«Вещное право в современной России

 

 

 

 

 

 

 

Приволжский филиал

Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения

высшего профессионального образования

«Российский государственный университет правосудия»

 

 

Факультет подготовки специалистов для судебной системы

(юридический факультет)

 

 

 

 

 

 

 

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине

«Вещное право в современной России»

 

Законодательство об инвестициях

 

 

 

 

Выполнил:

магистрант 2 года обучения

группы 13/з-105м

Кнакнина К.А.

Проверил:

 

 

 

 

 

 

 

 

Нижний Новгород

2015

В современных социально-экономических условиях в России существует объективная потребность привлечения инвестиций в различные отрасли экономики в целях обеспечения поступательного экономического развития.

По данным Госкомитета по статистике, объем инвестиций, поступивших от иностранных инвесторов в сфере добычи топливно-энергетических полезных ископаемых составил: в 2003 г. – 5149  млн. долл.; в 2004 г. – 8766 млн. долл.; в 2005 г. – 5164  млн. долл.; в 2006 г. – 7772  млн. долл. В первом полугодии 2007 г. в экономику России поступило 60,3  млрд. долл. иностранных инвестиций, что в 2.6 раза больше, чем в 1-ом полугодии 2006 года1. Активизации инвестиционной деятельности наряду с экономическими, политическими условиями способствуют и соответствующие законодательные условия, установленные для иностранных и национальных инвесторов2.

Если оценивать в целом российское законодательство, регламентирующее отношения в сфере осуществления инвестиционной деятельности, то надо отметить, что оно достаточно объемно – это более тысячи нормативных правовых актов. Можно назвать некоторые из них:

Федеральный закон от 25 февраля 1999г. № 39-фз «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений»;

Федеральный закон от 17 мая 2007 г. 82-фз «О банке развития»;

Федеральный закон от 5 марта 1999 г. № 46-фз «О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг»;

Федеральный закон от 29 октября 1998 г. № 164-фз «О финансовой аренде (лизинге)»;

Федеральный закон от 9 июля 1999 г. № 160-фз «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации»;

Федеральный закон от 29 ноября 2001 г. № 156-фз «Об инвестиционных фондах»;

Федеральный закон от 21 июля 2005 г. № 115-фз «О концессионных соглашениях»;

Федеральный закон от 30 декабря 1995 г. № 225-фз «О соглашениях о разделе продукции»;

Постановление Правительства РФ от 23 ноября 2005 г. № 694 «Об инвестиционном фонде»;

Приказ Росстроя от 11 декабря 2006 г. № 324 «Об утверждении типовых договоров и соглашений на 2007 год в рамках реализации федеральных целевых программ и федеральной адресной инвестиционной программы»;

Методические рекомендации по оценке эффективности инвестиционных проектов (утв. Минэкономики РФ, Минфином РФ, Госстроем РФ 21.06.1999 г. № вк 477).

Анализ содержания перечисленных и других нормативных правовых актов, регламентирующих рассматриваемые отношения, а также правоприменительной практики позволяет дать следующую оценку состояния законодательной базы.

В нормативных актах нет терминологического единства, в отдельных законах не определены цели и предмет правового регулирования, основные понятия требуют уточнения.

Например, в Законе «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» инвестиционная деятельность определена как вложение инвестиций и осуществление практических действий в целях получения прибыли и (или) достижения иного полезного эффекта. В других «инвестиционных» законах определение вообще не дается.

Субъектами инвестиционной деятельности наряду с инвесторами указываются заказчики, подрядчики, пользователи объектов капитальных вложений и другие лица (ст. 4 Закона РФ «Об инвестиционной деятельности в РФ, осуществляемой в форме капитальных вложений»). Указанные в ст. 4 пользователи объектов инвестиционной деятельности вряд ли могут быть признаны субъектами инвестиционной деятельности, если исходить из определения инвестиционной деятельности, поскольку инвестиционная деятельность предполагает совершение таких действий, как вложение инвестиций.

Нет четкости в определении инвестиционного фонда. В Законе «Об инвестиционных фондах» инвестиционный фонд определяется как имущественный комплекс, а в постановлении Правительства от 23 ноября 2005 г. № 694 «Об инвестиционном фонде РФ» фонд определяется как средства, предусмотренные в федеральном бюджете, подлежащие использованию в целях реализации инвестиционных проектов. Приведенные определения далеки от гражданско-правовой трактовки фонда. В силу ст. 118 ГК РФ  фондом признается не имеющая членства некоммерческая организация, учрежденная гражданами и (или) юридическими лицами на основе добровольных имущественных взносов, преследующая социальные, благотворительные, культурные, образовательные или иные общественно полезные цели. Имущество, переданное фонду его учредителями (учредителем), является собственностью фонда. Учредители не отвечают по обязательствам созданного ими фонда, а фонд не отвечает по обязательствам своих учредителей.

До настоящего времени остается дискуссионным вопрос о правовой природе такого вида инвестиционного договора, как соглашение о разделе продукции. Как указано в преамбуле – этот Закон, принятый в развитие законодательства в области недропользования и инвестиционной деятельности, устанавливает правовые основы отношений, возникающих в процессе осуществления российских и иностранных инвестиций в поиски, разведку и добычу минерального сырья. Инвесторы осуществляют капитальные вложения на территории Российской Федерации с использованием собственных и (или) привлеченных средств в соответствии с законодательством Российской Федерации. Согласно Закону соглашение о разделе продукции является договором, в соответствии с которым Российская Федерация предоставляет субъекту предпринимательской деятельности (инвестору) на возмездной основе и на определенный срок исключительные права на поиски, разведку, добычу минерального сырья на участке недр, указанном в соглашении, и на ведение связанных с этим работ, а инвестор обязуется осуществить проведение указанных работ за свой счет и на свой риск. Отдельные авторы называют этот договор публичным, другие считают гражданско-правовым. На наш взгляд, по своим признакам и по содержанию этот договор относится к числу предпринимательских договоров.

Судебная практика свидетельствует о том, что в сфере осуществления инвестиционной деятельности возникают споры, связанные с регистрацией участников инвестиционной деятельности, с определением их прав. Сложность в применении законодательства об инвестиционной деятельности связана с тем, что регулирование этой деятельности осуществляется комплексно, т. е. нормами различных отраслей права.

Можно привести следующий пример из практики. Организация обратилась в суд с заявлением об оспаривании Положения о проведении аукционов на право инвестирования строительства и реконструкции объектов, содержащегося в приложении № 4 к постановлению правительства Москвы от 27.04.2004 № 255-ПП «О порядке проведения конкурсов и аукционов по подбору инвесторов на реализацию инвестиционных проектов», ссылаясь на то, что оспариваемое Положение принято правительством Москвы с превышением полномочий, противоречит гражданскому законодательству, нарушает гарантированные нормами гражданского и жилищного законодательства права на беспрепятственное осуществление правомочий собственников в отношении принадлежащего им имущества.

Суд, рассмотрев материалы дела, пришел к выводу о том, что обжалуемый нормативный акт устанавливает процедуру проведения торгов по подбору инвесторов на реализацию инвестиционных проектов. По результатам торгов заключается не государственный, а инвестиционный контракт. Финансирование реализации инвестиционных проектов осуществляется лишь инвестором – победителем торгов за счет собственных средств. Бюджетные средства и средства государственных внебюджетных фондов не выделяются. Таким образом, нормы Федерального закона «О размещении заказов на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» в части процедуры и порядка проведения торгов при размещении государственных заказов к правоотношениям, связанным с подбором инвесторов, не применяются4.

Потребность регионов в привлечении иностранных инвестиций способствовала развитию правового регулирования на уровне субъектов Федерации. Возможность принятия таких нормативных актов субъектами Федерации вытекает из положений Конституции России и соглашений РФ с субъектами Федерации о разграничении компетенции между РФ и ее субъектами.

Во многих субъектах Федерации приняты региональные нормативные правовые акты. Например, на территории Республики Татарстан действует Закон «Об инвестиционной деятельности в Республике Татарстан» от 25 ноября 1998 г., который определяет правовые, экономические условия инвестиционной деятельности на территории Республики Татарстан, формы государственной поддержки в целях ее развития, обеспечения защиты прав, законных интересов субъектов инвестиционной деятельности вне зависимости от форм собственности. Подобные законы приняты и в других регионах.

Как свидетельствует практика, в ряде случаев содержание этих актов не соответствовало требованиям законодательства. Так, прокурор Нижегородской области обратился в суд, ссылаясь на то, что Закон «О государственной поддержке инвестиционной деятельности на территории Нижегородской области» в нарушение требований п. 3 ст. 2 Закона РСФСР от 26 января 1991г. № 1488–1 «Об инвестиционной деятельности в РСФСР», п. 2 ст. 4 Федерального закона от 25 февраля 1999  г. № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» установил не соответствующий законодательству перечень участников инвестиционной деятельности. В указанных законах не предусмотрено право государственных органов, органов местного самоуправления, а также органов, уполномоченных управлять государственным и муниципальным имуществом или имущественными правами, выступать в качестве инвесторов. Решением Нижегородского областного суда от 5 февраля 2001 г. заявление удовлетворено: перечень инвесторов, указанных в ст. 3 Закона Нижегородской области от 22.06.2000 № 116–3 «О государственной поддержке инвестиционной деятельности на территории Нижегородской области», признан противоречащим федеральному закону, недействующим и не подлежащим применению со дня вступления решения в законную силу5. Прокурор Республики Татарстан обратился в Верховный Суд Республики с заявлением в защиту государственных и общественных интересов о признании противоречащими федеральному законодательству отдельных положений Закона Республики Татарстан от 25 ноября 1998 г. № 1872 «Об инвестиционной деятельности в Республике Татарстан», действующих в редакции Законов Республики Татарстан от 24 июня 2003 г. № 18-ЗРТ, от 18 июля 2005 г. № 85-ЗРТ. Суд удовлетворил требования прокурора частично: признал недействующими и не подлежащими применению со дня вступления решения в законную силу положения ч. 2 ст. 2, устанавливавшей случаи, при которых инвестирование в объекты запрещено – в части слов «или наносит ущерб охраняемым законом правам и интересам граждан, юридических лиц и государства»; положения ст. 11, регламентировавшей налогообложение субъектов инвестиционной деятельности – в части слов «федеральных налогов в части, зачисляемой в бюджет Республики Татарстан», так как в соответствии со статьей 56 Налогового кодекса РФ льготы по федеральным налогам и сборам могут устанавливаться только в кодексе; а также положения статьи 14, устанавливавшей ответственность инвестора при нарушении им условий договора в виде возврата налоговых льгот, т. к. в соответствии с федеральным законодательством условия заключенных договоров сохраняются на весь срок их действия и возврат налоговых льгот не предусмотрен.