Особенности развития экономической мысли в России

 

 А.В. Чаянов, опираясь на свои более ранние  работы, а также опыт аграрного развития западных стран и дореволюционной России, сформулировал концепцию вертикальной концентрации хозяйства. Им была предложена классификация технических и экономических процессов, развитие которых позволит обобществить сельскохозяйственное производство в целом. Он полагал, что вовлечение аграрного сектора в систему народного хозяйства как единого целого вовсе не сводится к созданию крупных предприятий на базе наемного труда. Он видел альтернативный путь, позволяющий трудовому крестьянскому хозяйству отстоять свои позиции на основе кооперации. Такая возможность была реальной в условиях новой экономической политики.13

 

 Любая  наука состоит из множества  направлений, школ, теорий, концепций. И задача самопознания науки  заключается в том, чтобы разобраться  в этих направлениях и школах, расположить их в логической связи, создать иерархию ее развития. Это относится к любой науке, в том числе и к экономической. В любом учебнике истории экономической мысли перечисляется множество направлений, школ, концепций, которые или дополняли друг друга или противоборствовали. Но все они разработаны на Западе. А при попытке рассмотреть историю российской экономической мысли обнаруживается очень небольшое разнообразие школ и концепций.

 

 С. Булгаков  показал, что экономическая теория по необходимости включает в себя определенную ценностную или социальную составляющую: Социальный вопрос - вот главная и даже единственная проблема, определяющая все содержание политической экономии, ее нравственный центр14. Конечно, данный тезис может показаться преувеличением, но нельзя не согласиться с тем, что экономическая наука - это такая наука, в которой нельзя что-то измерить абсолютно точно и неизменно в любое время и в любой стране. Каждый ученый-экономист не может отделить себя от своих пристрастий, социальных оценок, всегда привнося в свои исследования собственные взгляды. В отличие от физики экономическая наука, к сожалению, имеет дело с не очень твердой материей.

 

 Нельзя  разделять экономический анализ  и экономическую мысль, ведь тем  самым мы убиваем саму экономическую науку как отражение действительности. Оставить экономический анализ, который с помощью каких-то математических или статистических выкладок может что-то посчитать, без экономической мысли, - значит, сделать анализ бессмысленным, никому не нужным. В реальности существует совокупная экономическая наука, которая включает в себя и анализ, и формирующуюся на его основе экономическую мысль. И в таком контексте постановка Л. Абалкиным проблемы специфичности российской экономической школы вполне оправдана.

 

 Специфичность  российской экономической школы  Л. Абалкин видит в «отрицании  концепции «экономического человека»  и попыток рассматривать его  изолированно от общества, от  среды его обитания"15. Он полагает, что "в целом для российской школы экономической мысли характерно признание примата общего, народнохозяйственного подхода над деятельностью и мотивацией индивидуума, создания социально-политических и духовно-нравственных начал развития инициативы и предпринимательской этики. Отсюда нарастающее негативное отношение ко многим постулатам классической политической экономии, которую упрекали в космополитизме, а также в целом к западной экономической мысли"16.

 

 Действительно, подобный подход можно выделять  как особую черту, свойство многих экономических сочинений российских авторов.

 

 Л. Абалкин  говорил о том, что особенности  российской школы экономической  мысли "проявились в трактовке  национального хозяйства и особой  роли государства в его регулировании, в обосновании (применительно к  конкретно-историческим условиям России) необходимости политики протекционизма для подъема национальных производительных сил"17. На настоящем основании к российской экономической школе Л. Абалкин причисляет почти всех российских экономистов (и дореволюционной, и послереволюционной эпохи), которые выше всего ставили национальные интересы развития экономики России и выдвигали на первый план роль государства в управлении экономикой и обеспечении социально справедливого распределительного процесса, учитывали традиционные российские национальные черты и т.д. Причем Л. Абалкин полагает, что именно с этой точки зрения российская экономическая школа представляет собой уникальное явление в истории мировой экономической мысли и может быть выделена в отдельное ее направление. Однако, на наш взгляд, не все так просто.

 

 Действительно, начиная с С. Ю.Витте и, может  быть, много раньше, многие выдающиеся  отечественные экономисты отстаивали  экономические интересы своей  страны, обращая особое внимание  на российские исторические характерные черты. Но при внимательном рассмотрении ничего специфического или уникального в таком направлении экономической мысли найти нельзя. Примерно со второй половины XIX в. национальный капитализм в России начинает бурно развиваться и требует защиты от более сильного капитализма передовых стран Европы. Естественно, многие экономисты и общественные деятели той поры анализировали различные проблемы развития и защиты отечественного производства и в первую очередь промышленности. Теоретические рассуждения этих экономистов естественным образом во многом повторяли труды немецкой исторической школы, которая "обслуживала" тот же самый процесс, но в Германии начала XIX в. Тем более что русские экономисты в большинстве своем учились в Германии и органично восприняли многие идеи и положения немецкой исторической школы.

 

 Сегодня  в России складывается примерно  такая же, как и сто лет назад, ситуация: отечественный капитал  противостоит мировому. Задача состоит  в том, чтобы, проникнув на мировой  рынок, обеспечить стране достойное место в мировой экономике. Поэтому идеи старой немецкой исторической школы возрождаются в России, их можно обнаружить в трудах многих экономистов. Почти все члены Отделения экономики РАН выступают именно с таких национально ориентированных позиций. И подобный подход действительно можно назвать российской экономической школой в противовес представителям западного экономического либерализма, который с января 1992 г. доминирует в правительственных кругах.

 

 Следует  выделить два аспекта концепции  «российской школы экономической мысли». Прежде всего ее «ядро», основное ее содержание – повышенное внимание к «субъективному фактору», сознательное воздействие на экономические процессы в целях достижения социального благополучия всех членов общества. Этот аспект можно считать отличительной чертой российской экономической школы. Другой аспект – озабоченность развитием национальной экономики в целом, а также разработка экономических методов обеспечения этого развития.

 

 Заключение

 

 

 До настоящего  момента история русской экономической мысли рассматривалась в ограниченных пределах западноевропейской экономической мысли. И это не случайно, так как именно последняя оказала решающее влияние на формирование современных представлений о законах и механизме функционирования рыночной системы хозяйства. Тем не менее, представляет значительный интерес история развития русской экономической мысли, отличающаяся определенным своеобразием. Специфические же особенности: во-первых, большинству работ русских экономистов в высокой мере присущ дух социал-экономического реформаторства. Это объясняется как внутренними условиями развития страны, так и сильным влиянием марксизма на все течения русской экономической мысли, начиная со второй половины девятнадцатого века. Во-вторых, для большинства экономистов России особое значение имеет крестьянский вопрос и весь комплекс связанных с этим социально-экономических проблем. В-третьих, в российской экономической мысли всегда большое значение придавалось общественному сознанию, этике, активной роли политики, другими словами, внеэкономическим факторам.

 

 Можно  назвать ряд российских традиций  и особенностей, которые лучше  помогут понять специфику русской  экономической мысли. Хорошо известно, что в России, в отличие от  Центральной и Западной Европы, не получило юридического закрепления римское право собственности, опирающееся на хорошо организованную базу юридических уложений. Именно там многовековая культура частной собственности развила такое качество экономической личности, как хозяйственный индивидуализм и экономический рационализм. В России же на протяжении многих веков хозяйство было основано не на частной собственности, а на своеобразном сочетании общинного пользования землей и власти государства, выступающего в роли высшего собственника. Это оказало существенное влияние на отношение к институту частной собственности, наложив на него соответствующий нравственно-этический отпечаток. Русскому человеку свойственно убеждение, что "человек выше принципа собственности". Не случайно в русском менталитете идею "естественного права", которая является основой западноевропейской цивилизации, заменяли идеалы добродетели, справедливости и правды. Это определяет русскую социальную мораль и экономическое поведение. И потому явление "кающегося дворянства" - особенность чисто русская. Еще одна российская традиция - склонность к утопическому мышлению, стремление мыслить не реалиями, а образами желаемого будущего. С этим же связана традиция полагаться на «авось», неприязнь к точным расчетам, строгой деловой организации.

 

 Характерной  чертой русского менталитета  является также стремление к  соборности (добровольному объединению  людей для общих действий независимо  от имущественного и сословного  неравенства) и солидарности, которые  реализуются в коллективных формах  труда и владения собственностью.

 

 Изучение  истории российской мысли, а тем  более ее преподавание находятся  на крайне низком уровне.

 

 Сегодня  мы живем в условиях не замечаемого  даже СМИ жесткого противоборства  сторонников Вашингтонского консенсуса, навязывания концепции единой супердержавы и западных идеалов, с одной стороны, и борцов за восстановление самобытных традиций России, сторонников "многоцветного" понимания мира, возрождения современных цивилизаций - с другой. В ходе этого противоборства решается и вопрос о возрождении российской школы экономической мысли как органической части мировой науки. Речь идет не о возврате к старому, а об умении осознать реалии наступившего века.

 

 Есть  основание полагать, что завтрашний  день принадлежит тем, кто может  активно включиться в создание новой парадигмы обществоведения, кто определит место страны в системе альтернативных вариантов ее будущего развития, кто сумеет сочетать анализ глобальных изменений в мире с сохранением уникальности российской цивилизации

 

 

 Список использованной литературы

 

 

1. Автономов  В. История экономических учений. М.: Инфра-М, 2000 – 300 с.

 

2. Булгаков  С. Труды по социологии и теологии. Т. 1. М., 1999 – 340 с.

 

3. Булатов  А.С. Экономика. – М., 2005 – 610 с.

 

4. Васильева  Е.В. Экономическая теория (конспект лекций). М.: ЮРАЙТ. 2006 – 190 с.

 

5. Кондратьев  Н.Д. Проблемы экономической динамики. М.: Экономика, 1989 – 300 с.

 

6. Туган-Бараиовский  М.И. Социальные основы кооперации. М.: Экономика, 1989, - 515 с.

 

7. История  экономической мысли. Курс лекций. - М.: Ассоциация авторов и издателей "ТАНДЕМ". Издательство ЭКМОС, 1998 г. - 248 с.

 

 Журналы:

 

1. Абалкин  Л.И. Очерки истории российской  экономической мысли. Вопросы экономики, 2003, № 11 с. 147 -149

 

2. Албанин  Л. Российская школа экономической мысли: поиск самоопределения Вопросы экономики 2001 № 2 с.4 - 18

 

3. Аникин  А. Российская экономическая наука: просветительство и первые школы. Вопросы экономики, 2001, № 2

 

4. Баумоль  У. Чего не знал Альфред Маршал: вклад ХХ столетия в экономическую теорию. Вопросы экономики, 2001 № 2 с. 74

 

5. Воейков  М. О концепции «Российской школы  экономической мысли». Вопросы экономики, 2001, № 2, с.67-72

 

6. Еспегмеев  В. Российская экономическая мысли  учится говорить на языке науки. Вопросы экономики, 2004, № 2 с. 82

 

7. Ольсевич  Ю. О специфике национальной школы  экономической мысли. Вопросы экономики, 2001, № 2 с. 27-42

 

8. Сорокин  Д. Российская политико-экономическая  мысль: основные черты и традиции. Вопросы экономики, 2001 № 2 с. 18 -19

 

1 А.С. Булатов Экономика. – М., 2005. с.150

 

2 А. Аникин  Российская экономическая наука: просветительство и первые школы. Вопросы экономики, 2001, № 2

 

3 Л.И. Абалкин  Очерки истории российской экономической  мысли. Вопросы экономики, 2003, № 11 с. 148

 

4 У. Баумоль  Чего не знал Альфред Маршал: вклад ХХ столетия в экономическую теорию. Вопросы экономики, 2001 № 2 с. 74

 

5 Елисеев  Г.З. Плутократия и ее основы. - Отечественные записки, 1872, № 2. (цит. из Л.Албанин Российская школа  экономической мысли: поиск самоопределения. – Вопросы экономики, 2001, № 2, с. 5

 

6 Еспегмеев  В. Российская экономическая мысли  учится говорить на языке науки. Вопросы экономики, 2004, № 2 с. 82

 

7 Булгаков  С. Труды по социологии и теологии. Т. 1. М., 1999, с. 299

 

8 Д. Сорокин  Российская политико-экономическая мысль: основные черты и традиции. Вопросы экономики, 2001 № 2 с. 19

 

9 Л. Албанин  Российская школа экономической  мысли: поиск самоопределения Вопросы  экономики 2001 № 2 с.11

 

10 Кондратьев  Н.Д. Проблемы экономической динамики. М.: Экономика, 1989, с. 126-127.

 

11 Туган-Бараиовский  М.И. Социальные основы кооперации. М.: Экономика, 1989, с. 449.

 

12 Л. Албанин  Российская школа экономической  мысли: поиск самоопределения Вопросы  экономики 2001 № 2 с.15

 

13 А.С. Булатов  Экономика. М., 2005, с. 153

 

14 Булгаков  С. Труды по социологии и теологии. Т. 1. М., 1999, с. 276

 

15 Абалкин  Л. Российская школа экономической  мысли: поиск самоопределения. М.: ИЭ  РАН, 2000, с. 38.

 

16 Абалкин  Л. Российская школа экономической  мысли: поиск самоопределения, М, 2000 с. 40.

 

17 Абалкин  Л. Российская школа экономической  мысли: поиск самоопределения, М, 2000 с. 40