Конфликт Добра и Зла в романе В. Гюго «Отверженные»

Психологический метод Гюго сводится в обрисовке Жавера к утрировке двух простых чувств, доведенных почти до гротеска: «Этот человек состоял из двух чувств —из уважения к власти и ненависти к бунту».

Ужасен был и взгляд Жавера, который «леденил и сверлил, как бурав». Даже радость Жавера художник называет «сатанинской». Когда Жавер узнает, что г-н Мадлен и есть бывший каторжник Жан Вальжан, о чем он смутно догадывался с самого начала, лицо его делается похожим на «торжествующее лицо сатаны, который вновь обрел своего грешника».

Гюго недаром рисует Жавера такими укрупненными и впечатляющими мазками. От этого укрупнения зависит драматизм столкновения противостоящих друг другу сил. Значительным и масштабным силам добра (епископ Мириэль, преображенный им Жан Вальжан, героически самоотверженная мать Фантина) противостоит столь же масштабный и значительный противник, олицетворяющий для Гюго неправедный государственный закон (в противоположность праведному закону человеческого сердца).

 

Выводы

Существенным в романе является то обстоятельство, что жизнь и страсти героев при всей их невероятности оказываются, в конечном счете, художественно оправданными и правдивыми. Соотнесенная со своим общественно-историческим фоном, история борьбы Жана Вальжана и Жавера обретает характер социально-символический, морально-нравственного выбора. В святости Жана Вальжана воплощена правота добра, в злобе Жавера — вся абсолютная жестокость зла.

В святости Жана Вальжана воплощена правота добра, в злобе Жавера — вся абсолютная жестокость зла.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

Всякий читатель уже с первых страниц чувствует, что «Отверженные» — это не просто еще один вариант знакомой темы, что содержание книги не сводится к сюжету и что в ней есть нечто большее, высоко поднимающее ее над увлекательными, но, в сущности, довольно плоскими по мысли романами-фельетонами. Действительно, Гюго лишь отталкивался от литературной традиции — он ставил себе задачу совсем иного масштаба; конкретные вопросы жизни общества, живые образы людей, захватывающая фабула — лишь "одна сторона произведения; за всем этим стоит грандиозная панорама эпохи, а за нею возникает вопрос о судьбах народа, человечества, морально-философские проблемы, общие вопросы бытия.

К моменту опубликования романа окончательно сложились взгляды Гюго на мир и человека — взгляды, которые легли в основу всего дальнейшего его творчества[3].

Мир представлялся Виктору Гюго ареной ожесточенной борьбы двух извечных начал — добра и зла, света и тьмы, плоти и духа. Эту борьбу он видит везде: в природе, в обществе и в самом человеке. Исход ее предрешен доброй волей провидения, которому подвластно все во вселенной, от круговорота светил до мельчайшего движения человеческой души: зло обречено, добро восторжествует. В нравственном отношении мир расколот, но вместе с тем он един, ибо сокровенная сущность бытия состоит в прогрессе. Жизнь человечества, как и жизнь вселенной, — это непреоборимое движение по восходящей, от зла к добру, от мрака к свету, от уродливого прошлого — к прекрасному будущему. Накануне выхода «Отверженных» в одной из политических речей 1860 года Гюго говорил: «Прогресс есть не что иное, как выражение закона тяготения. Кто же смог бы остановить его? О деспоты, я бросаю вам вызов, остановите падающий камень, остановите поток, остановите лавину, остановите Италию, остановите 1789 год, остановите мир устремленный богом к свету»[4].

В самом безобразии Гюго видит зерно прекрасного, в жестоком сердце — дремлющую человечность, в несовершенном общественном устройстве — очертания гармонии, и даже в нечистотах парижской клоаки он провидит сочные травы, тучные стада, здоровую, радостную жизнь, в которую они преобразятся, пройдя через созидательный круговорот природы. Нет такого самого мрачного жизненного явления, которое казалось бы Гюго безнадежным. Так, не пугают его и «социальные нечистоты» — нравственно искалеченные люди общественного дна: это порождения «мрака». «Что же нужно, чтобы эти оборотни исчезли? Свет. Потоки света. Ни одна летучая мышь не выносит лучей зари. Залейте же светом общественное подземелье» [6].  
Список использованной литературы

 

1.  Гюго В. Романы. М., 1999.
2. Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений, т. 30, М., 1982.
3. Давиденко Г.И., Чайка О.М. История зарубежной литературы XIX - XX    вв., Киев, 2009.
4. Елизарова М.Е. и др. История зарубежной литературы XIX в. М.,1988.
5. Евнина Е. М. Виктор Гюго, М.: Наука, 1976.
6. Брахман С. «Отверженные» Виктора Гюго. М., 1968.
7. Гюго В. Полное собрание сочинений, т. 11, 1951.
8. Энцеклопедический словарь юного литературоведа.- М, 1987.
9. Моруа А. Олимпия, или жизнь Виктора Гюго. М., 1998.
10. Сафронова Н. Н. Виктор Гюго. М., 1989.
11. Мешкова И. В. Творчество Виктора Гюго. Саратов, 1971.
12. Трескунов М. Виктор Гюго. Очерк творчества. М., 1969.