Государственная деятельность Царевны Софьи

 

 

 

 

 

 

КУРСОВАЯ РАБОТА

 

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЦАРЕВНЫ СОФЬИ

 

 

 

 

 

 

 

 

                                          

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

 

Актуальность темы. Каждый человек имеет право гордиться историей своей страны, но история российского государства неповторима и необычайна. Её тысячи лет творили наши предки. Они создавали державу по частицам. Обобщив земли и отточив русский язык, возросла культура, формировавшая русский нрав. И русские женщины играли здесь не последнюю роль.

Вторая половина ХVII века в истории России – это эпоха, связанная с пробуждением новых социальных связей и взаимоотношений, с началом кардинальных реформ во сферах жизни. Это время русской истории, в которой зарождается радикальная по своему направлению деятельность Петра Великого. И собственно на фоне царствования предыдущих российских правителей смотрится во многом как проявление консервативных настроений, как попытка зацепиться за старину за традицию. Именно с этого и принято в отечественной истории подвергать рассмотрению государственную деятельность царевны Софьи Алексеевны.

Но вместе с тем как бы изглаживается из памяти те факторы, что преобразования Петра Великого реализовывались не насовсем пустом месте, а были в существенной степени подготовлены предыдущим временем российской истории. Именно тогда появляются основы будущего  инновационного развития страны. К ним относится  и появление полков нового строя, и основание Славяно-греко-латинской академии, и увеличение абсолютистских тенденций в совершенствовании российской государственности, и энергичная внешняя политика России («Вечный мир» с Польшей).

С этим и связана актуальность темы данной курсовой работы, посвященной изучению личности и государственной деятельности царевны Софьи Алексеевны, в период правления которой и начинают зарождаться ростки будущих реорганизаций. Важность ее персоны в истории российского государства определена еще и тем, что она стала фактически первой женщиной – правительницей нашего государства, если не брать во внимание княгиню Ольгу, нарушившую установленные обычаи деятельности российских политических институтов прошлых веков.

Степень изученности проблемы. При Государе Петре I Алексеевиче и в первое время после его смерти к персоне царицы Софьи относились враждебно, считая ее противником петровских реформ, закоренелой заступницей православной старины, строгой неравности и патриархального устройства жизни, т.е. по мнению западноевропейцев – представительницей интеллектуальной темноты. Только в конце XVIII века были стремления снять хоть часть предъявленных обвинений с царевны Софьи Алексеевны.

Русские исследователь Николай Михайлович Карамзин считал царевну Софью восхитительной правительницей, помешенной на власти.1 Историк Николай Герасимович Устрялов говорил о Царевне Софии с возмущением, называя ее русскою Пульхерией2. Другой исследователь Иван Егорович Забелин, наоборот, видит в ней олицетворение великих Византийских идеалов. В своей царственной деятельности Государыня имела определенную цель, она «твердо и неуклонно решилась вести борьбу с Августейшей мачехой, идти к своей властолюбивой цели; она вела решительный заговор против Царственного брата и его Венценосной Семьи»3.

Сергей Михайлович Соловьев (1820-1879) говорил о царевне Софье так: «богатырь-Царевна», «пример исторической женщины, освободившейся из терема, но не вынесшей из него нравственных сдержек и не нашедшая их в обществе»4.

Исследователь Николай Яковлевич Аристов , в своей книге «Московские смуты Царевны Софии Алексеевны», пытается оправдать Царевну. Он считает, что причина стрелецкого бунта покоится в самих стрельцах и ни в ком другом5. Михаил Петрович Погодин не заходит так далеко, как Аристов, но не осмеливается в майском бунте обвинять только одну царевну Софью6. 

Историк Александр Густавович Брикнер считает регентшу самовластной, полагал, что она в 1682 году использовала в своих интересах стрелецкие волнения, как готовый материал. Давние предъявленные обвинения царевне Софьи во всем, по его мнению, основывались на неустойчивой почве, а потому Брикнерне решается «определить меру преступлений Софии»7.

Таким образом, авторы описывают её по-разному, рассказывая об основных достижениях ее семилетнего правления.

Объектом исследования является внутриполитический курс России в XVII веке.

Предметом исследования является государственная деятельность царевны Софьи.

Хронологические рамки исследования охватывают период с 1669 года, когда у Софьи начинают проявляться черты мудрого политика и по 1689 год- года ее свержения с престола..

Цель исследования: проанализировать роль Софьи Алексеевны в развитии Российского государства.

Задачи исследования:

• осветить основные события детства и юности царевны;
• раскрыть причины и последствия борьбы за престол;
• проанализировать внутреннюю и внешнюю политику царевны Софьи;
• охарактеризовать причины свержения Софьи Алексеевны.

Методы исследования: метод теоретического исследования, метод анализа, логический метод, историко- генетический метод, историко- типологический метод.

Источниковая база. Исследования основаны на опубликованных источниках, к которым относится указ, состоящий из 12 статей. От 7 апреля 1685 года от имени царей Ивана и Петра Алексеевича и царевны Софьи был издан указ о «раскольниках». Этим Указом преследование «раскольников» переводилось под юрисдикцию государства, а не церкви, как это было раньше. В научном обороте находится публикация в Полном собрании и законов Российской империи под заглавием « О рассеивающих и принимающих ереси и расколы»8. Другие указы такие например, как « от 1682 декабря 13. Царская грамота в Сибирь, в Кузнецкой изъяснительная о казни князя Хованского, с объявлением Сибирцам милостивого слова за их усердие к Государям» и « от 1683 года 5 августа. Наказать Дмитрию Хлопову о сыске беглых крестьян в Казанском уезде»9 и многие другие опубликованы в 4 томе- акты собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археологическою экспедицию императорской Академией наук, которые позволяют наиболее полно познакомиться с внешней и внутренней государственной политикой царевны Софьи Алексеевны.

Структура исследования. Структура курсовой работы обусловлена целью и задачами, а также избранной автором логикой их раскрытия и включает в себя введение, две главы, четыре параграфа, заключение, список используемой литературы.

 

 

          ГЛАВА 1. ЛИЧНОСТЬ ЦАРЕВНЫ СОФЬИ И ЕЕ ОКРУЖЕНИЕ

1. ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ ЦАРЕВНЫ

 

 

Для того чтобы лучше уяснить, как сложился характер Софьи Алексеевны, возвратимся немного назад, к тому времени, когда у Марии Ильиничны Милославской 17 сентября 1657 года родилась третья дочь, которую назвали Софьей. Алексей Михайлович, отец царевны Софьи, получил прозвище Тишайший. Но вряд ли его дворец в подмосковном Коломенском, где появилась на свет Софья было тихим местом. Терем Алексея Михайловича стал настоящим детским царством - за время его правления сложно найти год, когда у супруги государя Марии Ильиничны не рождался бы ребенок. Правда, многие из них умирали в младенчестве. Выжили семеро - пять дочерей и двое сыновей, Федор и Иван. На беду отца, царевичи росли болезненными и слабоумными, а их сестры наоборот – крепкими и здоровыми10.

Из-за того что на свет снова появилась девочка, а не долгожданный наследник престола, рождение малышки не вызвало особой радости ни у Алексея Михайловича, ни у Марии Ильиничны. Пиршества не было, ограничились простым застольем, во время которого гостям не раздавали драгоценных даров, а только лишь пироги с царского стола.

Но судьба царевен в XVII веке была незавидной. Царские дочери  жили затворницами, никем не видимые, кроме близких родственников, и не смели даже появляться публично. Кроме патриарха, духовника да близких родственников (исключительно пожилого возраста), ни один мужчина шагу не мог ступить в их терема. В дворцовые церкви царевны переходили из терема крытыми переходами. Да и в самой церкви ничей нескромный взгляд их не мог коснуться, так как положено им было становиться в особых тайниках, за занавесью из цветной тафты. Из кремлёвских хором царевны выезжали редко, а коль и случалось такое, то возили их обычно ночью. Царевен не звали ни на один из праздников, проходившем в царском дворце. Лишь при погребении отца или матери могли они идти по улице пешком, да и то в непроницаемых покрывалах и заслонённые – суконными полами, которые несли вокруг них сенные девушки11.

 Это зависело, главным  образом, от того монашеского  взгляда, который господствовал  при московском дворе и дошел  до высшей степени силы при Романовых. Боязнь греха, соблазна, искушения, суеверный страх порчи - все это заставляло держать царевен взаперти. Величие их происхождения не допускало отдачи их в замужество за подданных, а отдать их за иностранных принцев было трудно, потому что тогдашнее благочестие приходило в соблазн при мысли о брачном союзе с не православными. Надо отметить, что вообще уединение женщин, а в особенности девиц, господствовавшее в высшем классе московских людей, исходило не из народных обычаев, и не было тем гаремным положением женского пола, за которое  осуждали на Востоке; оно происходило из опасения греха и соблазна, происходило из того благочестия, которое считало монашество высшим богоугодным образцом жизни и признавало нравственным долгом каждой христианской души приближаться к этому образцу.

Теремное удаление женщин от общества могло быть то строже, то слабее, смотря по тому, в какой степени круг, в котором они жили, подчинялся такому монашескому взгляду. Где было желания, чтоб дом был похож на монастырь, там от женщины ради сохранения ее целомудрия не только телесного, но и душевного требовали строгого затворничества, где, напротив того, меньше стремились, там и женщина была менее связана. Притом же ум всегда очень уважался на Руси; и умной личности женского пола не трудно было заявить о себе, если только в том семейном кругу, в котором она находилась, ослабнут связывавшие ее оковы монашеских приличий.

Но, к большому сожалению, учить царских дочерей, в то время на Руси было не заведено. Значительное число царевен были неграмотными, они едва смогли бы написать свое имя. Все их  образование заключалось в рукоделии, набору молитв и нянькиным сказкам. Однако такая жизнь сильно возмущала Софью, и все чаще придворные и многочисленные няньки стали замечать неуступчивый и резкий характер юной царевны. Когда же про нелегкий нрав семилетней Софьи донесли царю, тот не только не был разозлен, но и  отдал приказ серьезно отнестись к  воспитанию дочери, наняв той самых наилучших воспитателей и преподавателей. Нет точных указаний, при каких обстоятельствах и когда именно царь-батюшка заметил, что эта его дочь разительно отличается от других. Но что заметил, сомнений не вызывает. Доказательством этому служит то, что учили Софью совершенно по-особому.

На границе младенчества и отрочества Софья оказалась в руках выдающихся деятелей просвещения, которых справедливо считали «горящими свечами Русской земли»1: Симеона Полоцкого.

Симеон Полоцкий, монах полоцкого Богоявленского монастыря, приехал в Москву в 1664 году, когда было ему 36 лет. К этому времени он закончил Киевскую духовную академию, знал греческий, латинский и польский языки и уже приобрел признание как незаурядного проповедника, поэта и драматурга, увлеченно занимавшегося еще и астрологией.

Вскоре же о глубоких и разносторонних знаниях Симеона Полоцкого стало известно в Кремле, и царь Алексей Михайлович взял его к себе, поручив Полоцкому учить и наставлять своих детей – Федора и царевну Софью. Преподавал Симеон легко и весело, говоря об одном предмете, безо всякого труда переходил на другой, приводил множество интересных примеров и часто излагал урок стихами, чтобы лучше запоминалось то, о чем он говорил. Он же приохотил своих подопечных к театру.

Занятия с царскими детьми Полоцкий строил таким образом, чтобы сделать их по мере своих сил всесторонне образованными людьми. Он придерживался этого принципа потому, что для него образованность являлась высшей ценностью бытия.

Полоцкий преподавал Софье не только чтение и письмо, но и иностранные языки. Великолепная память позволяла Софье с легкостью осваивать языки, и это обстоятельство явилось ключом к библиотеке отца, которая была вскоре предоставлена в ее распоряжение. Самые разнообразные книги на греческом, польском, латыни проглатывались с жадностью, совершенно не наблюдаемой у братьев, обучающихся вместе с нею.

 Но предпочтительней ей было изучение истории. Поэтому она знала и о византийской императрице Пульхерии, которая живьем заколотила в гроб пьяницу-мужа и стала править самостоятельно, и английской королеве Елизавете, которая вовсе не имела мужа. Не исключено, что когда Софья становилась свидетельницей происходивших перемен в царском дворце, у нее понемногу стало появляться желание подражать этим вольным и отважным женщинам12.

По природе же своей Софья явно была заводилой и командиршей, умевшей настоять на своем и подчинить себе разновозрастную ватагу братьев и сестер. Выделялась царевна и своим физическим развитием — крепкая, с по-мужски резкими, угловатыми движениями, лишенная малейших признаков девичьей нерешительности и застенчивости.

Она при любой возможности пыталась разнообразить постную теремную жизнь, и это ей удавалось. Справедливости ради надо сказать, что ее отец, Алексей Михайлович, внес свою лепту в более светское, чем полагалось по правилам, воспитание дочерей: он часто брал их с собой в загородные поездки и даже, что немаловажно, дал взглянуть на театральные представления «с французской пляскою». Эти впечатления отразились в Софье звонким эхом. Она начала писать стихи о красотах божьего мира, потом сочинила пьесу и разыграла в тереме ее представление, в которое, разумеется, солируя, вовлекла братьев и сестер.

Впрочем, разносторонняя одаренность Софьи сказалась и в таком исконно девичьем занятии, как рукоделие. О том, что и в нем она оставила позади себя многих, свидетельствует тот факт, что в апартаментах царя лежал, для вящей отцовской гордости, ковер, сотканный ее руками.