Курская битва

Четырежды в течение дня немецко-фашистские войска пытались прорвать оборону советских  войск и каждый раз вынуждены были откатываться назад Быстро росло количество подбитых и сожженных вражеских машин, тысячами трупов гитлеровцев покрывались поля. Несли потери и советские войска. А накал сражения все более нарастал. Фашистское командование бросало в бой новые и новые танковые и пехотные части. Против действовавших на главном направлении (левый фланг 13-й армии) двух советских дивизий (81-й генерала А. Б. Баринова и 15-й полковника В. Н. Джанджгавы) наступали до 4 пехотных дивизий и 250 танков. Их поддерживали около 100 самолетов. Лишь к исходу дня после пятой атаки гитлеровцам удалось вклиниться в оборону советских войск на 6—8 км на очень узком участке и выйти ко второй оборонительной полосе. Это было достигнуто ценой огромных потерь. Только артиллерия 13-й армии уничтожила до 15 тыс. фашистских солдат и офицеров и 110 танков. Не добился противник существенного успеха и на правом фланге этой армии, где занимали оборону 8-я стрелковая дивизия полковника П. М. Гудзя и 148-я стрелковая дивизия генерала А. А. Мищенко.

Ночью войска 13-й армии закреплялись на своих позициях и готовились к  очередной схватке. Командиры и политработники, пользуясь затишьем в беседах с бойцами, подводили итоги боев за день, рассказывали об отличившихся, разъясняли новые задачи. В 6-й гвардейской дивизии, которой предстояло 6 июля вступить в бой, во всех подразделениях прошли партийные собрания. "Коммунисты клянутся с честью выполнить призыв Военного совета, наказ Родины,— говорилось в резолюции, принятой на партийном совещании 8-й роты 25-го гвардейского полка.— Враг не должен пройти и не пройдет там, где сражаются коммунисты. Собрание обязывает каждого члена и кандидата партии личным примером воодушевлять личный состав на решительную борьбу с врагом, на героические подвиги".

Ранним утром 6 июля 17-й гвардейский  стрелковый корпус 13-й армии, 16-й  танковый корпус 2-й танковой армии  и 19-й отдельный танковый корпус при поддержке авиации нанесли  контрудар по главной группировке  противника. Обе стороны сражались  с необыкновенным упорством. Вражеская  авиация, несмотря на большие потери, группами по 80—100 самолетов непрерывно бомбила боевые порядки советских  частей. В результате двухчасовой  схватки враг был оттеснен к северу на 1,5—2 км.

Не сумев прорваться на вторую полосу обороны через Ольховатку, противник  решил сосредоточить свои основные усилия па другом участке. С рассветом 7 июля 200 танков и 2 пехотные дивизии, поддержанные артиллерией и авиацией, нанесли  удар в направлении на Поныри. Здесь  держала оборону 307-я дивизия генерала М. Л. Еншина. Советское командование срочно перебросило сюда крупные силы противотанковой артиллерии и реактивных минометов. Пять раз в течение дня гитлеровцы предпринимали яростные атаки, и все они заканчивались безуспешно. Все поле перед Понырями было усеяно трупами вражеских солдат и офицеров, подбитыми и сожженными танками. Лишь в конце дня противник, подтянув свежие силы, ворвался в северную часть Понырей. Но па следующий же день он был выбит оттуда. Захваченные в плен гитлеровцы заявляли: "Под Понырями мы поняли, как далеки наши войска от Курска".

8 июля после мощной артиллерийской  и авиационной подготовки враг  возобновил наступление на Ольховатку. На небольшом участке в 10 км  он ввел в бой еще две  танковые дивизии. Теперь в  сражении участвовали почти все силы ударной немецко-фашистской группировки, наступавшей на Курск с севера.

Ожесточенность боев нарастала  с каждым часом. Особенно сильным  был натиск врага в стыке 13-й  и 70-й армий в районе населенного  пункта Самодуровка. Сражавшиеся здесь стрелковые и артиллерийские части отражали за день по 13—16 атак. Исключительное мужество проявили бойцы, командиры и политработники 3-й артиллерийской истребительной противотанковой бригады. Вот что писал командир этого соединения полковник В. Н. Рукосуев в боевом донесении: "Противник занял Катару, Кутырку, Погорельцовы, Самодуровку, в направлении Теплого подтягивает 200 танков и мотопехоту и готовится ко второй атаке… 1-я и 7-я батареи мужественно и храбро погибли, но не отступили ни на шаг. Уничтожено 40 танков. В первом батальоне противотанковых ружей — 70% потерь. 2-ю и 3-ю батареи и 2-й батальон ПТР приготовил к встрече противника. Связь с ними имею. Будем драться. Или выстоим, или погибнем".

И советские воины выстояли. Враг, хотя и продвинулся ценой исключительно  больших потерь еще на 3—4 км, прорвать советскую оборону не смог. Это  был его последний натиск.

За четыре дня кровопролитных боев в районе Поныри, Ольховатка немецко-фашистской группировке удалось вклиниться в оборону войск Центрального фронта всего лишь в полосе шириной  до 10 км и в глубину до 12 км. На пятый день сражения она наступать  уже не могла. Потеряв 42 тыс. солдат и офицеров и 800 танков, гитлеровцы вынуждены  были перейти к обороне на достигнутом  рубеже.

Навстречу этой группировке, пытавшейся выйти к Курску с севера- стремились пробиться вражеские войска с юга. Оборонительные рубежи Воронежского фронта штурмовали 4-я танковая армия генерала Гота и оперативная, группа "Кемпф". Общее руководство ими осуществлял командующий группой армий "Юг" фельдмаршал Манштейн. Все они были основательно биты Красной Армией зимой под Сталинградом и теперь горели страстью взять реванш. Особенно старался восстановить свой изрядно подмоченный престиж Манштейн, считавшийся среди фашистских генералов выдающимся полководцем. Фельдмаршал рассчитывал добиться этого еще в феврале и марте 1943 г., когда его войска, перейдя в контрнаступление, пытались окружить советские войска в Донбассе и южнее Харькова. Но тогда эти расчеты не оправдались. Теперь же он твердо надеялся на успех. "… Командование группы "Юг",— признает Манштейн в книге "Утерянные победы", — во всяком случае было убеждено в том, что наше наступление будет хотя и трудным, по успешным".

Главный удар противник наносил  из района западнее Белгорода в общем  направлении на Курск. Входившие  в ударную группировку два  танковых корпуса наступали в  полосе около 30 км: 48-й — из района северо-западнее Томаровки на Черкасское, Обоянь, а 2-й корпус СС — из района севернее Томаровки на Грезное. В эту группировку враг включил основную массу танков и авиации.

Бои на обоянском направлении вылились в крупнейшее танковое сражение, которое окапало существенное влияние на весь ход и исход событий на южном фасе Курского выступа. Гитлеровцы намеревались с ходу протаранить первую и вторую полосы обороны действовавшей на этом направлении 6-й гвардейской армии генерала И. М. Чистякова. Обеспечивая главный удар с востока 3-й танковый корпус врага наступал из района Белгорода на Корочу. Здесь оборону занимали войска 7-й гвардейской армии генерала М. С. Шумилова.

С утра 5 июля, когда противник перешел  в наступление, исключительно сильный  натиск противника пришлось выдержать  частям 52-й гвардейской дивизии  полковника И. М. Некрасова и 67-й гвардейской  дивизии полковника А. И. Баксова, которые входили в 6-ю гвардейскую армию. На их боевые порядки гитлеровцы обрушили огонь тысяч орудий и минометов. Сотни самолетов с душераздирающим воем пикировали на советские позиции, сбрасывая огромное количество бомб и обстреливая из пулеметов. Затем при поддержке артиллерии и авиации в атаку двинулись танки. Они шли группами от 70 до 200 машин с "тиграми" впереди, за ними следовала пехота. Уже в первый день наступления в боях участвовало до 700 танков. Но советские воины не дрогнули. Враг повсюду попадал под прицельный ураганный огонь орудий и минометов, реактивной артиллерии и всех видов стрелкового оружия. На участке 67-й гвардейской дивизии 5-й гвардейский минометный полк дал по вражеским танкам два дивизионных залпа. Огонь советской артиллерии, особенно реактивной, наводил ужас на гитлеровцев. Захваченный в плен старший гренадер из 332-й пехотной немецкой дивизии 0. Вульф заявил: "Я воевал во многих странах, но такой артиллерии, как у русских, не встречал".

Большой урон противнику наносили летчики, саперы. Авиация бомбила его боевые порядки, вражеские танки и пехота подрывались на многочисленных минных полях.

Однако, несмотря на огромные потери, гитлеровцы продолжали атаки. Наиболее жестокие бои разгорелись в районе населенного пункта Черкасское. Здесь 67-я гвардейская дивизия отбила несколько яростных атак вражеской пехоты, в которых участвовало по 70—100 и более танков. К вечеру врагу удалось вклиниться в главную полосу обороны дивизии и окружить 196-й гвардейский стрелковый полк. Но и в окружении советские воины продолжали упорно сражаться. Приковав к себе значительные силы против_жен, они замедлили его продвижение. В ночь на 6 июля полк получил приказ вырваться из окружения и отойти на новый рубеж. Его отход на одном из наиболее ответственных участков прикрывал взвод автоматчиков под командованием младшего лейтенанта Г. Ф. Алеко. Несколько часов 15 храбрецов сдерживали бешеный натиск врага. Сотни снарядов и мин выпустил он по их позициям. Ряды бойцов таяли. Держаться становилось все труднее и труднее. В эти тяжелые минуты командир взвода обратился к бойцам с призывом: "Гвардейцы! Умрем, но не отступим!" И они выстояли, обеспечив организованный отход полка на новый оборонительный рубеж.

В первый день наступления 48-й танковый корпус и 2-й танковый корпус СС вклинились в расположение советских войск  на двух узких участках на глубину 8—10 км. В ночь на 6 июля командующий Воронежским  фронтом выдвинул на вторую полосу обороны 6-й гвардейской армии 1-ю  танковую армию генерала М. Е. Катукова, а также 2-й и 5-й гвардейские  танковые корпуса. Сюда же были переброшены  новые истребительно-противотанковые  артиллерийские соединения и части. Танкистам было приказано закопать свои боевые машины в землю и с  места расстреливать танки врага.

Во второй день сражение продолжалось с неослабевающим напряжением. Противник  бросал в атаки все новые и  новые силы. Стремясь прорвать оборону, он не считался с огромными потерями. Советские воины стояли насмерть. В этих боях в числе многих героев особенно отличился командир танкового  взвода лейтенанта Г. И. Бессарабов. Его  танк Т-34 в течение одного дня  уничтожил три фашистских "тигра".

Большую помощь наземным войскам оказали  летчики. Советская штурмовая авиация  в борьбе с танками впервые  успешно применила противотанковые  авиационные бомбы, которые с  большим эффектом прожигали вражеские  машины. Летчики дрались дерзко, самоотверженно. В воздушном бою  бессмертный подвиг совершил летчик-истребитель  гвардии лейтенант Л. К. Горовец. Действуя решительно и умело, он атаковал 20 вражеских бомбардировщиков и 9 из них сбил. Такого результата в одном бою до него не добивался никто в мире. Участник многих воздушных схваток над Курской дугой дважды Герой Советского Союза генерал А. В. Ворожейкин пишет: "Девять самолетов сбить в одном воздушном бою! Мы еще не знали такого. Простой расчет показывал, что для этого нужно было произвести не менее девяти длинных очередей, и столько же раз исключительно точно прицелиться. На все потребуется по крайней мере 10 — 15 мин. А противник ведь не на привязи, маневрирует и защищается. Однако факт — упрямая вещь; Горовец сделал то, что теоретически считалось невыполнимым…" Гвардии лейтенант А. К. Горовец погиб в этом бою. За выдающийся подвиг Советское правительство присвоило ему высокое звание Героя Советского Союза.

К исходу второго дня сражения 2-й  танковый корпус СС, наступавший на правом фланге ударной группировки, вклинился на очень узком участке  фронта во вторую полосу обороны. Действовавший  левее его 48-й танковый корпус был  остановлен перед второй полосой. 7 и 8 июля гитлеровцы предпринимали отчаянные  попытки расширить прорыв в сторону  флангов и углубить его в направлении  Прохоровки.

Не менее ожесточенные бои разгорелись  и на корочанском направлении. До 300 вражеских танков наступали от района Белгорода на северо-восток. За четыре дня боев 3-му танковому корпусу врага удалось продвинуться лишь на 8—10 км на очень узком участке.

9—11 июля на направлении главного  удара гитлеровцы по-прежнему  прилагали отчаянные усилия, чтобы  прорваться к Курску через  Обоянь. Они ввели в бой все шесть танковых дивизий обоих действовавших здесь корпусов. Напряженные бои шли в полосе между железной и шоссейной дорогами, ведущими от Белгорода к Курску. Гитлеровское командование рассчитывало совершить марш до Курска за два дня. На исходе был уже седьмой день, а враг продвинулся лишь до 35 км. Встретив столь упорное противодействие, он был вынужден повернуть на Прохоровку в обход Обояни.

Упорные бои шли па корочанском направлении. Здесь войска 7-й гвардейской армии отражали в отдельные дни до 12 атак. Как и соединения 6-й гвардейской и 1-й танковой армий, они стояли твердо. В 73-й гвардейской дивизии доблестно сражались воины 214-го полка, которым командовал В. И. Давиденко. 9 июля на их позиции в районе села Крутой Лог двинулись 120 фашистских танков, в том числе 35 "тигров". За ними шли автоматчики. Двенадцать часов длился этот беспримерный бой. Гвардейцы сожгли и подбили 39 фашистских машин, уничтожили до тысячи гитлеровцев. При этом особенно отличились воины 3-го и 1-го батальонов. Но и сами они несли большие потери. В 3-м батальоне из 450 бойцов и командиров в строю осталось 150. Смертью героев пали командир батальона капитан Бельгии, его заместитель по политчасти капитан Мирошниченко, парторг лейтенант Сушков, комсорг лейтенант Степа. За мужество и стойкость, проявленные в этом бою, весь личный состав батальона был награжден ордепами и медалями, а капитан А. А. Бельгии, сержант С. П. Зорин и командир роты автоматчиков И. В. Ильясов удостоились звания Героя Советского Союза.

К 11 июля противник, продвинувшись  на 30—35 км, вышел на рубеж Гостищево, Ржавец, но до цели ему было по-прежнему далеко.

Оценив обстановку, представитель  Ставки маршал А. М. Василевский и  командование Воронежского фронта приняли  решение предпринять мощный контрудар. К его нанесению привлекались прибывшая в распоряжение фронта 5-я гвардейская танковая армия  генерала П. А. Ротмистрова и 5-гвардейская армия генерала А. С. Жадова, а также 1-я танковая, 6-я гвардейская армии и часть сил 40, 69 и 7-й гвардейской армий. 12 июля эти войска перешли в контрнаступление. Борьба разгорелась на всем фронте. С обеих сторон в ней участвовала огромная масса танков. Особенно тяжелые бои вели войска 5-й гвардейской общевойсковой и 5-й гвардейской танковой армий в районе Прохоровки. Они натолкнулись на исключительно упорное противодействие частей 2-го танкового корпуса СС, непрерывно переходивших контратаки. Здесь произошло крупное встречное танковое сражение, в котором с обеих сторон участвовало около 1200 танков и самоходных орудий. Ожесточенная схватка длилась до позднего вечера. Многотонные стальные машины превращались в груды металлического лома. С танков летели башни, стволы пушек, на куски рвались гусеницы. Тучи пыли и дыма заволокли все кругом. Обе стороны понесли большие потери.