Глобальные финансы

В качестве новых форм организации глобальных финансов возникают такие финансово-экономические структуры и соответствующие им субъекты, как офшорные зоны, свободные экономические зоны, зоны наибольшего благоприятствования, свободной торговли, таможенные, платежные, валютные, экономические союзы и т.д[1].

Таким образом, глобальную финансовую систему можно определить как вынесенную за национальные рамки систему финансовых потоков, кредитно-финансовых, валютных, платежных и денежных отношений, определяющих структуру глобального финансового пространства. Материальная и технологическая база глобального финансового рынка привела к его обособлению в рамках глобальной экономики, превратив в специфический механизм перераспределения части валовой добавленной в транснациональном производстве стоимости между держателями материальных и финансовых активов.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 2

ТРАНСФОРМАЦИИ ГЛОБАЛЬНЫХ ВАЛЮТНЫХ, ФИНАНСОВО-КРЕДИТНЫХ ОТНОШЕНИЙ

 

2.1 Мировые валютные отношения 

Наряду со сдвигами в реальной экономике потребуются трансформации в системе инструментов виртуальной экономики, которая в последние десятилетия оторвалась от реальной экономики и сформировала своеобразную экономику «мыльных пузырей», лопнувших в периоды кризиса 2001-2002 гг. и особенно глобального кризиса 2008-2009 гг. Речь идет о трансформации мировых валютных, финансово-кредитных, ценовых и рентных отношений.

 В течение столетий  функции мировых денег выполняло  золото, имеющее реальную стоимость, эквивалентную трудовой стоимости  всех остальных товаров и услуг, обращавшихся на мировых рынках.  
Отказ от золотого стандарта и возложение функции мировых денег на одну из национальных валют — доллар США — радикально изменило положение. Поступающие на мировой рынок товары и услуги обмениваются на доллары США, практически потерявшие связь с золотом и не обеспеченные. К тому же накопление внешнего и внутреннего долга США и кризисные потрясения американской экономики стали одним из существенных факторов глобального кризиса. 

На мировом рынке обращаются несколько свободно конвертируемых валют. Это доллар, евро, фунт стерлингов, японская иена, швейцарский франк. Пропорции обмена этих валют постоянно колеблются, что является одним из факторов неустойчивости мировой экономики и ненадежности экономических расчетов. 

Становление многополярного мира делает более реальной тенденцию к формированию нескольких резервных валют, установлению бивалютных расчетных систем и т.д. Но это полумеры, поскольку в любом случае национальные валюты отражают специфику экономики, которую они обслуживают[7]. 

Перспективными представляются все более часто высказываемые предложения о создании глобальной валюты, отражающей функционирование глобальной экономики и свободной от влияния национальных особенностей. При этом следует использовать накопленный Европейским союзом опыт перехода от условной расчетной единицы экю к реальной денежной наднациональной валюте, например евро. К тому же следует соблюдать принципы реальной стоимостной обеспеченности такой валюты. 

Конечно, такой путь нелегок и долгосрочен, займет не одно десятилетие. Но важно четко определить конечную цель движения и шаг за шагом двигаться по этому пути[11]. 

2.2 Мировые финансово-кредитные отношения 

Мировой рынок не может нормально функционировать без развитой системы финансово-кредитных и расчетных отношений и институтов, мировых финансовых центров, банков, бирж, страховых компаний и т.п. Они осуществляют расчеты и переводы инвестиций и ценных бумаг, определяют рыночную капитализацию компаний, фондовые индексы служат своеобразным барометром, характеризующим состояние инвестиционного климата и здоровье экономики. Но не следует забывать, что основная часть обращающегося в этой сфере капитала — это виртуальный, фиктивный капитал, не имеющий самостоятельной стоимости. Отрываясь от тенденций движения реальной экономики, он становится «кривым зеркалом» и одним из сильных факторов периодических экономических кризисов[9].

Банковский сектор в большинстве стран с развивающейся и переходной экономикой в условиях кризиса функционировал достаточно стабильно. В трех крупнейших государствах – КНР, Индии и Бразилии – темпы прироста банковских активов, собственного капитала и объемов кредитования составляли в 2008–2009 гг. не менее 15–20% в год (табл. 2.1).

Таблица 2.1 - Динамика роста банковского сектора КНР, Индии и Бразилии в 2007–2009 гг.

Страна	Показатель	2007	2008				2009
		IV кв.	I кв.	II кв.	III кв.	IV кв.	I кв.	II кв.
КНР	Активы банков, трлн. юаней	52.6	55.5	57.5	59.3	62.4	69.4	73.7
	Прирост активов, % в год	19.7	20.8	19.0	17.2	18.6	25.1	27.7
	Собственный капитал, трлн. юаней	3.0	3.3	3.0	3.5	3.8	3.9	3.9
	Прирост капитала, % в год	33.9	38.1	17.2	25.9	26.7	18.2	30.0
Индия	Активы банков, трлн. юаней	35.2	38.1	39.1	40.5	42.0	44.6	46.4
	Прирост активов, % в год	22.3	22.5	23.4	18.5	19.4	17.0	18.7
	Собственный капитал, трлн. юаней	2.6	2.7	3.2	3.2	3.3	3.3	37.0
	Прирост капитала, % в год	30.1	34.4	37.4	26.8	24.8	20.6	15.6
Бразилия	Активы банков, трлн. юаней	2.0	2.1	2.2	2.4	2.6	2.6	2.7
	Прирост активов, % в год	28.9	25.9	24.8	28.4	27.6	25.5	21.7
	Собственный капитал, трлн. юаней	475.0	493.6	530.2	585.7	684.1	690.6	713.8
	Прирост капитала, % в год	29.1	29.1	28.0	28.5	44.0	39.9	34.6
Примечание – Источник: Составлено по данным World Bank, IFC, Transparency International[7].

 

Такая стабильность была во многом связана со значительной автономностью банковского сектора этих государств, обеспечиваемой низкой долей иностранных активов и источников фондирования в балансах национальных банков. Так, в Бразилии доля трансграничных обязательств в пассивах депозитных институтов в последние годы составляла 4–5%, в Индии и Китае – менее 1%. Развитая внутренняя ресурсная база, в которой доминируют депозиты населения, а также отсутствие крупных внешних долгов сокращают зависимость банков этих стран от конъюнктуры глобальных рынков, укрепляя их долгосрочную устойчивость[7].

В настоящее время в мире доминируют четыре валюты, имеющие неофициальный статус резервных: доллар США, евро, фунт стерлингов и иена. В них происходит более 80% расчетов в международной торговле, а также номинируется около 95% официальных резервов и мировых финансовых активов (рис. 2.1).

Рисунок 2.1 – Доля национальных валют в официальных резервах, мировой торговле, международных заимствованиях и зарубежных банковских активах в середине 2000-х годов, %

Примечание – Источник: Составлено по данным МВФ, ЕЦБ, БМР[7].

Господство в валютной сфере – один из главных факторов сохранения лидирующих позиций развитых государств в международных финансах, позволяющий им замыкать на себя основные глобальные потоки капитала. Кроме того, США на протяжении уже многих лет активно используют статус доллара как ключевой мировой валюты для финансирования хронического дефицита своего платежного баланса, размещая среди иностранных инвесторов долларовые долговые обязательства. Постоянно растущий внешний долг США, достигший к концу 2009 г. 13.7 трлн. долл., как в очередной раз показал кризис, представляет значительную угрозу для стабильности экономики других государств, в том числе развивающихся, широко применяющих доллар как для обслуживания внешнеэкономических связей, так и во внутренних финансовых трансакциях. Это делает задачу интернационализации валют этих стран и формирования полицентрической мировой валютной системы еще более актуальной. Сегодня роль государств с развивающейся и переходной экономикой в глобальной валютной системе остается очень незначительной. Денежные единицы даже крупнейших из них, в том числе стран БРИК, являются по сути внутренними валютами, практически не используемыми в международных торговых и финансовых операциях. Совокупная доля валют данных государств в обороте мирового валютного рынка в 2007 г. не превышала 7%, а доля отдельных стран, за исключением Мексики и Южной Кореи, составляла менее 1% (табл. 2.2). Для сравнения: на доллар США в 2007 г. приходилось 86.3% оборота глобальной валютной торговли, евро – 36.9, иену – 16.6, фунт стерлингов – 15%[7].

Таблица 2.2 - Доля национальных валют ведущих стран с формирующимися рынками в обороте мирового валютного рынка, %

Страна	2001	2004	2007
КНР	0.01	0.10	0.48
Индия	0.25	0.35	0.69
Бразилия	0.45	0.25	0.36
Мексика	0.86	1.15	1.28
Южная Корея	0.84	1.20	1.11
ЮАР	0.97	0.77	0.93
Польша	0.54	0.40	0.79
Венгрия	0.02	0.21	0.29
Таиланд	0.16	0.20	0.21
Турция	0.04	0.12	0.16

 

Примечание – Источник: Рассчитано по данным БМР[7].

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 3

ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗАЦИЯ ВАЛЮТ

 

3.1 Новая резервная валюта

 

Интернационализация валют государств с развивающейся и переходной экономикой долгое время сдерживалась многочисленными преградами, в частности валютными ограничениями, относительной слабостью их внутренних валютно-финансовых рынков, высоким уровнем инфляции, подрывавшим доверие к национальной валюте и собственных граждан, и нерезидентов. В настоящее время в целом ряде рассматриваемых государств эти барьеры в значительной степени устранены, что создает предпосылки для более активного продвижения их валют на мировую арену. Наибольшим потенциалом для превращения в новую резервную валюту, способную успешно конкурировать с существующими мировыми валютами, сегодня располагает китайский юань. Об этом свидетельствуют:

– огромные масштабы экономики КНР (в 2009 г. – 2-е место в мире по объему ВВП;

– обширные внешнеторговые связи страны, которая в 2009 г. стала крупнейшим глобальным экспортером, обеспечившим до 9% общемирового объема экспорта;

– сильный платежный баланс и высокая курсовая стабильность юаня;

– относительно низкая инфляция, обеспечивающая устойчивую покупательную способность юаня (темпы роста потребительских цен в Китае в 2000–2006 гг. составляли в среднем 1.5–2%; в 2007–2008 гг. в результате некоторого перегрева экономики они ускорились до 5–6%, а в 2009 г. опять приблизились к отметке 1%);

– достаточно высокая емкость внутреннего финансового рынка (в 2009 г. объем активов банковского сектора Китая достиг 11.5 трлн. долл., рынка долговых ценных бумаг – 2.3 трлн. долл.);

– обладание крупнейшими в мире международными резервами, объем которых только за 2009 г. вырос на 23.3% и к началу 2010 г. превысил 2.4 трлн. долл.[10].

Основным препятствием на пути становления юаня как мировой резервной и расчетной валюты выступает его ограниченная конвертируемость.

Жесткое регулирование конверсионных операций с юанем – важный элемент государственной валютной политики Китая, главным приоритетом которой является всесторонняя поддержка национального экспорта. Это обеспечивается прежде всего сохранением на протяжении многих лет заниженного курса юаня по отношению к валютам основных торговых партнеров. По различным оценкам, курс юаня к доллару занижен на 25–40%. Помимо увеличения объемов экспорта, низкий курс национальной валюты удешевляет для иностранных компаний стоимость реализации проектов в КНР, что стимулирует масштабный приток прямых инвестиций из-за рубежа. Валютные ограничения позволяют китайским властям поддерживать курс юаня на необходимом уровне и обеспечивать стабильное функционирование внутреннего валютно-финансового рынка. Пока власти КНР предпринимают лишь осторожные шаги по интернационализации юаня. В частности, начиная с 2004 г. с ним разрешено проводить отдельные операции текущего и капитального характера на территории Гонконга. Принимаются также меры по более активному вовлечению юаня в обслуживание приграничной торговли с  сопредельными странами, включая Россию. Еще одним важным шагом к становлению юаня как международной расчетной единицы стало подписание Народным банком Китая соглашений о валютном свопе с центральными банками ряда стран, в том числе Аргентины, Беларуси, Индонезии, Малайзии и Южной Кореи. Эти соглашения предусматривают обмен юаня на национальные валюты контрагентов с совершением через установленное время обратных конверсионных операций. Как ожидается, такие соглашения, общая стоимость которых в 2009 г. превысила 100 млрд. долл., будут способствовать переводу части взаиморасчетов в двусторонней торговле государств участников на их национальные валюты. Из некоторых заявлений китайских официальных лиц следует, что они рассматривают возможность превращения юаня в мировую резервную валюту к 2020 г. Достижение этой цели потребует дальнейшей либерализации национального валютного законодательства, последовательного развития банковской системы и внутреннего фондового рынка, а также налаживания эффективного мониторинга трансграничных денежных потоков с целью предотвращения внешних спекулятивных атак на юань[5].