Ответственность за мошенничество

От подобных фактов мошеннического обмана следует отличать незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью, предусмотренное ст. 235 УК РФ. В последнем случае лицо на самом деле занимается лечением больных, хотя и не имеет на это права, и, возможно, достаточной квалификации. В указанном смысле обман здесь отсутствует.

Обман в Интернете

В век информационных технологий довольно распространено  мошенничество осуществляемое через  сеть Интернет. Термин «мошенничество в Интернете» применим в целом к мошенническим махинациям любого вида, где используются один или несколько элементов Интернета – такие как комнаты в чатах, электронная почта, доски объявлений или веб-сайты – для привлечения потенциальных жертв, проведения мошеннических сделок или для передачи поступлений от мошенничества в финансовые учреждения или иным лицам, участвующим в таких махинациях.

Вот некоторые виды обмана, совершаемые мошенниками через  всемирную сеть:

• Схемы проведения аукционов  в режиме он-лайн;
• Интернет-магазины;
• Деловые возможности / «надомная работа»;
• Кража личных данных и мошенничество;
• Схемы с использованием кредитных карт, и т.д.

Так, сотрудниками отдела «К» совместно со следственным управлением при МВД по Марий Эл раскрыта деятельность преступной группы, занимавшейся Интернет-мошенничеством в отношении граждан иностранных государств.

Участники группы, состоящей  из трех человек, от имени девушек  размещали объявления о заключении брачных отношений с иностранцами, фотографии фотомоделей и популярных актрис с указанием вымышленных адресов и биографий. В процессе общения «невесты» просили потенциальных женихов выслать деньги на проезд за границу для личного знакомства, на оформление загранпаспорта, приобретение визы, билетов и т.п. Мошенники получали «материальную поддержку» в банках Йошкар-Олы и Чебоксар с помощью международных систем электронных денежных переводов Western Union и Money Gram, после чего переписка обрывалась.

Задержанные в ходе обысков  организаторы преступной группы дали признательные показания, в содеянном раскаялись и выразили готовность возместить причиненный ими гражданину Великобритании ущерб.

По результатам проведенных  оперативно-розыскных мероприятий  в отношении участников преступной группы возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусматривающего ответственность по ч. 2 ст. 159 УК РФ (мошенничество). [7, с. 448]

Злоупотребление доверием

Злоупотребление доверием, второй мошеннический способ, стоит  очень близко к обману и часто связан с ним. В любом мошенничестве всегда присутствуют элементы и обмана, и злоупотребления доверием. Но, как правило, что-то одно является причиной передачи потерпевшим виновному имущества. Иногда, и часто, это, действительно, обман; но вполне возможно, что в качестве такой первопричины служит именно злоупотребление доверием. Так, если лицо продает другому лицу медное кольцо, выдавая его за золотое, то причиной получения денег за это кольцо служит обман - заверение виновного в определенном качестве кольца, хотя, конечно, и некоторые элементы злоупотребления доверием здесь тоже имеют место. Напротив, при получении лицом кредита в банке с тем, чтобы присвоить его, причиной передачи этому лицу имущества в виде кредитных денег служат доверительные отношения, возникшие между банком и виновным, и основанные на каких-либо объективных обстоятельствах (наличии залогового имущества, собственной недвижимости и т.п.). Хотя, очевидно, и в этой ситуации имеют место элементы обмана.

Под злоупотреблением доверием как способом мошенничества следует  понимать использование виновным для незаконного получения чужого имущества особых, доверительных отношений, сложившихся в силу наличия каких-либо обстоятельств между ним и потерпевшим. Очень часто в основе этих доверительных отношений лежат отношения гражданско-правовые, хотя это могут быть и отношения, основанные на трудовых, а также на особых личных связях (родстве, дружбе, любви и т.п.).[14, с. 392-396]

Злоупотребление доверием возможно только в отношении вменяемого и вышедшего из малолетнего возраста потерпевшего. В противном случае, когда виновный пользуется доверием невменяемого или малолетнего с тем, чтобы заставить его передать ему имущество или право на него, мошенничество отсутствует и содеянное квалифицируется как кража.

В качестве видов мошеннического злоупотребления доверием могут быть названы следующие:

1) невозвращение виновным  имущества, полученного в прокат (по договору проката). В Постановлении  Пленума Верховного Суда СССР  от 11 июля 1972 г. по этому поводу  говорилось: "Невозвращение государственного  или общественного имущества, полученного по договору бытового проката, должно влечь уголовную ответственность в тех случаях, когда виновный имел намерение путем обмана или злоупотребления доверием безвозмездно обратить это имущество в свою собственность. Такие действия должны квалифицироваться по ст. 93 УК РСФСР (мошенничество)" (п. 9);

2) отказ от оплаты  и присвоение товаров, полученных  виновным в кредит (товарный кредит);

3) занятие денег или  имущества в долг и присвоение  их;

4) получение аванса  за работу, которую виновный не  собирается выполнять;

5) получение и присвоение  банковских кредитов;

6) присвоение арендованного  имущества;

7) получение и присвоение  предоплаты по каким-либо договорам  и т.д.[16]

Не следует путать понятия "доверие" и "доверчивость". Если первое основано, как правило, на каких-либо основаниях, то второе является индивидуальным свойством характера конкретного человека и сколько-нибудь убедительных оснований под собой не имеет. В то же время совсем исключить мошенничество в отношении особенно доверчивого человека, видимо, нельзя. Если виновному известно это качество потерпевшего, и он его использует для завладения имуществом, следует говорить о составе мошенничества.

Кроме этого, в Постановление  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. указано  «как хищение чужого имущества в форме мошенничества надлежит оценивать действия, состоящие в получении социальных выплат и пособий, иных денежных выплат (например, предусмотренных законом компенсаций, страховых премий) или другого имущества путем представления в органы исполнительной власти, учреждения или организации, уполномоченные принимать соответствующие решения, заведомо ложных сведений о наличии обстоятельств, наступление которых согласно закону, подзаконному акту и (или) договору является условием для получения соответствующих выплат или иного имущества (в частности, о личности получателя, инвалидности, наличии иждивенцев, участии в боевых действиях, отсутствии возможности трудоустройства, наступлении страхового случая), а также путем умолчания о прекращении оснований для получения указанных выплат». [3, п.11]

Так, Североморским городским  судом Мурманской области Тимуршина  была признана виновной в мошенничестве. Зарегистрировавшись с 5 апреля 1995 г. в Североморском центре занятости как безработная и получая соответствующее пособие по безработице, 7 июня 1995 г. Тимуршина выступила учредителем общества с ограниченной ответственностью "Ариес". Отделом экономики и государственной регистрации администрации г. Североморска Тимуршина была зарегистрирована в качестве субъекта предпринимательской деятельности. Не поставив об этом в известность центр занятости, Тимуршина в период с 13 июня по 2 ноября 1995 г. незаконно получала пособие по безработице, обманом завладев деньгами в сумме 2 912 859 руб.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала следующее. Признавая Тимуршину виновной в мошенничестве, суд первой инстанции исходил из того, что она, выступив учредителем общества с ограниченной ответственностью, в силу действующего закона потеряла статус безработного и поэтому не имела права получать пособие. Таким образом, суд признал этот факт достаточным основанием для привлечения лица к уголовной ответственности. Между тем преступление, за которое осуждена Тимуршина, может быть совершено только при наличии прямого умысла. Однако данных о совершении Тимуршиной умышленных действий, направленных на завладение чужим имуществом путем обмана, в материалах дела не имеется. Для привлечения Тимуршиной к ответственности за мошенничество необходимо было доказать, что она знала о том, что, став учредителем какого-либо предприятия, она не имела права на получение пособия по безработице, и умышленно скрыла это с целью незаконного его получения. Но таких доказательств судом не установлено. Согласно показаниям Тимуршиной, нашедшим подтверждение в материалах дела, какой-либо коммерческой деятельностью она не занималась, зарплату и доходы не получала. При таких обстоятельствах в действиях Тимуршиной состава мошенничества при получении ею пособия по безработице не содержится. [7, 439-443]

Анализируемый признак  мошенничества доказывается порой  труднее всего, и прежде всего  это относится к злоупотреблению  виновным доверием потерпевшего. Трудно доказать, была ли у виновного цель присвоения кредита до его получения, собирался ли он изначально присвоить прокатное имущество и т.д. Для того, чтобы каким-то образом решить проблему с невозвращением кредитных средств, в уголовный закон был включен состав незаконного получения кредита (ст. 176 УК РФ). Он применяется при отсутствии признаков мошенничества.

Вместе с тем анализируемый  признак обязателен для мошенничества, и его отсутствие означает отсутствие всего состава в целом. Именно он является главным критерием для  отграничения преступного мошенничества  от недобросовестных гражданско-правовых сделок.

Потерпевший в мошенничестве  сам передает имущество или право  на него виновному. Внешне передача имущества  или права на него происходит вполне добровольно. Однако волеизъявление потерпевшего при этом дефектно; он действует под влиянием обмана или злоупотребления доверием.

Кроме фактического доступа  к имуществу или праву на него, виновный должен получить от потерпевшего право осуществления в отношении них каких-либо полномочий. Виновный может получить имущество, например, для ремонта, в аренду, в пользование, распоряжение, для транспортировки, для охраны и т.п.

Иногда утверждают, что  передача имущества потерпевшим  виновному для выполнения так  называемых "технических" функций, к которым относят функцию  временного присмотра за имуществом, например, на вокзале, или функцию примерки, осмотра, оценки нельзя относить к той передаче имущества, которая имеет место в мошенничестве. В приведенном примере по присмотру за вещами на вокзале, если он действительно закончился хищением имущества, мошенничество не может быть констатировано, но совершенно по другой причине: в связи с отсутствием у виновного цели завладения этим имуществом, возникшей до момента его получения под присмотр. Если же такая цель была, и лицо специализируется на подобных хищениях, при этом для внушения доверия заранее предпринимает какие-либо действия, например, обзаводится кучей сумок и чемоданов, использует ребенка и т.п., нет никаких оснований не квалифицировать содеянное как мошенничество. Точно так же, если лицо явилось к продавцу вещи и, пользуясь личным знакомством и изначально преследуя цель присвоения вещи, попросило ее якобы для примерки или для мнимой оценки (ювелирное изделие) и скрылось с этими вещами, реализовало их и присвоило деньги и т.п., - налицо мошенничество путем злоупотребления доверием с некоторыми элементами обмана.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2 Квалифицирующие признаки мошенничества

2.1 Мошенничество совершенное группой лиц по предварительному сговору и причинение значительного ущерба гражданину

 

Этот квалифицирующий признак предусмотрен в ч. 2 ст. 159.

Понятие группы лиц, совершивших  преступление по предварительному сговору, дано в ч. 2 ст. 35 УК РФ: "Преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления".

Выделяют следующие  признаки группы лиц, совершивших преступление по предварительному сговору:

1) группа должна состоять  по меньшей мере из двух  человек, являющихся субъектами  преступления;

2) участники группы должны совершить хищение совместно;

3) между лицами, входящими  в группу, должен состояться предварительный  сговор о совместном совершении  преступления.

 Рассмотрим указанные  признаки подробнее.

Количественный признак. Группа должна состоять по меньшей мере из двух человек, являющихся субъектами преступления. Максимальный состав группы законом не ограничен. Важным в характеристике этого признака является указание на то, что все входящие в группу лица должны быть субъектами преступления, т.е. быть вменяемыми и достигшими возраста уголовной ответственности. В том случае, если преступление совершено двумя лицами, один из которых не достиг возраста уголовной ответственности, группа лиц не может быть вменена в вину взрослому участнику содеянного; он привлекается к ответственности за преступление, не отягощенное квалифицирующими признаками, и при необходимости - по ст. 150 УК РФ за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления. [6, с.592]

Участники группы должны совершить преступление совместно. Этот качественный признак означает, что все лица, входящие в группу, должны быть соисполнителями. Соисполнительство, в свою очередь, предполагает, что лица совершают действия, входящие в объективную сторону состава преступления.

Выполнение лицами других ролей (подстрекателя, пособника, организатора) не может рассматриваться как обстоятельство, дающее основание для вменения анализируемого квалифицирующего признака (в отсутствие других соисполнителей) и квалифицируется с использованием ст. 33 УК РФ как соучастие в хищении.

Прежде всего, неверно  истолкована норма ч. 2 ст. 35 УК РФ: "Преступление признается совершенным  группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали  лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления". Как видно, в ней ничего не говорится о том, что соисполнительство в группе лиц по предварительному сговору понимается иначе, чем соисполнительство в простой группе. Соисполнители и здесь должны непосредственно совершать преступление или непосредственно участвовать в его совершении совместно с другими лицами (ч. 2 ст. 33 УК РФ). Только к такому выводу позволяет прийти грамматическое и систематическое (в системе с ч. 1 ст. 35 и ч. 2 ст. 33 УК РФ) толкование приведенной нормы.