Пути становления демократии в России

Оглавление

Введение

Проблема демократии является одной из наиболее актуальных для современного общества вообще, для России - в частности по целому ряду причин.

Во-первых, исторический опыт второй половины ХХ века показал, что страны с демократическими режимами, как правило, добиваются больших экономических успехов, чем страны с режимами авторитарными. Это связано с тем, что именно демократия создает наилучшие условия для проявления инициативы, без которой невозможно эффективное производство.

Во-вторых, для современного человека демократия все более становится самостоятельной ценностью. Люди не хотят быть колесиками и винтиками какой бы то ни было системе.

В-третьих, в России проблема демократии стоит особенно остро, поскольку страна переживает начало длительного и сложного периода формирования демократических форм правления. Ситуация осложняется очень широким распространением в массовом сознании стереотипов авторитарно-патриархальной культуры, выработанных историей России в досоветское и советское время.

Вышеперечисленные проблемы демократии полностью отражают актуальность выбранной темы.

Главное целью работы является найти истоки зарождения демократии в России, проследить становление демократии в стране на протяжении ее исторического развития и определить является ли Россия страной с демократическими принципами.

Зарождение демократии в России

Русское государство возникает не путём завоевания, а путём внутренней политической, экономической и социальной эволюции. В первые века новой эры славяне переживали период перехода от родовой к территориальной хозяйственной общине. Интенсивность и хронологические рамки этого перехода разными историками оцениваются по-разному, однако к моменту образования в 882 г. единого русского государства со столицей в Киеве, соседская община становится доминирующей. В основе хозяйственной жизни славян на этом этапе лежала не частная собственность, а коллективное землевладение свободных общинников, что принципиально отличало славянство от западноевропейских народов уже в то далёкое время. Система управления в значительной мере была связана с хозяйственными задачами, коллективистскими формами труда и быта, поэтому главным органом управления территориальной общины являлось Вече — т.е. общее собрание всех свободных членов общины. Большое значение имели выборные должности, но старейшины должны были исполнять волю веча.

Однако, поскольку расселение славян шло преимущественно стихийно, а классообразование (в силу коллективистских форм труда и быта) вело прежде всего к имущественной, а не политической дифференциации, огромную роль в формировании внешней по отношению к Земле государственной власти сыграла потребность обороны от нашествий соседей и защиты внешнеторговых интересов русского купечества. Государственное управление нового этапа строилось на основе военной княжеской организации, обособившейся от гражданской вечевой. Особенно усиливается княжеская власть после вокняжения в Киеве династии Рюриковичей и объединения в 882 г. под её началом восточных славян в единое Древнерусское государство. В каждом славянском племени сохранялись своя племенная знать и свои местные князья, но теперь они должны были подчиняться киевскому. Великокняжеский престол переходил только от одного представителя рода Рюриковичей к другому, т.е. в Киевской Руси устанавливается наследственная монархическая власть.

Между тем, княжеская и даже великокняжеская власть не являлась абсолютной. В принятии решений князь должен был опираться на мнение своей дружины. Кроме того, власть князей по-прежнему огранивало Вече. Так, вече, по своему усмотрению, могло приглашать угодных горожанам князя, хотя выбор был ограничен династией Рюриковичей.

Татаро-монгольское нашествие и установившееся на Руси ордынское иго разрушило сложившуюся в прежние столетия систему власти и самоуправления. В большинстве городов Владимиро-суздальской земли вечевые институты полностью отмирают. За счёт ослабления народного представительства резко усиливается княжеское начало. Но и здесь происходят важные перемены. Как и прежде, на великокняжеский престол могли рассчитывать только представители династии Рюриковичей. Но теперь власть переходила не по устоявшимся прежде правилам наследования, а по произволу Орды. Теперь именно ордынские ханы по своему произволу могли жаловать русских князей ярлыками на княжение.

Процесс ликвидации власти Орды и воссоздания единого Русского государства завершился в середине XVI в. Созданием мощного Московского царства. Выступая против былой удельной раздробленности и боярской фронды центральная государственность власть в лице первого русского царя Ивана Грозного активно опиралась на инициативу низов. С целью её активизации Иваном IV и его правительством было проведено несколько важных реформ системы управления, результатом которых становится становление в России сословно-представительной монархии с сильными гражданскими институтами. В центре власть царя опиралась на Боярскую Думу, прообразом которой можно считать старшую дружину князей киевского периода. С 1549 г. Иван IV начинает собирать Советы всея Земли, вошедшие в историческую науку под названием Земских соборов, на которых решались особо важные вопросы государственного управления. От Веча древней Руси Земские соборы отличались, во-первых, своим общегосударственным характером, и, во-вторых, сословным представительством. Земские соборы и Боярская Дума могут рассматриваться как важный шаг России к парламентаризму, их деятельность свидетельствовала, что в своём демократическом развитии Московия опережала многие европейские государства. Поддержкой инициативы, идущей снизу, отличались и проводимые Иваном Грозным реформы местного самоуправления (губной и земской), в ходе которых был ограничен произвол боярства и местной бюрократии, усилилось влияние демократических элементов в органах власти.

Начало петербургского периода русской истории ознаменовалось провозглашением России Империей. В стране утверждается жёсткий режим абсолютистского самодержавия, пришедшего на смену сословно-представительной монархии. Деятельность и общественная роль демократических институтов были резко ограничены. Очередные реформы по развитию в стране демократических институтов предпринимаются уже в конце XVIII в. Екатериной II. Часть предпринятых императрицей шагов пришлись на первый период её царствования, когда она проводила политику, получившую название просвещённого абсолютизма. Оживление инициативы низов было одним из её важнейших составляющих. Так, в русле просвещённого абсолютизма Екатерина II созвала в 1767 г. в Московском Кремле т.н. Уложенную комиссию, целью которой было создать новый единый свод российских законов взамен давно устаревшему Соборному уложению 1649 г. В определённом смысле Уложенная комиссия может восприниматься как некое подобие Земских соборов Московского царства — в нём участвовали не только чиновники, но так же избранные представители различных сословий и некоторых нерусских народов Поволжья, Урала и Сибири. В 1785 г. была принята «Жалованная грамота городам», содержавшая основы реформы муниципального самоуправления.

Революция 1905 года побудила царя Николая II продолжить демократические реформы. Были легализованы политические партии и учреждён полноценный законодательный орган — Государственная дума. После падения самодержавия в конце февраля 1917 года страна стала сползать в анархию. Сторонники республики полагали, что её строительство следует начать с принятия конституции на Учредительном собрании, до созыва которого официальная власть перешла в руки Временного правительства. Из-за нерешительности Временного правительства усилилось влияние альтернативных выборных органов власти — Советов. Двоевластие закончилось переворотом в октябре 1917 года и установлением диктатуры.

Становление демократического государства в России

Становление демократии в России началось в октябре 1917 года. Революция создала противоречивую политическую систему, в своей основе самую демократическую. На разных этапах драматического развития страны демократическая тенденция то оживлялась, то ограничивалась, превращаясь в едва заметную, образно говоря, ничтожную пульсацию в виде политической активности части граждан, чаще всего мобилизованной. Одновременно те же социальные основы питали тенденцию утверждения и закрепления, развития и углубления диктатуры, строящейся на превращенном народовластии.

Реальность становления демократического государства оказалась существенно отличной от теоретических наметок марксистов-ленинцев. Народовластие, провозглашенное революцией, сформировалось в виде двуликого Януса: как формы демократической самостоятельности масс и такой структуры власти, которая опирается как бы на эту самостоятельность (прежде всего внизу, в первичных ячейках) и одновременно предполагает всесильного вождя, диктатуру партийно-государственной олигархии.

В реальности государственный социализм принес с собой демократические по своей природе органы власти – Советы. Деятельность последних по форме строилась при широком участии масс в управлении местными делами. Очень многие должности в Советах были выборные, включая, конечно, депутатов. Элемент видимости выборов, безусловно, присутствовал, поскольку избирателям предлагалась, как правило, одна кандидатура, рекомендованная партийным аппаратом. Тем не менее, отбиралась она из многих и тщательно с учетом в первую очередь политико-идеологических качеств. Разумеется, выборы без выбора кандидата самими избирателями с точки зрения идеала демократии были ущербными.

В жизни советских людей, трудовых коллективов, важную роль играли такие демократические формы общественного управления, как разного рода собрания, совещания, пленумы, съезды, конференции и т.д., призванные по идее обсуждать и решать важные вопросы управления и власти. Многие считают и считали такие «сборища» чистой фикцией, будто все дела решают отдельные лица, а остальные только голосуют. Вероятно, в чем-то они правы. Но иногда была и не так: бывали реальные обсуждения, споры и конфликты. “Собрания в коммунистическом обществе суть высшая форма демократии для индивидов, находящихся на низшей ступени социальной иерархии”. На уровне первичных коллективов население страны проявляло известную активность, а в лице своих партийных представителей оно принимало участие в обсуждении дел в участие в обсуждении дел в учреждении, осуществляло контроль за многими аспектами его деятельности”. Глобальное же огосударствление общества послужило основой превращения и Советов, и партийных, профсоюзных, и всех других общественных организаций по сути дела в структуры и орудия бюрократического централизованного государственного механизма, в элементы публичной власти. Общественно – политический характер власти на уровне первичных коллективов исчезал при переходе к вышестоящим уровням политической системы. Относительная самостоятельность государственно-политической власти гипертрофировалась. Естественное взаимодействие имманентных демократическому строю противоположностей публичной и общественной властей, единства и разделения власти, ее централизации, единоначалия и коллегиальности и др. оказалось нарушенным; абсолютизировалась роль партийно-государственной публичной власти. По сути, партийная власть была модифицирована в разновидность публичной административно-бюрократической, в которой размещалась высшая партийная олигархия.

Демократия в современной России

Современным российским реформам – больше двадцати лет. Вместе с горбачевской перестройкой "возраст" преобразований перевалил за два десятилетия. И чем больше времени проходит, тем все более очевидным становится, что самым важным и одновременно самым сложным направлением изменений государственной и общественной жизни является политическая реформа. Пройдя через хаотические метания и период стабилизации, государство и общество стоят перед проблемой определения стратегии и направлений дальнейшего развития российской демократии.

Споры по этому поводу в отечественной истории идут не впервые, напротив, это своеобразная российская традиция. Каждый переломный период приводил к глубокому анализу путей развития страны, в ходе которого предлагались различные идеологические схемы и концепции.

Характерно, что как ранее, так и теперь дискуссия идет преимущественно не между сторонниками и противниками демократии. Предмет споров - выбор такой модели демократии, которая бы наиболее оптимально отражала реалии российской действительности, консолидировала бы общество.

Более того, в современной политической ситуации откровенные противники демократии в России находятся в явном меньшинстве, на обочине отечественного политического процесса. За развитие демократии в стране ратуют президент и федеральное правительство, обе палаты парламента, подавляющее большинство политических партий и общественных объединений, религиозные организации, средства массовой информации, региональные и местные власти. И вместе с тем палитра мнений относительно перспектив демократического строительства в стране достаточно разнообразна, что делает дискуссию особенно оживленной и важной.

Анализировать незавершенные процессы относительно современного этапа развития России непросто, для этого нужно время, ситуация должна устояться, должны сформироваться оценки пройденного пути. Каково же реальное состояние демократии в России?

Россия скатывается к авторитаризму - об этом все назойливее твердят "доброжелатели" России по обеим сторонам Атлантики. И отдельные лица, и большие организации ведут счет российским прегрешениям против демократии.

Самостоятельность, которую Россия все ярче проявляет в международных делах, естественна для ее нынешнего геополитического положения. Преодолев в основном внутренний кризис, наша страна стремится вернуть себе утраченные позиции на международной арене, стать равноправным членом сообщества демократических государств. На этом фоне обвинения России в антидемократизме являются не чем иным, как отражением беспокойства некоторых влиятельных кругов на Западе относительно этой новой политики России, формой борьбы с ней. Таковы законы большой политики.

Задача российского политического класса и общественного мнения - не оправдываться перед кем-то, а спокойно прорабатывать приоритеты дальнейшего развития. А для этого чрезвычайно важно определиться в базовых понятиях. Прежде всего, речь идет о смысле самого определения "демократия".

Как любое общественное устройство, демократия представляет собой сплав теории и практики. Современная политическая наука выделяет такие классические демократические принципы, как свободные выборы и демократические свободы, парламентаризм и разделение властей, многопартийность и уважение прав оппозиции.

Однако, говоря о будущем российской демократии, необходимо ответить и на вопрос: а существует ли идеальная практика реализации этих принципов, условно говоря - типовая модель демократии? Ведь известно, что мыслить и действовать по заранее разработанной схеме, намного проще. Однако даже в областях, далеких от идеологии и политики, это удается далеко не всегда.

В реальной жизни ее принципы, безусловно, относятся к числу общечеловеческих достижений, а практика, исходя из условий реализации, исключительно разнообразна.

Со времени выхода книги Алексиса де Токвиля "О демократии в Америке" пристальное внимание уделяется изучению заокеанской модели политического устройства. До сих пор многие ученые по-прежнему выделяют особенности демократического устройства Старого и Нового Света. Ведь что бы ни говорили, строить демократию в США, как говорится, с чистого листа было в чем-то проще. Причем сам Токвиль, говоря о достижениях американской демократии, подчеркивал: "Я далек от мысли, что мы должны следовать примеру американской демократии и копировать средства, которыми она воспользовалась для достижения своей цели. Мне хорошо известно, как сильно влияет на политическое устройство страны ее природа и история, и я считал бы великим несчастьем для человечества повсеместное однообразие форм свободы".

В то же время демократия - стремительно развивающийся институт. Как-то забылось, что всеобщее избирательное право было распространено на женщин совсем недавно - в XX веке. Еще позднее к участию в выборах различного уровня стали допускаться иностранные граждане, а из Скандинавии в мировой демократической практике закрепился институт омбудсменов.

Кроме того, практика реализации демократических принципов сторонниками различных политических течений в отдельных государствах привнесла в нашу жизнь и расширенную терминологию применительно к демократии, которая отражает те или иные специфичные черты ее реализации. Сегодня на слуху такие понятия, как либеральная и социальная демократия, англосаксонская, французская, германская и другие ее модели. Причем уровень развития национальных моделей демократии, как и суверенный рейтинг государств, определяет их место и роль в современной системе международных политических и экономических отношений.