Уголовно – правовая ответственность

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ  БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ  ВЫСШЕГО  ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

  «ФИНАНСОВЫЙ УНИВЕРСИТЕТ 

ПРИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

 

Факультет «Менеджмент»

 

 

Кафедра «Теория и история государства и права»

 

 

 

Реферат

 

по дисциплине:

«Право»

 

На  тему: « Уголовно – правовая ответственность»

 

 

 

 

 

 

 

 

Выполнил: студент группы

Мен 1-3

Фейзуллаев С.Б.

Проверил: к.ю.н.,   доц.Николюкин С.В.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Москва - 2011 г.

 

1. Понятие уголовной ответственности

Уголовная ответственность в содержательном плане есть разновидность правоотношения, входящего в механизм уголовно-правового  регулирования.

Как правоотношение уголовная ответственность  предполагает, прежде всего, свое содержание, суть которого выражается в осуждении (и наказании) лица, совершившего преступление, и принуждении его к исполнению правовой обязанности претерпеть в  связи с этим лишения личного  или имущественного характера: ограничение  правового статуса, в результате чего происходит своеобразная переакцентовка в сочетании его прав и обязанностей. Превалируют в этом случае обязанности, а подчиненное (ущемленное) положение занимают права. Объяснить это можно тем, что фактом совершения преступления виновный сам приводит в действие уголовно-правовую норму, сакцентированную на его правовой обязанности — принять как должное деформацию правового статуса, понести наказание и восстановить нарушенные законные права потерпевших. Только в таком контексте можно признать справедливым замечание о том, что ответственность является внутренним регулятором поведения. В этом плане как раз и находит свое выражение одна из функций уголовной ответственности — эффективно воздействовать на сознание и психологию преступника, чтобы вызвать положительную для общества психологическую "встряску" правонарушителя, переустройство его интеллектуально-волевых качеств.

В этой связи можно заметить, что  объектом правоотношения уголовной  ответственности (в широком смысле) можно назвать правовой статус лица, совершившего преступление. Уголовно-правовые регулятивные отношения могут воздействовать на личные или имущественные блага  лица, совершившего преступление, лишь через отношения уголовной ответственности. Именно это и обусловливает совпадение их совместного объекта воздействия. Говоря об ограничении правового  статуса, следует особо подчеркнуть, что это лицо остается гражданином  своего государства и имеет комплекс обязанностей и прав, предоставленных  ему законом в связи с привлечением к уголовной ответственности.

Субъектами правоотношений уголовной  ответственности являются, с одной  стороны, лицо, совершившее преступление (носитель правового статуса), с другой — государство в лице соответствующих  органов. При этом государство всегда имеет право обязать виновного  претерпеть неблагоприятные для  него последствия. Это, однако, один аспект их взаимоотношений (по нисходящей линии). Другой заключается в том, что  преступник имеет право требовать, чтобы ущемление его прав и  интересов происходило в законных пределах и на законной основе, а  государство обязано эти требования неукоснительно соблюдать (взаимоотношения  по восходящей линии). Думается, что  анализ уголовной ответственности  с позиции ее содержания, структуры  и функции, т. е. с позиции ее как  отношения, значим главным образом  для правильного выявления места  и роли государственного принуждения (а в конечном счете — и наказания) в структуре уголовного регулятивного правоотношения. Последнее же позволит определить социально-правовое значение уголовных санкций, их взаимодействие, с одной стороны, с уголовной ответственностью, а с другой — с уголовным наказанием.

Изложенное позволяет выявить цепочку взаимосвязанных звеньев в решении вопроса о понятии уголовной ответственности. Суть этой взаимосвязи заключается в том, что уголовное регулятивное правоотношение может в полном объеме реализоваться лишь через уголовную ответственность, уголовную санкцию и в необходимых случаях — уголовное наказание. Уголовная ответственность, таким образом, выступает как правоотношение, возникающее между государством и преступником по поводу его личных или имущественных прав.

Вместе с тем было бы ошибочным  отождествлять регулятивные правоотношения с правоотношениями уголовной ответственности. Их совпадение (близость) заключается  лишь в том, что они действуют  в одних и тех же временных  параметрах: от совершения преступления до снятия всех уголовно-правовых ограничений  — судимости. Правоотношения уголовной  ответственности составляют лишь юридическое  содержание регулятивных. Далее. Функция регулятивных правоотношений заключается в том, чтобы наполнить правоотношения уголовной ответственности конкретным содержанием. Функция же правоотношений уголовной ответственности — в том, чтобы это содержание довести до лица, совершившего преступление. И наконец, задача регулятивных правоотношений — создать все необходимое для привлечения преступника к уголовной ответственности. Задача же правоотношений уголовной ответственности — реализовать эту ответственность либо частично, либо в полном объеме.

 

 

2. Социальные предпосылки уголовной ответственности

Сущность любой ответственности, в том числе и уголовной, обусловливается  взаимодействием трех основных слагаемых  человеческого бытия: личности, общества и государства. Каждый человек испытывает на себе, как минимум, тройную социально-нравственную коррекцию: собственную сознательно-волевую  регуляцию, общественное воздействие  и влияние государственных установлении.

Государство воздействует на человека двояко: опосредованно — через  общество (сограждан) и непосредственно— как на гражданина. Вместе с тем стопроцентное "растворение" личности в обществе, как и полное подчинение ее государству, недопустимо, ибо в противном случае человек лишается своей сознательно-правовой индивидуальности. В демократическом государстве человек является личностью отдельной, свободной и вместе с тем неразрывен с общей государственной жизнью.

С точки зрения ответственности  нас в первую очередь интересует вопрос, что происходит после того, как человек совершил неблаговидный  поступок, и во вторую, почему он это  сделал? Первое требует наличия ответственности, второе — ее меру. Силы, стимулирующие  человека к этому поступку, угасают  после его совершения. Остается деяние, оно отдаляется от его творца и  предстает перед ним как фактор, уже существующий для других (и  официального судьи). А поскольку  совершаемое деяние касается их, затрагивает  их интересы, постольку оно превращается в социальный (общественно значимый) феномен, требующий отрицательной  оценки.

Во всем мире нет ничего более  святого, по И. Канту, чем право других людей. Оно неприкосновенно и  ненарушимо. Значит, поистине свободен лишь тот, кто, осуществляя свою свободу, не награждает несвободой других. Категорический императив Канта заключается  в следующем: мы должны поступать  так, как требуем от других, чтобы  они поступали по отношению к  нам. Мы должны уважать человека, права  которого нарушены, требовать, даже при  помощи насилия, удовлетворения оскорбленного  права. Но если же наша жажда права идет дальше, чем необходимо, то это уже месть.

 

3. Объективно-субъективная природа уголовной ответственности

Уголовная ответственность, будучи по своей социально-правовой функции  объективной категорией, содержательно  заключает в себе и субъективные моменты. Объективная и субъективная ее стороны прежде всего выражают вовне специфику собственно ответственности как уголовно-правовой категории, которая, возникнув, существует объективно (реально), независимо от того, желательна она для лица, совершившего преступление, или нет. Кроме того, они отражают и глубину личного чувства ответственности. Объясняется это, очевидно, тем, что уголовная ответственность, возникшая как внешняя (по отношению к отдельному индивиду), социально-правовая форма взаимосвязи преступника с отдельным человеком или обществом, в результате интериоризации (т.е. перехода извне внутрь) способна породить, а в большинстве случаев и порождает, наряду с другими факторами социальной действительности, осознание людьми чувства ответственности по поводу благ других людей или общественных благ, охраняемых всем комплексом социально-правовых установлении. Этим в определенной степени можно объяснить то, что большое число людей соблюдают законы (в том числе и уголовные) в силу своей внутренней привычки, ставшей для них жизненной необходимостью.

Взгляд на уголовную ответственность  как на правоотношение (правоотношение уголовной ответственности) позволяет, в свою очередь, определить оптимальную  дозировку соотношения объективного и субъективного признаков состава  преступления, что воплощается в  объеме уголовной ответственности  и характере мер государственного принуждения, применяемых к конкретному  лицу, совершившему преступление.

Наше отечественное уголовное  право исходит из признания двуединого, объективно-субъективного основания  уголовной ответственности, таким  образом подчеркивая свой релятивный (относительный) характер. При этом объективные и субъективные элементы основания уголовной ответственности не конкурируют между собой, не вытесняют друг друга, а образуют единое основание уголовной ответственности. В решении этого вопроса недопустима как недооценка, так и переоценка объективного и субъективного моментов, на основе которых в каждом конкретном случае определяется не только объем уголовной ответственности, но и вид и размер назначаемого наказания, а также ряд других моментов, существенно влияющих на правовой статус осужденного. Для цивилизованного уголовного права является аксиомой тезис о том, что намерения и убеждения человека, как бы порицаемы они ни были, не влекут уголовной ответственности, если они не воплощены в деяние. В этом плане недооценка объективных признаков основания уголовной ответственности за счет гипертрофирования субъективных неизбежно приведет (и приводит) к беззаконию и произволу.

Вопрос о соотношении объективных  и субъективных элементов в основании  уголовной ответственности очень  важен, помимо всего изложенного, в реализации таких принципов уголовного права, как неотвратимость уголовной ответственности и наказания, индивидуализация уголовной ответственности и наказания. Известно, что персональная уголовная ответственность является необходимым условием ее индивидуализации.

 

4. Основание уголовной ответственности

В настоящее время подавляющее  число правоведов основание уголовной  ответственности рассматривают  через призму состава преступления. Однако делают они это по-разному. Для одних единственным основанием уголовной ответственности является установление в действиях лица определенного  состава преступления. Но ведь установление состава есть процесс познания, оценки, сравнения совершенного деяния с  описанием его в законе. Деяние в своем наличном бытии всегда конкретно, истинно. Установление же его  законодательных границ — относительно и не всегда должно быть истинным и  конкретным.

Для других основанием уголовной ответственности  выступает состав преступления. Главный  недостаток этой точки зрения кроется  в том, что в такой интерпретации  нарушается закон логики: основное, исходное, конкретное и реальное явление (деяние) подменяется производным, относительным  и абстрактным понятием этого  явления (составом преступления). Подобная подмена в конечном счете приводит к неизбежному отрыву состава преступления как законодательной модели от фактического, содержательного основания этой ответственности, т. е. преступного деяния. И, наконец, утверждение о том, что состав преступления является основанием уголовной ответственности, не согласуется с положениями закона. В соответствии с требованием Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. основанием уголовной ответственности являлось предусмотренное уголовным законом общественно опасное и виновное деяние. Согласно этому закону, для привлечения к уголовной ответственности и признания лица виновным необходимо установить, что в совершенном им деянии имеется состав определенного преступления. В силу требований уголовно-процессуального законодательства уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению за отсутствием состава преступления. Если подобное обнаруживается в стадии судебного разбирательства, то суд выносит оправдательный приговор.

Точка зрения законодателя на наличие  в совершенном деянии признаков  состава преступления как на основание уголовной ответственности сориентирована не на содержательные (фактические) свойства самого деяния, а на их правовую форму выражения. Еще дальше от истины уводит формулировка У К РФ 1996 г., согласно которой основанием уголовной ответственности является сам процесс "совершения" деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законом. Главный недостаток приведенной формулировки заключается в ее противоречивости. Процесс "совершения" деяния в силу своей незавершенности может как раз не содержать "всех" признаков состава преступления. Иными словами, подобный подход к определению основания уголовной ответственности ориентирует на постоянное расхождение между фактически содеянным и его уголовно-правовой оценкой.

Исходя из диалектического понимания  человеческой (в том числе и  преступной) деятельности и уголовно-правового  определения преступления, можно  заключить, что единственным основанием уголовной ответственности является деяние (действие или бездействие) общественно  опасное, виновное и противоправное, т. е. преступление, признаки которого заключены в соответствующей  статье Особенной части УК. Такой  подход к определению основания  уголовной ответственности логично  приводит к выводу о том, что уголовная  ответственность возникает одновременно с фактом совершения лицом указанного в законе деяния. Состав же преступления, определяя оптимально допустимую правовую дозировку соотношения объективных  и субъективных признаков совершенного общественно опасного, виновного  и противоправного деяния, выступает  для правоприменитель-ных органов единственно возможной моделью (эталоном) уголовно-правовой оценки (квалификации) преступления и лица, его совершившего.