История купечества и меценатство в России 2 пол. XIX в

6. «Собирательская  деятельность».

Первые попытки заняться собирательской деятельностью отмечаются среди новых купцов-фабрикантов в конце 1840-х — начале 1850-х гг. В эти годы и позднее в Москве складывается целый ряд крупных художественных собраний, принадлежавших купцам: В. А. Кокореву, К. Т. Солдатенкову, С. Н. Мосолову, Г. И. Хлудову, И. И. Четверикову, С. А. Мазурину и др. В 1856 г. приобретением двух картин русских художников начинает свою выдающуюся собирательскую деятельность П. М. Третьяков. Нужно отметить, что ранее всего коллекционеры из купечества обратились к изобразительному искусству, к собиранию картин и других художественных произведений прикладного характера, книжной графики, декоративных работ, мебели, скульптуры и т.д. Интерес к изобразительному началу в искусстве, к созданию галерей живописи был одной из наиболее характерных черт купеческого коллекционерства и меценатства. Выросшие в духовно-праздничной атмосфере русского православия с его красочными настенными фресками, иконами, обрядностью, старинными церковными книгами, меценаты из купеческой среды с ранних лет впитывали в себя живописность окружающего мира.

Многие из видных купцов-меценатов прошли непростой путь развития от стихийного и часто неосознанного увлечения собирательством в начале его до создания высокохудожественных собраний и коллекций национального значения, осуществления крупных проектов в области культуры и образования. Культурно-просветительская деятельность таких ярких представителей купеческого меценатства, как Щукины, Третьяковы, Бахрушины, Морозовы и др., была одухотворена идеей общественного служения, гражданской ответственности перед отечеством.

Заявляя о себе в литературе и в искусстве, все чаще появляются в этом кругу лиц творческих профессий, и выходцы из купеческого сословия. Одни из них, как, например, сын московского купца, из нежинских греков, родоначальник русской бытовой живописи Алексей Гаврилович Венецианов или выдающиеся музыкальные деятели России, купеческие сыновья Антон и Николай Григорьевичи Рубинштейны, быстро завоевали признание и авторитет в обществе, среди образованной публики. Судьба других складывалась трагично, как у рано умершего поэта А. В. Кольцова из семьи воронежского прасола (торговца скотом). Но уже в те годы были заметны неприязнь и предубеждение со стороны значительной части публики из верхних, да и других классов общества к лицам из купеческого звания, пробующим свои силы в литературно-художественной, в творческой сфере. Это отношение особенно ярко проявилось в судьбе выходцев из провинциального купечества — братьев Ксенофонта и Николая Полевых, главным образом последнего из них — видного литературного и общественного деятеля, издателя и публициста николаевской эпохи. В Москву братья Полевые переписались в 1824 г. из курского купечества. Николай Полевой вел там торговые дела. В Москве он развернул активную литературную и издательскую деятельность. Ему удается добиться разрешения на издание нового журнала. Весть о выходе в свет «Московского телеграфа», издаваемого 2-й гильдии купцом, взбудоражила весь тогдашний литературный мир. Насмешкам над выскочкой купцом, осмелившимся бросить вызов образованному обществу, сплошь состоявшему в то время из представителей дворянства, не было конца. В адрес Полевого посыпались эпиграммы, нередко весьма злые. Вот одна из них: «Он первой гильдии подлец. Второй он гильдии купец. И третьей гильдии писатель». Между тем, по отзыву В. Белинского, «Московский телеграф» был «лучшим журналом в России от начала журналистики». А. Герцен заметил о Полевом, что «он родился быть журналистом, летописцем успехов и открытий политической и ученой борьбы». В журнале сотрудничали Пушкин и другие литераторы пушкинского круга, поддерживавшие направление журнала. Однако вскоре журнал подвергся репрессиям со стороны правительства после прозвучавшей с его страниц критики патриотической пьесы Кукольника «Рука всевышнего Отечество спасла» и был закрыт по высочайшему повелению. Оставшийся без средств Николай Полевой в 1837 г. уехал в Петербург, где ему пришлось пережить многие годы унижений и разочарований. Дворянский Петербург враждебно принял его. Острая нужда заставила Николая Полевого изменить прежним убеждениям и друзьям. Забытый всеми, он умер в 1858 г.

В предреформенные годы и первые десятилетия после реформы большой вклад в дело поддержки национальной школы отечественного искусства и культуры, в особенности в живописи, архитектуре, издательской деятельности, внесли такие известные деятели делового мира той поры, как В. А. Кокорев, К. Т. Солдатенков, А. А. Пороховщиков и др.

7. Развитие  провинции.

Развитие купеческого собирательства, поветрие коллекционерства, охватившее вслед за дворянским чиновничьим Петербургом и торгово-промышленную Москву, оказывало заметное влияние и на купечество в провинции. Влияние обеих столиц распространялось на культурную жизнь самых отдаленных частей Российской империи, где можно было также встретить увлеченных своим призванием покровителей науки и искусства. Деятельность таких выдающихся меценатов, как П. М. Третьяков, К. Т. Солдатенков и др., в поддержку национальной русской культуры создавала благоприятную почву для появления на местах энтузиастов-просветителей из местной торгово-промышленной купеческой среды, охваченных желанием поднять культуру родного города, края, создать коллекции, музеи, очаги культуры, подчас не уступающие столичным.

Заметный расцвет коллекционерства и меценатства в эти годы наблюдался в крупном центре текстильной промышленности России — Иваново-Вознесенске. Этот расцвет связан, прежде всего, с известными в крае предпринимательскими династиями Гарелиных и Бурылиных. Крупным меценатом и культурным деятелем был Яков Петрович Гарелин (1820 — 1885), владелец ситценабивной фабрики. Он пользовался авторитетом как промышленник. Во 2-й половине 1870-х — начале 1880-х гг. занимал пост городского головы Иваново-Вознесенска. Но стал еще более известен как коллекционер и знаток истории своего края. Ему удалось собрать ценную коллекцию старинных документов, связанных, главным образом, с историей края в XVII — начале XIX в. В коллекцию входили разного рода челобитные, купчие, отписки и др. документы. В конце жизни часть ее была им передана в Румянцевский музей, а часть осталась в Иваново-Вознесенске. Я. П. Гарелин был страстно увлечен историей Ивановского края и стремился способствовать ее изучению. В 1853 г. он финансировал издание сборника «Старинные акты», служащего дополнением к описанию г. Шуи и его окрестностей, выделял средства на проведение археологических раскопок близ Иванова. С начала 1850-х гг. Гарелин приступает к самостоятельному проведению разносторонних исследований по истории края на основе данных археологии и этнографии, генеалогии и топонимики, изучения местных традиций и быта. Результатом этих исследований стала известная его книга «Город Иваново-Вознесенск», опубликованная двумя выпусками в 1884 — 1885 гг. При ее создании автор использовал документы архивов своего предприятия — Покровской мануфактуры, городской Думы, а также воспоминания и предания, сохранившиеся в семьях самого Гарелина и его ближайших родственников. Немалое внимание Яков Петрович уделял развитию образования среди рабочих. В 1866 г. он отпускает средства на создание общегородского училища мастеровых и рабочих, готовящего кадры для ивановской промышленности. Его же усилиями была открыта и публичная библиотека в городе, которой он передал полторы тысячи редких изданий из своей личной библиотеки. И впоследствии многие представители рода Гарелиных были тесно связаны с развитием русской культуры. Драматическая история любви Ларисы Михайловны Гарелиной, «женщины Боттичелевской красоты», и юного Константина Бальмонта во многом повлияла на всю последующую судьбу и творчество этого известного поэта-символиста.

Не менее известным меценатом, много сделавшим для оживления культурной жизни родного города, был крупный текстильный фабрикант Дмитрий Геннадьевич Бурылин (1852 — 1924). Создание музея, посвященного истории и богатствам Ивановского края, стало главным делом его жизни. Сам он признавался: «Музей и работа в нем — это моя душа, а фабрика лишь необходимость». Коллекционная страсть Д. Г. Бурылина, — справедливо замечает современный его биограф Г. А. Солнцева, — логично вписывалась в оживленное собирательство старины и художественных ценностей, которое развернулось в России, особенно в Москве, во 2-й половине XIX в. усилиями В. А. Кокорева, К. Т. Солдатенкова, П.М.Третьякова. Постепенно он стал обладателем разнообразнейшей по составу коллекции, в которой были и найденные в раскопках керченские древности, и чучела животных, купленные у известного дрессировщика А. Л. Дурова, и технические диковинки. В коллекцию входили масонские знаки различных стран, масонских лож, символические одежды, масонские рукописи и книги, оружие, ключи, предметы для посвящения в рыцари. Но главную ценность бурылинской коллекции составляло богатейшее собрание ивановских ситцев, произведенных на местных фабриках (так называемый «текстильный фонд»), сохраняющее свое значение до наших дней. В нем были собраны уникальные образцы старинных ивановских ручных набоек XVII —XVIII вв., рисунков для ситца, выполненных ивановскими художниками в XIX в.; кроме того, образцы тканей из других мест России, из Западной Европы, Персии, Японии — общим числом около 1 млн. образцов.

Заключение.

Анализ развития меценатства в Российской империи позволяет указать на ряд особенностей этого специфического исторического явления. Появление и развитие меценатства в России стало следствием стремительного социально-экономического, политического и культурного развития страны в начале XIX в.

В отечественной историографии выделяют два значительных периода в истории российского меценатства. Первый этап охватывает вторую половину XVIII - первую треть XIX в. и характеризуется дворянским собирательством и коллекционированием. Его развитие стало возможно вследствие масштабных пожалований дворянству, осуществлённых в период царствования Екатерины II. Собирательская и меценатская деятельность дворянства была направлена на внедрение и популяризацию достижений европейской культуры, что создавало условия для включения России в общемировой культурный контекст. Упадок дворянского меценатства связан с ухудшением экономического положения этого сословия вследствие резкого снижения объёмов пожалований со стороны государства, а также постепенной деградации помещичьего землевладения.

Второй этап развития меценатства явился следствием модернизации в Российской империи в середине XIX в. и реализованных в рамках её буржуазно-демократических реформ. Основными жертвователями в это время становятся купцы и представители буржуазии. На этом этапе меценатство было направлено на поддержку отечественной культуры, что связано с ростом национального самосознания вследствие реализации буржуазно-демократических реформ. Следует сказать, что поддержка со стороны купцов-меценатов явилась мощным фактором, стимулировавшим развитие российского культуры и искусства.

Таким образом, можно совершенно обоснованно констатировать, что меценатство сыграло очень большую роль в культурном и общественном развитии, развитии капиталистических отношений и буржуазном обществе в Российской империи. 

Список литературы.

1. Абрамов, К.И. История библиотечного дела в России: учебно-методическое пособие / К.И. Абрамов. М.: Либерия, 2001. - 160 с.

2. Беляев, Н.С. Купеческие родословные как исторический источник / Н.С. Беляев. M., 1900. - 183 с.

3. Большая Советская энциклопедия. Т. 27. М.: Изд-во Советская энциклопедия, 1977. - 622 с.

4. Гавлин, М.Л. Меценатство в России: научно-аналитический обзор / М.Л. Гавлин. ML: ИНИОН РАН, 1994. - 50 с.

5. Гагарина, К.Е. Движение меценатства как особое явление благотворительной деятельности / К.Е. Гагарина // Благотворительность в России: Социальные и исторические исследования под общ. ред. О.Л. Лейкинда. СПб.: Лики России, 2001. - С. 397-413.

6. Мешалкин, П.Н. Меценатство и благотворительность сибирских купцов-предпринимателей. II половина XIX начало XX века / П.Н. Мешалкин. - Красноярск: Кн. изд-во, 1995. - 157 с.

7. Прохоров, В.Л. Социальные, духовно-нравственные и патриотические мотивы меценатства в России: исторический очерк / В.Л. Прохоров // Ученые записки: науч.-теорет. сб. Москов. гос. социальн. ун-та. № 1. М., 1999.-С. 96-107.

8. Благотворительность в России. Социальные и исторические исследования. Ежегодник 2001. СПб.: Лики России, 2001. - 846 с.

9. http://ru.wikipedia.org.

10. http://www.istorya.ru/.

11. http://www.dissercat.com.

12. http://www.istmira.com.

Приложение.

Термины.

Теория официальной народности – правительственная идеология, сформулированная в 1833 г. Министром народного просвещения графом С.С. Уваровым.

В русле идей консерватизма обосновывала незыблемость самодержавия и крепостного права. Была разработана в связи с усилением общественного движения в России с целью укрепить существующий строй в новых общественно-политических условиях. Особое звучание для России эта теория имела в связи с тем, что в Западной Европе во многих странах в первой половине XIX в., было покончено с абсолютизмом.

Теория официальной народности основана на трех принципах: православие, самодержавие, народность. В этой теории преломлялись просветительские идеи о единении, добровольном союзе государя и народа, об отсутствии противоположных классов в русском обществе. Своеобразие заключалось в признании самодержавия как единственно возможной формы правления в России. Крепостное право рассматривалось как благо для народа и государства. Православие понималось как присущая русскому народу глубокая религиозность и приверженность христианству. Из этих доводов делался вывод о невозможности и ненужности коренных социальных изменений в России, о необходимости укрепления самодержавия и крепостного права.

Теория официальной народности со времен Николая I широко пропагандировалась через прессу, внедрялась в систему просвещения и образования. Эта теория вызвала резкую критику не только у радикально настроенной части общества, но и у либералов. Наибольшую известность получило выступление П.Я. Чаадаева с критикой самодержавия.

Западники - представители одного из наиболее влиятельных идейных течений в русской общественной мысли середины XIX в. Выступали за развитие России по западноевропейскому пути, противостояли славянофилам. Они боролись с "официальной народностью", критиковали крепостничество и самодержавие, выдвигали проекты освобождения крестьян с землей.

Славянофилы — представители одного из направлений в русской общественной и философской мысли 40—50-х гг. XIX в.: выступали с обоснованием особого, отличного от западноевропейского пути исторического развития России, усматривая ее самобытность в отсутствии классовой борьбы, крестьянской общине, православии как истинном христианстве. Противостояли западникам. Выступали за отмену крепостного права, смертной казни и др. В процессе подготовки крестьянской реформы 1861 г. многие славянофилы сблизились с западниками на почве либерализма. В современной России старый спор между западниками и славянофилами получил дальнейшее развитие среди интеллигенции.

Утопический социализм – одно из течений в общественной мысли, способ обоснования неизбежности создания некоего «идеального» общества (социализм, коммунизм), которое будет резко отличаться от реальной действительности.

Идеи утопического социализма были еще в трудах античных философов (Платон). Собственно утопический социализм  возник в Западной Европе как интеллектуальная реакция на зародившееся в 14 – 15 вв. капиталистическое общество с присущими ему социальным неравенством и эксплуатацией наемного труда. Идейное содержание утопического социализма явилось одним из источников возникновения в середине 19 в. марксизма, как цельной теории революционного преобразования капитализма в коммунизм.