Психологическая теория права

Основные данные о работе

Содержание

Основная часть

Более ста лет назад  в России началось становление психологической  теории права. Наибольший вклад в  ее развитие внес юрист и социолог Леон Иосифович Петражицкий (1867 - 1931). Он подробно изложил теорию влияния  психики на развитие этических и  правовых норм.

Для познания права, считал Петражицкий, необходимы методология  познания и приемы изучения, а построение теорий должно подтверждаться фактами, между которыми имеется логическая связь.

Как и многие другие исследователи, ученый отмечал, что юристы еще не выработали общезначимого определения права. Он считал, что есть три элемента для решения вопроса о существе права: 1) наши внутренние психологические акты, так как право есть явление духовного мира, психологическое явление, явление нашей души; 2) поведение человека (телодвижения), так как "наши внутренние, психологические акты (например, гнев, радость, желание) бывают причиною разных телодвижений (или воздержания от них)". Исходя из этого, Петражицкий делал вывод, что люди, слушая или читая чужую речь, наблюдая за чужими действиями, могут познавать психическое явление в душе других людей; 3) всякого рода сообщения, исторические памятники и проч.

Петражицкий исходил из мысли о  праве как психическом феномене. В основу своей правовой концепции  Л.И. Петражицкий положил понятие эмоции. Он определил эмоцию как специфический, нерасторжимый процесс возбуждения-торможения в человеческом организме, возникающий при взаимодействии людей по поводу духовных и материальных благ. Эта исходная идея была затем развернута в целостную, подробно проработанную теорию, в которой такие юридические понятия, как "норма права", "структура права", "субъекты права", "правоотношения", "юридические факты", получили нетрадиционное освещение благодаря новым категориям.

Петражицкий исходил из того, что право коренится в психике индивида. Юрист поступит ошибочно, утверждал он, если станет отыскивать правовой феномен "где-то в пространстве над или между людьми, в "социальной среде" и т.п., между тем как этот феномен происходит у него самого, в голове, в его же психике, и только там". Интерпретация права с позиции психологии индивида, считал Петражицкий, позволяет поставить юридическую науку на почву достоверных знаний, полученных путем самонаблюдения (методом интроспекции) либо наблюдений за поступками других лиц.

 Источником права, по убеждению  теоретика, выступают эмоции человека. Свою концепцию Петражицкий называл  "эмоциональной теорией" и  противопоставлял ее иным психологическим  трактовкам права, исходившим  из таких понятий, как воля  или коллективные переживания в сознании индивидов.

 Эмоции служат главным побудительным  ("моторным") элементом психики.  Именно они заставляют людей  совершать поступки. Петражицкий  различал два вида эмоций, определяющих  отношения между людьми: моральные  и правовые. Моральные эмоции являются односторонними и связанными с осознанием человеком своей обязанности, или долга. Нормы морали - это внутренние императивы. Если мы подаем из чувства долга милостыню, приводил пример Петражицкий, то у нас не возникает представлений, что нищий вправе требовать какие-то деньги. Совершенно иное дело - правовые эмоции. Чувство долга (обязанности) сопровождается в них представлением о правомочиях других лиц, и наоборот. "Наше право есть не что иное, как закрепленный за нами, принадлежащий нам как наше добро долг другого лица". Правовые эмоции являются двусторонними, а возникающие из них правовые нормы носят атрибутивно-императивный (предоставительно- обязывающий) характер.

 Теория Петражицкого безгранично  расширяла понятие права. Он  считал правовыми любые эмоциональные переживания, связанные с представлениями о взаимных правах и обязанностях. Петражицкий относил к правовым нормам правила различных игр, в том числе детских, правила вежливости, этикета и т.п. В его сочинениях специально оговаривалось, что правовые нормы создаются не путем согласования эмоций участников общественных отношений, а каждым индивидом в отдельности: "Переживания, которые имеются в психике лишь одного индивида и не встречают признания со стороны других, не перестают быть правом". На этом основании Петражицкий допускал существование правовых отношений с неодушевленными предметами, животными и нереальными субъектами, такими, как бог или дьявол.

 Приведенные высказывания вызвали  резкую критику в отечественной  литературе. Юристы нередко обращали внимание на абсурдность отдельных положений Петражицкого, не замечая, что за ними стоит теоретическая проблема. Петражицкий стремился найти универсальную формулу права, которая охватывала бы различные типы правопонимания, известные истории (включая договоры с богом и дьяволом в правовых системах прошлого). Его концепция явилась одной из первых попыток, теоретически во многом незрелой, проследить формирование юридических норм в правосознании.

 Многочисленные правовые нормы, создаваемые индивидами, неизбежно вступают в противоречия друг с другом, указывал Петражицкий. На ранних этапах истории способом их обеспечения выступало самоуправство, т.е. защита нарушенного права самим индивидом или группой близких ему лиц. С развитием культуры правовая защита и репрессия упорядочиваются: возникает система фиксированных юридических норм в форме обычаев и законов, появляются учреждения общественной власти (суд, органы исполнения наказаний и т.п.). Монополизируя функции принуждения, государственная власть способствует "определенности права".

 Развитие обычаев  и законодательства вместе с  тем не вытесняет полностью  индивидуальные правовые переживания,  утверждал Петражицкий. В современных  государствах наряду с официально признанным правом существует, по его мнению, множество систем интуитивного права, как, например, право зажиточных слоев, мещанское право, крестьянское, пролетарское, право преступных организаций. Психологическая теория в этом отношении приближалась к идеям правового плюрализма, однако право социальных классов и групп в ней было истолковано индивидуалистически. "Интуитивных прав столько, сколько индивидов",- подчеркивал Петражицкий.

 Соотношение интуитивного  и официального права, по теории  Петражицкого, в каждой стране зависит от уровня развития культуры, состояния народной психики. Россия является "царством интуитивного права по преимуществу". В ее состав входят народы, стоящие на разных ступенях развития, с множеством национальных правовых систем и религий. К тому же, полагал ученый, российское законодательство находится в неудовлетворительном состоянии, а его применение сплошь и рядом подменяется официальным действием интуитивно-правовых убеждений. Петражицкий ратовал за проведение в стране унификации позитивного права, создание полного свода российских законов. Передовое законодательство, по его словам, ускоряет развитие менее культурных слоев общества.

 Одновременно Петражицкий  подчеркивал недопустимость возведения  интуитивного права даже наиболее  образованных социальных классов в масштаб для оценки действующих законов. Реформы законодательства, как полагал он, необходимо проводить на основе научных знаний. В связи с этим им выдвигался проект создания особой научной дисциплины - политики права. С точки зрения Петражицкого, философия права распадается на две самостоятельные науки: теорию права и политику права. Теория права должна стать позитивной наукой, без каких-либо элементов идеализма и метафизики. Политика права как прикладная дисциплина призвана соединить позитивные знания о праве с общественным идеалом, т.е. представить научное решение проблемы, составлявшей содержание прежних естественно-правовых учений.

 Петражицкий не  оставил подробных рекомендаций  относительно практического осуществления  политики права. Свою задачу он видел в том, чтобы наметить отправные принципы новой юридической науки, обосновать ее необходимость. Вполне ясно ему было одно: главенствующее положение в правовой политике государства должны занимать не принудительные меры, а механизмы воспитательного и мотивационного воздействия на поведение людей. Лишь с помощью таких механизмов официальное право способно направить развитие народной психики к общему благу.

 Общественно-политические  идеалы Петражицкого были близки  к этическому социализму, получившему распространение в России на рубеже XIX-XX вв. Для современной эпохи, отмечал он, характерны процессы "социализации производства", замены "деспотического режима системой государственного и общинного самоуправления". В будущем право изживет себя и уступит место нормам нравственного поведения. "Вообще право существует из-за невоспитанности, дефектности человеческой психики, и его задача состоит в том, чтобы сделать себя лишним и быть упраздненным".

 Учение Петражицкого  пользовалось большой популярностью среди сторонников партии кадетов. Под влиянием его идей происходило формирование взглядов многих представителей немарксистского социализма в России того времени (Г.Д. Гурвич, П.А. Сорокин и др.). Сближению психологической концепции права с марксизмом способствовал М.А. Рейснер, один из первых советских правоведов. Восприятие марксистами учения Петражицкого о воспитательной роли права облегчалось тем, что в документах российской социал-демократии и в Конституции РСФСР 1918 г. социализм определялся как безгосударственный строй (с утверждением сталинизма и теории советского социалистического государства последователи Рейснера были подвергнуты идеологическому шельмованию за пропаганду надклассовой этики).

 Правовая доктрина  Петражицкого привлекла внимание социологов к проблемам нормативной природы и структуры правосознания, стимулировала исследования в области юридической психологии.

Таким образом, главным  достижением Л.И. Петражицкого стала  разработка психологической теории этических явлений, которые, в свою очередь, подразделяются им на право и нравственность. Это означает, что право рассматривается им в качестве этического феномена, а не в качестве принудительной силы, господствующей над сопротивляющимся индивидом. Л.И. Петражицкий показал, что право в своей позитивной форме не может существовать без соответствующего интуитивно-правового фундамента, благодаря которому формируется ценностная архитектоника человеческой культуры в целом.

Приложение