  человека являются недостаточными для  наделения человека политическими  правами. Людей, которых социальная нужда удерживает в зависимости  от повседневного труда, Констан, с  точки зрения политической просвещенности, сравнивал с несовершеннолетними  и с гражданами других государств. Если к свободе развития способностей власть предоставит не собственникам  еще и политические свободы, то откроет  для них альтернативный труду  путь к достижению собственности. Это  вскоре породит коррупцию и беспорядки. 

Исполнительная власть осуществляется министрами, которые несут ответственность  перед парламентом. Они наряду с  представительными органами имеют  право законодательной инициативы. Судом для министров служит палата пэров. Законно могут быть обвинены и подвергнуты преследованию  в следующих трех случаях:

1. Злоупотребление своей законной  властью.

2. Незаконное, предосудительное действие  по  отношению к  общественному  интересу, безотносительно к частным  лицам.

3. Покушение на индивидуальную  свободу.

Примечательно, что в последнем  случае опять проявляется принцип  ограниченного суверенитета, в том  смысле, что есть вещи запрещенные  для всех. Снисходительность в  отношении министров и их ответственности, ни в коем случае не наносит вреда  правам и безопасности индивидов, так  как  проступки, касающиеся этих прав и угрожающие их безопасности, судятся  другими судьями. Министр может  ошибаться в вопросах, касающихся законного характера или полезности войны, он может ошибаться в каких-либо финансовых операциях. Но министр попросту не может ошибаться, когда речь идет о покушении на свободу гражданина. В этом случае он уверен в том, что  совершает преступление. Поэтому  снисходительность и оправданная  при рассмотрении вопросов политического  характера не должны проявляться, когда  речь идет о незаконных или произвольных действиях по отношению к индивиду. Констан по нескольким причинам выступал против так называемого провозглашения недоверия в отношении министров. Во-первых, такой вердикт заключался бы каждый раз при смене власти. Во-вторых, вынесение судом такого приговора имеет очень непредсказуемый результат и по сути является актом враждебности. В-третьих, вынесение приговора недоверия является прямым посягательством на королевскую прерогативу. Оно оспаривает свободу выбора монарха. Кроме того, доверие к министру, или наоборот, недоверие, которое он внушает, доказываются существованием большинства соответственно поддерживающего или отвергающего министра. По мнению Констана искать какие-либо иные пути, кроме предложенных им, по крайней мере бессмысленно.

В вопросе судебной власти Констан  придерживался принципа несменяемости  судей, так как даже покупка должности  является менее развращающей, чем  опасения потерять эту должность. Являлся  сторонником института суда присяжных  и гласности судебных процедур, которые  на тот момент уже функционировали. Так же выступал за полную независимость  судебной власти от остальных ее ветвей. Для полной гарантии независимости  судей предлагал даже повысить им жалованье или сделать должность  и вовсе бесплатной. Последнее  он объяснял тем, что те представители  народа, которые надеются на известность, не нуждаются в оплате труда. Хотя все же понимал, что должность  судей по природе своей не является бесплатной и, в конце концов, предложил  просто уменьшить количество судей, предоставить каждому округ, которым  он должен курировать и оплачивать его работу достойно.

Заключение

В заключении  проведенного исследования можно  сделать следующие основные выводы  по теме.

• В развитии либерализма во Франции следует отметить три этапа, три своеобразных «толчка». В первую очередь это конечно эпоха Просвещения. Прекрасно понимая, что в такой ситуации вести на бунт невежественных людей представляет собой бессмысленную трату времени и сил, деятели этой эпохи начали активную работу по просвещению третьего сословия. Главной целью Просвещения являлось искоренение невежества, так как от него исходило все творящееся зло. По их мнению, если народ поймет насколько алогичен режим, то удастся открыть путь к новому, разумному обществу. Просветители придавали огромное значение распространению знаний, образованности народа. Они не обделили вниманием и разумное законодательство, которое должно соединить интересы личности и общества. Таким образом, идеологические основы либеральной политической мысли были заложены в эпоху Просвещения.
• Следующим толчком явились Великая Французская революция, вместе с Террором и последующий термидорианский период. Террор, будучи эмоционально очень насыщенным периодом в истории Франции, являлся одновременно и расширением, и сокращением демократического пространства. Расширение проявлялось в активном функционировании демократических институтов, в частности участии граждан на референдуме по новой конституции в 1793 году. Сокращение же проявилось в ряде законов, приведших к увеличению централизации и аресту десяток тысяч граждан по обвинению в диверсиях и инакомыслии. Оно включало так же делегитимизацию проявлений оппозиции в апреле 1792 года, с началом войны против Австрии.
• Период после прекращения Террора девятого термидора II года (27 июля 1794 г.) может считаться непосредственным контекстом для продолжения развития французского либерализма. Опыт революции показал, как народ может быть лишен суверенитета по причине действий нескольких людей, которые совершают эти действия, преобразуя принципы представительства и разделения властей. Иначе говоря, стало понятно, что либеральные концепции от Гоббса до Руссо полны опасностей для свободы как центрального понятия либерализма.
• Завершающим аккордом в формировании либерализма выступила эпоха Реставрации. В эту эпоху «либерализм» означал не только доктрины политической свободы. Либерализмом обозначали приверженность ценностям и институтам, которые сформировались в эпоху революции. С другой стороны либерализм использовался в качестве обозначения оппозиционности по отношению к традиционной монархии. Своей притягательностью либерализм был обязан идеалу свободы во всех сферах жизни. Свободы, которая раскрепощала творческую сторону человеческой природы. Последствием этого явилось то, что либерализм стал одним из мощнейших оружий и идейных обоснований против любого рода авторитаризма.
• Понятие свободы – одно из основных в политико-философском творчестве Констана. Он очень четко очертил область применения свободы разграничивая два разных понятия: «свобода античная» и «свобода современная».  Античная свобода подразумевала активное участие граждан в политическом управлении, акцентирование их политических прав. Свобода, в эпоху нового времени, выступала гарантом автономии гражданского общества. Констан был сторонником оптимального синтеза свободы в античном и современном ему смыслах. В работе «О духе завоевания и узурпации» он отмечает радикальные различия аполитических условий человеческого счастья в античном мире и в современном государстве. В обоих случаях люди жертвуют меньшим ради большего. Вся разница в понимании этих ценностей. В античном мире большим удовлетворением являлось общественное существование, меньшим – частная жизнь. У современников Констана напротив – большим считается личная свобода, а к политической жизни они имели очень поверхностное отношение.
• Идея народного суверенитета занимает важное место в учении и трактуется Констаном довольно своеобразно. По его мнению существовало два вида власти: легитимная, обоснованная общей волей, и незаконная, порожденная силой. При этом он подчеркивает не только необходимость признания прав общей воли, но и четкого определения ее границ, так как абстрактное признание народного суверенитета может привести к утрате свободы вовсе.
• Переходя к вопросу о гражданских правах, следует отметить, что Констан был твердо уверен в том, что существует множество прав и свобод (индивидуальная свобода, религиозная свобода, свобода мнения и гласность, пользование собственностью, гарантии против любого произвола), не зависящих от политической власти, и всякая власть, которая нарушает их, становится незаконной. Обосновывал он это тем, что поскольку суверенитет народа ограничен, а воли народа недостаточно, чтобы сделать легитимным все, что он пожелает, то и власть закона тоже не должна быть безгранична. Сувереном является не отдельный человек или группа людей, а всеобщность граждан. Юрисдикция суверенитета ограничена, а границей является та линия, за которой находятся независимость и личная жизнь. Это значит, что существуют действия, которые ни в коем случае не могут быть чем-то санкционированы. Уверенность Констана в том, что власть, в чьих бы руках не оказалась, является злом и в том, что «существуют вещи слишком тяжелые для рук человеческих» навела на мысль, что бессмысленно обвинять носителей власти в чем-либо. Следует обвинить количество этой самой власти, а не ее обладателей.
• Идеалом политического устройства Констана являлась конституционная монархия английского образца. Констан выступал за создание пяти конституционных властей: королевской, исполнительной, постоянной (палата пэров) и выборной (нижняя палата) представительной властей и судебной власти. Главным принципом являлось равновесие трех властей, которое должно было гарантироваться королевской властью. Последняя являлась своего рода судьей для исполнительной, законодательной и судебной властей. Нейтральность королевской власти была необходимым условием конституционной монархии.
• Исполнительную власть должны осуществлять министры, которые отвечают не только и не столько перед монархом, сколько перед нацией. В отдельных случаях приказы короля не могли служить оправданием действий или бездействия министров. Хотя правительственная власть и проистекала из королевской, она все же существовала отдельно от нее. Если королевская власть была нейтральной, то власть министров являлась активной. Другой особенностью министерской власти было то, что министры наравне с представительной властью имели право законодательной инициативы.
• Констан обосновывал необходимость создания двухпалатного представительного собрания. Верхняя палата или палата пэров должна носить наследственный характер, а число его членов – быть неограниченным. Нижняя палата должна избираться народом, путем прямых выборов, а не посредством избирательных коллегий, как это было закреплено в конституции. Вместо этого института он предлагал ввести имущественный ценз, так как «одна лишь собственность обеспечивает досуг» - необходимый, по его мнению, критерий для способности пользования политическими правами.
• Судебная власть должна быть абсолютно независимой от остальных ветвей власти. Судьи должны назначаться пожизненно, дабы у них не было развращающего опасения потерять должность. Констан являлся сторонником уже тогда функционирующих институтов суда присяжных и гласности судебных процедур.
• Роль Констана как идеолога французского либерализма неоспорима и актуальна и в наши дни. Прошедшая по всему постсоветскому пространству волна демократизации и либерализации в начале 90-ых годов прошлого века продолжается и по сей день. Либеральные идеи и ценности все больше и глубже проникают в сознание людей, создавая пищу для размышлений. На самом деле это бесконечный процесс, который, однако, достиг своего пика именно в 19-ом веке. Особенности констановского представления о либерализме примечательны тем, что даже спустя два века они являются актуальными для ряда стран. Используя принципы ограниченного суверенитета и основы государственного устройства Констана, а так же национальные особенности конкретной страны, можно вывести на новый уровень любое современное государство, находящееся в так называемом переходном периоде.