Место народной художественной культуры в культуре современного общества

На определенном этапе города перестают ориентироваться только на традиции народной культуры, однако она продолжает развиваться в городах и в поздней истории. В процессе развития в городской культуре наращиваются элементы, отклоняющиеся от ценностей крестьянской культуры. А это значит, что возникают противоречия в отношениях между пластами культуры. Город подхватывает и развивает не только традиции народной культуры, развивающейся на селе, но элементы, развивающиеся в городах, противостоят ценностям крестьянской культуры. В иных случаях эти отношения доходят до антагонизма.

В городах народная культура трансформируется, но не разрушается и не исчезает полностью, не обрывается, а продолжает развиваться. Следовательно, народное искусство продолжает функционировать не в границах одного слоя культуры, а охватывает многие, если не все, культуры. Таким образом, мы приходим к выводу о необходимости на каждом этапе новой и новейшей истории выделять слой народной культуры, который будет то увеличиваться, то сужаться, захватывая новые социальные группы.[6 – 40 c.]

Не только каждый из слоев культуры сохраняет свою автономность, представлен своими наиболее яркими носителями, творцами этого типа культуры. Наряду с этим, с одной стороны, между ними образуются сложные переходные нестабильные формы, функционирующие в совместно образуемых зонах, а с другой – народная культура сохраняет значение первоосновы, первоистоки для всех этих образований. Все слои культуры – элитарной, массовой и даже суперэлитарной, функционирующие в основном в инонациональной космополитической среде, прошли эмбриональную стадию развития в народной культуре, сохраняют в той или иной мере с ней связь, пользуются ее ценностями и художественными возможностями, опираются на них в поисках новых выразительных средств. Не случайно, у таких, на первый взгляд весьма «не народных» явлений, как рок-музыка (в ее течениях – хард-рок, хеви-металл и другие), специалисты обнаруживают связь с фольклором, более того приходят к парадоксальному выводу о том, что рок – это фольклор XX столетия. [17 – 53 c.]

Можно предположить, что и в будущем появление все новых форм культуры будет так или иначе обязано народной культуре, народному творчеству, ибо не только их прошлое, но и настоящее связано с ними.

Таким образом, народная художественная культура занимает в культуре современного общества исторически принадлежащее ей место, обусловленное присущим ей способом производства, сохранения и распространения духовных ценностей, а также способностью оплодотворять другие слои культуры в их становлении и развитии. Богатство, множественность содержательных и жанровых пограничных образований между культурами – живительный исток их взаимообогащения, проявления принципиально новых явлений в культуре в целом и в каждом ее слое в отдельности. Народная художественная культура – полноправный участник современного культурно-исторического процесса, одно из главных действующих лиц российской культуры. 
Параграф 1.2. Современные формы традиционной народной культуры

Известный специалист по народному искусству М.А. Некрасова выделяет четыре формы существования народного традиционного искусства в условиях современности, которые исторически сложились в прошлом и окончательно сформировались в России к середине XX столетия. [12 – 78 c.] Их характеризует общность традиций, школ, художественных систем, художественного языка в целом и локальных признаков творчества – всего того, что важно для функционирования народного декоративно-прикладного искусства. [9 – 23 c.]

Первая форма охватывает народное вещно-прикладное творчество в рамках своего аутентичного бытования, так как связана с породившими его условиями – этнографически-региональным укладом жизни. Это творчество существует и в наши дни в отдаленных, изолированных районах страны, замкнутых в силу особых географических и экономических условий. Это Кавказ, Крайний Север, Памир, отдельные районы Дальнего Востока.

Вторая форма существования народного прикладного искусства – это коллективное творчество на основе общности промысла, развивающегося на почве местной художественной традиции.

Третья форма включает творчество отдельных мастеров, сохраняющих коллективный художественный опыт, традицию.

Четвертая форма объединяет организованные мастерские, которые имеют свои помещения, необходимые средства, оборудование, свои кадры и соответствующий план по производству изделий.

Если мы обратимся к первой форме народного искусства – творчеству населения, развивающегося в рамках своего этнического бытования, то полностью согласимся как с самой выделенной формой, так и с тем, что носителями ее будут непосредственно сами жители этих районов, исконно занимающиеся ремеслом для собственных нужд и потребностей данного региона. Другими словами, ремесло в этих районах существует по-прежнему, как и много лет тому назад, для собственного хозяйства и для рынка, который регулируется внутренним спросом. Характер ремесла здесь довольно широк и разнообразен, мастера и ремесленники есть почти в каждом доме. Например, на Севере занимаются изготовлением одежды из оленьих шкур, украшают ее бисером и мишурой, шьют особую обувь для хождения по снегу и горным тропам. В этих же районах занимаются изготовлением изделий из бересты и ивовых прутьев – корзин, туесов для собирания ягод и грибов и др. На Кавказе большое место отводится изготовлению кошм, подстилок, ковриков из меха, войлока, шерсти, глиняной посуды.

Ответить на вопрос, кто является носителем традиционной народной вещной культуры в трех последующих формах бытования народного искусства непросто. Сложность заключается в том, что художественные промыслы как таковые заметно изменились по своему характеру, составу мастеров и исполнителей, по уровню исполнения и облику самих изделий. Многие изделия стали просто предметами искусства, соответственно изменился и потребитель, заказчик. Однако искусствоведы по-прежнему отмечают полную преемственность традиций во всех типах промыслов.

Скажем несколько слов о художественных промыслах, которые составляют вторую и четвертую формы народного искусства по данной классификации. Под этим понятием объединяются довольно разные структуры, которые не могли не повлиять на носителя традиционной народной культуры, систему передачи традиции и ее функции в новое время.

Если говорить о дне сегодняшнем, то понятие народные, художественные промыслы стало и без того еще более широким и запутанным в силу участия в них разных мастеров и художников – профессионалов.

Так, по мнению искусствоведа Н.Н. Мамонтовой, для одних промыслы – это исторически сложившиеся предприятия, для других – это сообщество индивидуально работающих художников на основе традиции, для третьих – это объединения народных мастеров – хранителей традиционных форм ремесла, для четвертых промысел – это коммерческая фирма, на которой трудятся мастера и художники. Есть немало и промежуточных форм. [9 – 23 c.]

Исключение, очевидно, могут составлять те промыслы, где сами мастера являются авторами и исполнителями изделий и предметов быта, где главным остается творческий труд и ремесло. Носителями традиции в подобных промыслах выступают мастера, творчество которых развивается на основе местной традиции, а материальная заинтересованность сочетается с потребностями в творчестве и культурной традицией. Такие промыслы существуют, но их, к сожалению, немного. Здесь изготавливают, как и прежде, утилитарные предметы ручной выделки, которые создаются исключительно для себя или для продажи в ограниченных масштабах. Среди таких предметов можно назвать самые разные, это и токарные матрешки, глиняные и деревянные игрушки, узорные варежки и носки, пуховые платки, кружевные воротнички и накидки, коврики и половики и др.

Приходится признать, что в результате всех изменений, происходивших в XX в., понятие народная, традиционная культура (народное декоративно-прикладное искусство) идентифицировалось не с крестьянскими ремеслами, а с так называемыми художественными промыслами, независимо от того, старинные это объединения или новые, знаменитые или малоизвестные, крупные или мелкие. Хотя приоритет получили исторически сложившиеся, широко известные художественные промыслы, принесшие особую популярность России. Среди них обычно называют искусство Федоскина, Жостова, Мстерскую вышивку и золотошвейную в Торжке, серебро «Северной черни» и Ростовскую финифть, Палех и Мстеру, богородскую или вятскую игрушку, вологодское кружево, хохломскую и городецкую роспись.

Таким образом, на протяжении десятилетий сформировалась ведомственная модель представлений о народном искусстве. Современное продолжение народного искусства стало результатом отбора, производимого в народном предметно-вещном мире специалистами-искусствоведами, общественными деятелями, учеными в соответствии с их пониманием природы народного искусства. Отсюда и развившиеся впоследствии понятия и критерии, особая психология некоего монополизма художественных промыслов в отношении всего народного искусства, проявляющаяся во взглядах и действиях специалистов и учреждений на протяжении долгих лет. [2 – 173 c.]

Рассмотрим еще один аспект – механизмы передачи традиции в новых условиях. Народное традиционное искусство, как мы уже знаем, изначально было ориентировано на канонические системы, на традицию, непосредственно передававшуюся из поколения в поколение.

Отличие современных механизмов передачи традиции от народной культуры прошлого особенно заметно в четвертой форме народного искусства – на крупных фабриках и предприятиях. Традиция оживает в творчестве того или иного будущего мастера не на основе привычного врожденного пластического видения мира, опыта, наследуемого от отца к сыну, от мастера к мастеру одной деревни, а путем сознательной установки на тот или иной тип, вид художественного творчества, на определенный тип традиции, на уже известную образную стилистическую структуру, которая осваивается в процессе обучения в школе, техникуме. Здесь чаще всего синтезируются элементы фольклорной традиции, крестьянской и городской, творчество мастера народного и профессионального, преобладает сознательный выбор традиции, ее осмысление на новой основе.

Если мы обратимся к третьей форме – творчеству отдельных мастеров, сохраняющих коллективный художественный опыт и традицию в своих работах, с тем чтобы выяснить являются ли они – наши современники, носителями народной традиции, то окажется, что и здесь не все ясно и определенно. Часто употребляемый сегодня термин «народный мастер» объединяет подчас очень разных людей. Казалось бы общим для них является определенный профессионализм. Но каждый автор интерпретирует эти нормы в меру своих способностей, привнося свою творческую индивидуальность, свое понимание канона. При этом некоторые из них испытывают воздействие среды, коллег, искусствоведов, критиков. В результате их творчество предстает индивидуализированным, то отступающим от канона, то идущим на поводу у специалистов-искусствоведов.

В наше время народные мастера живут в иных условиях. К числу носителей народной культуры, очевидно, можно отнести мастеров и ремесленников – жителей этнических районов. Эта группа напрямую связана с бытом, с рынком. Она менее зависима от общественного мнения, от той или иной направленности в искусстве, от моды.

В отличие от них мастера, работающие в структуре традиционных художественных промыслов, находятся в большей зависимости от общей художественно-производственной системы, от традиционных материалов, технологий, стилевого характера выпускаемых изделий, от мнения специалистов, чем от спроса на рынке. Изменения наступили только в наше время, когда рынок, как говорится, стал снимать постепенно «тяжелые оковы» с таких предприятий и, соответственно, с работающих там мастеров.

Одновременно с активизацией индивидуальных черт в авторских изделиях происходит и своего рода деканонизация. Традиции и каноны, несмотря на внимание худсоветов и деятельность искусствоведов, постепенно расшатываются. Расширяется ассортимент изделий, обновляются старые предметы и орнаменты, мотивы, приемы декора заменяются новыми – чаще всего с современной тематикой. Канон, как определенная система, начал заметно распадаться на отдельные элементы: преобладает то цвет, то линия, то композиция. Подобные элементы компонуются мастером довольно произвольно, не столько по правилам канона, сколько по воле автора-исполнителя. Все это свидетельства того, что многие промыслы все более отдаляются от исконной народной вещной культуры.

Обратимся теперь к функциям народного современного искусства. Посмотрим, как они проявляются в современных формах творчества - производственных.

Первая функция – утилитарно-бытовая – в современных формах творчества, основанного на народной традиции, прослеживается со всей очевидностью в первой форме – в этнических национальных округах, находящихся «в глубинке», где вещи рождаются и живут на корнях быта, продолжая служить жизненным потребностям населения. Там женщины по-прежнему ткут, вышивают одежду; мужчины строят дома, реставрируют храмы и монастыри, делают кадушки и телеги, плетут корзины. Многие вещи остаются внутри хозяйства, не представляя собой объекта для сбыта.

Менее всего исполняют бытовую функцию изделия знаменитых промыслов, таких как лаковая миниатюра, жостовские подносы, городецкая роспись и др. Казалось бы, четвертая (фабричная форма) народного искусства создает немало предметов, имеющих, на первый взгляд, утилитарное назначение. Это предметы, предназначенные для дома. Среди них – вышитые полотенца, скатерти, наборы салфеток и одежда: вышитые блузки, платья, варежки, носки, платки головные и др. Но многие из них выполняют больше декоративную, художественную, праздничную функцию, чем утилитарную, они не используются как бытовые.

Утилитарная функция изделий и в крестьянском хозяйстве постепенно теряет свое значение. Крестьянский труд во многом утратил черты былого священнодействия. Орудия труда перестали быть органической частью этого быта, и даже некоторые поделки воспринимаются с известной степенью отчужденности.

Таким образом, если деревенские умельцы, ремесленники и мастера национальных регионов все-таки обслуживают сельское население и его нужды, то иначе обстоит дело со второй, третьей и четвертой формами существования народного творчества. Здесь на первом плане художественно-декоративная функция, т.е. функция украшения, а не практического использования.

Вторая функция – декоративно-художественная, пожалуй, наиболее ярко выраженная и самая действенная для нашего времени. На эту функцию «работают» почти все четыре формы народного творчества и производства в народных художественных традициях – в какой-то степени мастера отдаленных районов и этнографических центров, но главным образом художественные промыслы и фабрики, индивидуальные мастера. Среди изделий – предметы из разных материалов: твердых и мягких. Это – праздничные ковровые дорожки, расписные платки и шали, костюмы для праздника – сарафан и подпоясанные ярким тканым поясом рубашки с вышивкой, кафтаны и жилеты из кусочков ткани, одежда, украшенная золотым шитьем, ювелирные украшения, изделия из дерева, металл и т.п.

Особое место занимает глиняная и деревянная игрушка. По сути, это бытовая скульптура. Трудно найти в других жанрах народного творчества соединения декоративного и фантастического, художественного и символического. Изначальная функциональность игрушки давно утратила свой тайный смысл, и игрушка стала забавой, т.е. обычной свистулькой, предметом, привлекающим звуком и яркой декоративностью. В игрушке последних лет все очевиднее проступают реалистические черты, связь с реальным бытом, миром животных.