Развитие русской геополитической мысли

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 06 Ноября 2013 в 06:58, курсовая работа

Описание работы

Среди множества школ, занимающихся развитием мировой геополитической науки, достойное место занимает российская школа геополитики. Прошедшая в своем развитии несколько этапов, она была многослойной, порой противоречивой, впрочем, так же, как школы и течения Западной Европы и США. Большое влияние на ее становление оказала теория географического детерминизма, и прежде всего труды Л.И. Мечникова. Нельзя не отметить, что русская школа геополитики имела свои истоки.

Содержание работы

1. Истоки русской школы геополитики.
1.1 Неоценимый вклад русского ученого Михаила Васильевича Ломоносова.
1.2 Истоки славянофильской теории в трудах Федора Ивановича Тютчева.
2. Основоположники русской школы геополитики.
2.1 Дмитрий Алексеевич Милютин: геополитические приоритеты России.
2.2 Полицентризм типов культур Николая Яковлевича Данилевского.
3. Развитие русской геополитической мысли.
3.1 Геополитические работы Вениамина Петровича Семенова-Тян-Шанского.
3.2 Течение евразийцев и позднее славянофильство.
Выводы.
Список литературы.

Файлы: 1 файл

геополитика.docx

— 40.93 Кб (Скачать файл)

По мнению ученого, из классификации  народов по культурно-историческим типам вытекают следующие законы:

“Закон 1. Всякое племя или  семейство народов, характеризуемое  отдельным языком и группою языков, довольно близких между собою  для того, чтобы сродство их ощущалось  непосредственно, без глубоких филологических изысканий, составляет самобытный культурно-исторический тип, если оно вообще по своим духовным задаткам способно к историческому  развитию и вышло уже из младенчества.

Закон 2. Дабы цивилизация, свойственная самобытному “культурно-историческому  типу”, могла зародиться и развиваться, необходимо, чтобы народы, к нему принадлежащие, пользовались политической независимостью.

Закон 3. Начала цивилизации  одного культурно-исторического типа не передаются народам другого типа. Каждый тип вырабатывает ее для себя при большем или меньшем влиянии  чуждых, ему предшествовавших или  современных цивилизаций.

Закон 4. Цивилизация, свойственная каждому культурно-историческому  типу, только тогда достигает полноты  разнообразия и богатства, когда  разнообразны этнографические элементы, его составляющие, когда они, не будучи поглощены одним политическим целым, пользуясь независимостью, составляют федерацию или политическую систему  государства.

Закон 5. Ход развития культурно-исторических типов всего ближе уподобляется тем многолетним однополым растениям, у которых период роста бывает неопределенно продолжителен, но период цветения и плодоношения относительно короток и истощает раз и навсегда их жизненную силу”.

Учение о нациях, их сущности, происхождении, признаках и законах  – это и есть теория о культурно-исторических типах Данилевского. Признаки, законы культурно-исторических типов по смыслу близки тем признакам нации, которые  названы Сталиным через 40 лет после  выхода в свет книги “Россия и  Европа”, т.е. обнаруживается связь  русской философско-социологической  мысли XIX в. с русским марксизмом. Особенно ясно видна эта связь в трудах русского философа Н.А. Бердяева. Русская цивилизация существенно адаптировала, изменила западное понимание марксизма.

 

Данилевский в своей книге  аргументировано защищал политические интересы не только русских, но и всех славян. Защита национальных интересов, полагал Н.Я. Данилевский, должна уважать права и достоинства людей иных национальностей, если они не претендуют на какую-то особую роль в отношениях с другими нациями.

Анализируя отношения  России со странами Европы, ученый отмечал, что они чаще всего были неравными  и невыгодными для России. И  он делает вывод: “Европа враждебна  России”. История, справедливо утверждал  он, учит, что экспансия с Запада – явление постоянное. Европейские  политики при принятии решений, особенно касающихся России, всегда руководствуются  “двойным стандартом”. Для безопасности России и всего славянского мира, по убеждению Данилевского, нужно  уметь добиваться разобщенности  целей Англии, Франции, Германии, Австрии  – их объединение всегда опасно для русских и всех славян.

Европейская семья всегда оттесняла Россию на Восток. Вхождение  нашей страны в “европейский дом” произошло в конце XX – начале XXI вв. Но вошла туда Россия, а ранее  СССР, уйдя из Восточной Европы, согласившись на одностороннее разоружение, на утрату исконно русских земель (на севере – до Ивангорода, Пскова; на западе – до Смоленска, а на юге –  до Ростова).

 Данилевский не только отмечает своеобразие русской культуры, но и протестует против “европейничания”. Он предрекает бурное развитие русской философии, искусства, науки, индустриально-технический прогресс и глубоко убежден, что русская культура будет выше европейской по уровню достижений, но прежде всего – полнокровнее, гармоничнее благодаря особому народному “внутреннему сокровищу духа”.

 Данилевский верил в возможность создания Всеславянского союза, а в идеале – Всеславянской федерации, т.е. добровольного объединения всех славянских государств. В основе такой федерации лежат взаимовыгодные условия и интересы. Ученый полагал, что процесс консолидации славян должна возглавить Россия, русский народ. Россия – это мощное государство, а русский народ в отличие от других славянских племен не подвергся онемечиванию или отуречиванию. Но, по его мнению, объединение славян должно совершиться таким образом, чтобы “славянские ручьи не сливались в русском море”, т.е. все славяне должны сохранить свое национальное своеобразие, политическую и культурную независимость.

Образование Славянского  союза, полагал ученый, создаст России особое положение: она станет рядом  с целой Европой. Тогда на повестку дня встает вопрос о мировом равновесии между Европой, Славянством и  Америкой.

Идеи Данилевского и сейчас имеют большое значение для формирования геополитического мировоззрения современного русского общества.

 

 3.  Развитие русской геополитической мысли

Если в работах Милютина и Данилевского геополитические  идеи были похожи на вкрапления в военную  географию и статистику, в теорию социальных общностей, то в начале XX в. появились оригинальные геополитические работы. К их числу можно смело отнести солидный труд А. Вандама “Наше положение”, вышедший в 1912 г. Давая характеристику местоположения России, он, в частности, пишет: “Несмотря на большие размеры своей территории, русский народ, по сравнению с другими народами белой расы, находится в наименее благоприятных для жизни условиях”. И далее, развивая эту мысль, ученый констатирует:

“Страшные зимние холода и  свойственные только северному климату  распутицы накладывают на его  деятельность такие оковы, тяжесть  которых совершенно незнакома жителям  умеренного Запада. Затем, не имея доступа  к теплым наружным морям, служащим продолжением внутренних дорог, он испытывает серьезные  затруднения в вывозе за границу  своих изделий, что сильно тормозит развитие его промышленности и внешней торговли и, таким образом, отнимает у него главнейший источник народного богатства”.

Отсюда, отмечает ученый, в  народных массах хранится инстинктивное  стремление “к солнцу и теплой воде”, что определило положение русского государства на театре борьбы за жизнь.

Вандам полностью разделяет  точку зрения Милютина, что главным  геополитическим, геостратегическим противником нашей страны является Англия. Это противостояние, по его мнению, определяет облик мира. Если пользоваться понятиями геополитики, то он говорит о противостоянии морской и континентальной держав. По этому поводу он пишет: “Главным противником англосаксов на пути к мировому господству является русский народ”. И главные цели их – оттеснить русских “от Тихого океана в глубь Сибири”, вытеснить Россию из Азии на Север от зоны между 30-м и 40-м градусами северной широты”.

Для того чтобы противостоять  англосаксонской экспансии, нужно  создать баланс сил. Противником  Британской империи должна стать  коалиция “сухопутных держав против утонченного деспотизма Англии”. На взгляд русского геополитика, такую  коалицию должны составить Россия, Франция и Германия.

3.1 Геополитические  работы Вениамина Петровича Семенова-Тян-Шанского

В очерке по политической географии  “О могущественном территориальном  владении применительно к России”  вышедшем в 1915 г., Вениамин Петрович Семенов-Тян-Шанский (1870–1942) рассмотрел много вопросов, представляющих большой интерес  и в конце XX в. Первым был вопрос “об естественных границах”, где  описаны земные оболочки для сгущения органической жизни, миграция и стихийное  переселение, естественные границы, главное  развитие человечества вне площади  Тихого океана. В главе, посвященной этой теме, Семенов-Тян-Шанский во многом соглашается с идеями немецкого геополитика Ратцеля. Но уже в главе “О формах могущественного территориального владения вообще” виден оригинальный и глубоко продуманный новый подход. Автор обстоятельно проанализировал проблемы первоначального ареала человечества, значение ледниковой эпохи для развития человека, описал три среднеземноморских моря на Земле, а так же три территориальные системы политического могущества (кольцеобразная, от моря до моря, клочкообразная) и результаты их применения.

 Семенов-Тян-Шанский описывает три исторически сложившиеся системы геополитического контроля над пространством.

Первая система – кольцеобразная. Появилась она на Средиземноморье  в незапамятные времена. Сухопутные владения державы-метрополии представляли собой кольцо, позволявшее контролировать внутреннее морское пространство. Замыкали в кольцо свои владения греки, карфагеняне, римляне, венецианцы, генуэзцы. Их примеру  следовали в XVII в. шведы, в XIX в. Наполеон (эта идея реализуется сейчас блоком НАТО в Атлантике).

Вторая система – клочкообразная, или точечная. Она применяется европейцами, начиная с эпохи Великих географических открытий. Порты, пункты, военные базы построены по морям и океанам в стратегически важных географических точках планеты. Такую систему создавали португальцы, испанцы, голландцы, французы. Но наиболее преуспели в этом англичане, особенно в XIX в. Клочкообразную систему они дополнили важными элементами государств-буферов (в XX в. с разной степенью эффективности ее пытались реализовать СССР и США).

Третья система – континентальная. Таковой система является, если владения господствующей державы охватывают территорию “от моря до моря”. Наибольшего  успеха в ее создании добились русские  и американцы.

Анализируя плюсы и  минусы русской континентальной  системы, Семенов-Тян-Шанский отметил  ее главный недостаток: растянутость территории, а также резкие перепады в степени освоения центра (он хорошо развит) и периферии (она значительно  уступает центру и напоминает сравнительно отсталую колонию). Как полагает ученый, такую систему можно сохранить  только тогда, когда удастся “подтянуть”  периферию по плотности населения, развитию инфраструктуры до уровня центра. Сделать это можно двумя способами: во-первых, перенести центр в Екатеринбург, во-вторых, создать в азиатских  владениях культурно-экономические  “колонизационные базы” – анклавы  ускоренного развития. Он полагал  необходимым иметь четыре такие  базы: Урал; Алтай с горной частью Енисейской губернии; Горный Туркестан  с Семиречьем; Кругобайкалье. И сейчас, в начале XXI в. предложения ученого выглядят как никогда кстати.

Размышляя о форме могущественного  территориального владения в России, ученый указывает на недостатки системы  “от моря до моря”, на необходимость  приближения государственного центра территории к ее географическому  центру, отмечает неправильность разделения России на Европейскую и Азиатскую  части, подчеркивает роль культурно-экономических  колонизационных баз для дальнейшего  освоения территорий.

В сравнительно небольшой  статье “Географические соображения  о расселении человечества в Евразии  и о прародине славян”, написанной в 1916 г., Семенов-Тян-Шанский подчеркивает, что между явлениями географии  форм земной поверхности и явлениями  астрономогеографии существует полная аналогия. Далее он высказывает любопытную мысль:

“Результатом медленных  внедрений человечества является более  или менее обширное географическое распространение его племен, а  результатом завоеваний – их расчленение  на государства”.

Ученый говорит о двух основных видах освоения географических пространств: внедрении и завоевании. По этому поводу он пишет:

“Внедрения и завоевания двигались всегда в стороны наименьшего  сопротивления, причем, если при завоевательном движении не слишком истощались внутренние силы народа-завоевателя, то образовывалось долговечное и сильное государство  с последующим медленным внедрением его господствующего племени  во все углы территории; если же они  при этом слишком истощались, то государство быстро распадалось, оставив  лишь известный след на культуре аборигенов тех территорий, которые оно занимало”.

Мирное внедрение народов  оставляет, по мнению ученого, “большие следы не на территории, а на духовной жизни человека, особенно большой  отпечаток – на его языке”, “мирное  внедрение, многовековая земледельческая  колонизация прежде всего ищет удобных и привычных почв... и подходящих топографических условий”. Население, как полагает Семенов-Тян-Шанский, пришло по рекам и оседало по сухим водоразделам с удобными почвами, и о реках в значительной части забыло. Географическая среда, по его мнению, распределяла и разделяла народы на менее выносливые и более выносливые к природным невзгодам, делила их на оседлый и кочевой образ жизни.

Идеи, высказанные Семеновым-Тян-Шанским  в обозначенных двух работах, были развиты  им в солидном труде “Район и  страна”, опубликованном в 1928 г. Но отдельно рассматривать эту работу мы не будем, так как концептуальный подход ученого  представлен выше.

Нельзя не согласиться  с утверждением многих ученых, что  В.П. Семенов-Тян-Шанский создал целостную  глобальную концепцию геополитики: он представлял ее как антропогеографическую, занимающую свою нишу в многоуровневом знании в структуре географической науки, видел ее как географию “территориальных и духовных господств человеческих сообществ”.

В традиционный географический детерминизм он внес антропологическое  видение, заключающееся в том, что  экономическая деятельность человека была важнейшей в процессе формирования территориального государства; могущественно-территориальное  владение у него было результатом  действия природных, экономических  и культурных факторов в развитии территорий. На русском историческом, статистическом, демографическом материале  он разработал гипотезу о колонизационных  базах как гарантах, исходных точках территориально-политического могущества; предложил выделить “цельные в политико-географическом отношении местности”.

3.2 Течение евразийцев и позднее славянофильство

Информация о работе Развитие русской геополитической мысли