Государственное регулирование рыночной экономики

     Более того, фактические материалы о  масштабах участия различных государств в регулировании экономических процессов своих стран показали, что в среднем именно высокоразвитые страны, то есть страны с давней ориентацией на рыночные механизмы характеризуются наиболее высокими масштабами расходов на государственное управление. Упомянутое исследование Всемирного банка зафиксировало серьезный водораздел в этом плане между развитыми и развивающимися странами. Если в целом по промышленно развитым странам государственные расходы на управление экономическими и социальными процессами достигают почти половины их ВВП, то в развивающихся странах они на уровне одной четверти. И разница в уровне затрат на государственное управление между странами с «более рыночной» и «менее рыночной» экономикой становится еще более разительной, если учесть несоизмеримо большие количественные масштабы ВВП в высокоразвитых странах.

     Об  устойчивости масштабов использования  государственных ресурсов на социально-управленческие цели в различных странах свидетельствует  таблица 1. Из нее видно, что в России уровень государственных расходов существенно ниже, чем в любой из развитых стран. То же самое можно сказать о родственной нам («переходной») стране Казахстане и некоторых других странах, не входящих пока в круг высокоразвитых.

     Таблица 1

     Расходы консолидированного бюджета относительно объема ВВП 
по ряду стран мира²

     Несмотря  на то, что в конце XX века уровень затрат на государственные нужды у нас был значительно ниже уровня, характерного для большинства развитых стран (составляя порядка 27-29% к ВВП),  
в официальных проектировках правительства тех лет (в трехлетних программах социально-экономического развития, подготавливаемых Минэкономразвития и торговли РФ) продолжали настойчиво выдвигаться задачи дальнейшего снижения соответствующих расходов государственного бюджета с доведением их до 22-23% к ВВП, то есть ниже планки, характерной в среднем для слаборазвитых стран. Такое настроение  
в экономических штабах (даже в тех случаях, когда оно не приводило  
к предлагавшимся изменениям в бюджете) несомненно сказывалось разоружающим образом на действиях некоторых правительственных структур. Это было фактическим отстранением государства от функций управления экономикой и обществом.

     Но  осуществленное удаление государства  из экономики не стало на деле желаемой либерализацией жизни хозяйственного сословия. Российские процессы «разгосударствления» и приватизации привели на деле к усилению диктатуры государственных органов по отношению к обществу в целом, поскольку подавляющее большинство населения ускоренно и цинично лишалось не только всяческих прав на ключевые участки ранее общественного национального богатства, а и самих возможностей свободного (равноправного со скороспелыми олигархами) выбора и деловой карьеры по способностям. Таким образом, другую сторону российской «либерализации» составило фактическое усиление государственного принуждения, хотя и в его избирательной форме. Этот парадокс был обусловлен эксклюзивным характером использования – в пользу весьма узкого слоя лиц – государственных институтов при переходе от «государственной» к частнокапиталистической экономике. Были грубо нарушены принципы свободно-конкурентных отношений в течение наиболее ответственного периода становления базового слоя хозяйствующих структур в стране, что и выразилось в доминировании олигархических  
и компрадорских форм частного предпринимательства.

     Поскольку ключевые функции государственного управления были на первых отрезках российских реформ «приватизированы» крайне узким слоем лиц в целях завладения ими наиболее лакомыми кусками национального богатства, общий процесс экономического развития перестал быть управляемым и разбалансировался. Расширенное воспроизводство быстро  
и явочным порядком стало даже не простым, а суженным. Доминанту экономической жизни составили процессы ускоренного переваривания новыми собственниками природных богатств страны с использованием только тех частей ранее созданного производственного потенциала, которые были нужны в этой их функции и приносили немедленную прибыль. В итоге процессы «разгосударствления» обернулись резким снижением общей конечной эффективности государственного управления нашей экономикой и невиданным для условий мирного времени экономическим спадом.

     «Знаменитый»  дефолт 1998 г. стал вехой, побудившей в политических кругах страны многих впервые всерьез задуматься «о бесспорности» избранного пути реформ. Статистика фиксировала вопиющие данные.  
К началу XXI века годовой объем ВВП был в сопоставимых ценах в два раза меньше, чем в предреформенном 1990 г., а инвестиции в основной капитал снизились почти в пять раз. В еще большей степени ухудшились структурные и качественные параметры экономики.

     Задачи  модернизации системы  государственного управления.  
В научных кругах и на политическом уровне, наконец, всерьез стала обсуждаться тема перехода к новой модели экономического развития, что резко актуализировало постановки вопроса об усилении государственного управления хозяйственными процессами страны.

     Но  в каком смысле оправдано сегодня  ставить задачу усиления государственного управления экономикой в условиях, когда ключевым направлением реформ остается создание и освоение эффективных механизмов рыночного саморегулирования? Чтобы правильно ответить на этот вопрос, обратимся к семантическому анализу терминов.

     Управление вообще – применительно к сложной организованной системе – есть комплексная функция по обеспечению устойчивого существования этой системы, сохранению ее определенной структуры, поддержанию режима жизни, а также по реализации программных целей дальнейшего развития системы. Когда речь идет об экономике как национальной хозяйственной системе, то управление означает воздействие на экономическую систему с целью ее упорядочения, сохранения качественной определенности, а также совершенствования и развития.

     Управление  любой сложной системой подразделяется на несколько функциональных действий. Основными функциями (и в каком-то смысле этапами) управления являются: планирование (включая выдвижение целей), организация объекта (процесса), стимулирование участников, контроль. Можно ли распространить данное «универсальное» понимание управленческих функций на процесс управления экономикой (национальным хозяйством)? Несомненно, да. Именно в такой логической последовательности – планирование, организация, стимулирование, контроль – выстраивается управление экономическим развитием в любой стране. Вместе с тем, современная экономика слишком сложный объект, чтобы в правительственных действиях можно было всегда рассчитывать на простые и однозначные управленческие алгоритмы.

     Нельзя  не учитывать особого характера регулятивно-управленческих отношений в рамках макроэкономических систем в современных условиях, когда, с одной стороны, почти все хозяйственные решения принимаются самими товаропроизводителями и домохозяйствами, а с другой – существенно возрастает зависимость национальных экономик и их внутренних структур от мирохозяйственных связей и многообразных сетевых отношений.

     Государственное управление экономикой при наличии  большого числа хозяйствующих субъектов, принимающих самостоятельные управленческие решения исходя из собственных стратегий, в строгом смысле слова предстает не классическим управлением, а экономическим регулированием. Это регулирование подразумевает сложное сочетание форм прямого управления программами и процессами с разнообразными формами косвенного воздействия на объекты хозяйственной жизни и поведение субъектов, принимающих решения. Причем, именно косвенные (непрямые) воздействия на мотивацию хозяйствующих субъектов зачастую наиболее результативны, при одном, правда, условии: при наличии и реализации публично объявленной экономической стратегии страны. Таким образом, достаточно жесткое «управление» и более мягкое «регулирование» постоянно сосуществуют в действиях правительственных структур при осуществлении экономической политики.

     Государственное управление экономикой как система  подразумевает некую совокупность структурных форм, механизмов и методов влияния государственных институтов на итоговую результативность экономического развития. Соответственно проблематика науки о государственном управлении выходит за пределы компетенции в одной лишь экономической области: необходим синтез знаний, формируемых самыми разными ветвями обществоведения.

     Структура управления в стране есть одновременно и структура власти. Смысл властных и управленческих отношений весьма близок, но наличие власти не приводит автоматически к осуществлению управленческих функций. Не зря об отдельных высокопоставленных фигурах власти в народе складывается молва, что он де царствует, но не управляет.

     Реализация  функций управления в рамках современных больших хозяйственных систем всегда базируется на возможностях воздействия на интересы субъектов экономического процесса. Эти интересы вытекают из характера потребностей общества и его социальных групп, а конкретно выражаются в стратегиях фирм и действиях домохозяйств и различных сообществ людей в конкурентной среде. Поэтому анализ структуры экономических интересов в обществе и тенденций их изменения должен занимать ключевое место в экономической и управленческой политике государства.

     Облик системы государственного управления экономикой и изменения в ней  должны определяться целями и всем содержанием экономической стратегии. Сегодня среди экспертов и  политиков нарастает убеждение  
в необходимости перехода к более работоспособной системе государственного управления. И это органически связано с назревшими коррективами в содержании и направленности экономического курса.

     Под влиянием требований времени Министерство экономического развития и торговли РФ при формировании программы социально-экономического развития на 2007-2009 гг. впервые на официальном уровне признало настоятельную необходимость «смены модели экономического развития в сторону усиления факторов инновационного роста, активизации энергосбережения, значительного увеличения инвестиционной активности».

     С такой постановкой задачи можно  согласиться, если за этим будут стоять адекватные действия, касающиеся модернизации системы государственного управления.

     Основными целями и задачами модернизации системы  государственного управления экономическим развитием являются:

     отход от преобладания ситуативного регулирования экономических процессов к управлению и регулированию на базе социально-экономической стратегии, отвечающей коренным интересам инновационного развития страны, потребностям всего населения;

     переход при разработке и реализации экономической  политики от институционального целеполагания  к ценностному целеполаганию, стержнем которого должно быть достижение высоких  материальных, социально-культурных и  духовных стандартов жизни народа;

     настройка системы государственного экономического управления на регулирование всего  цикла расширенного воспроизводства, начиная с фаз научно-технологической  подготовки воспроизводства, органически  увязанной с последующими фазами производства, распределения  
и конечного потребления. Осуществление тем самым интенсивного перехода на инновационный тип экономического развития;

     существенное повышение эффективности работы государственных органов, всего механизма и институтов государственного управления. Доведение административной реформы, реформы государственной службы, бюджетной реформы, судебной реформы и других до результативности, сопоставимой с лучшими показателями управленческой эффективности, достигнутыми в мировой практике.

     Необходимость стратегического планирования и управления развитием. Создание эффективной системы государственного управления экономикой предполагает: совершенствование структуры органов власти  
с соответствующей рационализацией их функций; формирование действенных механизмов макроэкономического регулирования национального хозяйства; освоение современных методов и форм стратегического планирования и программирования научно-инновационного и социально-экономического развития; эффективную кадровую политику на государственном и корпоративном уровне (в том числе, подготовка критической массы кадров для государственного аппарата, способных осуществлять управление приоритетными государственными проектами  
и целевыми программами).