Особенности Конституций республик в составе Российской Федерации

Правотворческая деятельность органов власти в республиках РФ

Говоря о правотворческой деятельности органов государственной власти, конституции республик в составе Российской Федерации не всегда достаточно четко выделяют формообразовательные аспекты этой деятельности. Формулируется, например, что орган законодательной власти «принимает законы и иные нормативные акты» (ст. 73 Конституции Республики Коми). Учитывая регулятивную значимость нормативных правовых актов, такая лаконичная конституционная формула вряд ли оправдана. Более конкретной является формула: «принимает законы и постановления» (например, ст. 87 Конституции Республики Бурятия). Согласно Конституции Республики Карелия (ст. 54) Законодательное Собрание по вопросам, отнесенным к ведению Республики, принимает законы, постановления, заявления, обращения, декларации; правильнее было бы указать, какие из перечисленных актов, наряду с законом, являются нормативными. Имеются в республиканских конституциях формулировки о «верховенстве закона», однако о каком именно законе идет речь, не уточняется (например, ст. 11 Конституции Республики Бурятия).

Определяя правотворческие полномочия республиканского президента, республиканские конституции зачастую повторяют формулу, содержащуюся в федеральной Конституции: «издает указы и распоряжения», не раскрывая вопроса о нормативности названных актов. Согласно Конституции Республики Бурятия президент Республики «в пределах своих полномочий, на основе и во исполнение действующего законодательства издает указы, постановления и распоряжения, имеющие обязательную силу на всей территории Республики Бурятия» (ст. 75). Возникают вопросы, какие из перечисленных актов являются (могут быть) нормативными? Или же это акты ненормативного характера? На основе и во исполнение какого законодательства они издаются - федерального или республиканского?

Обязанность граждан республик в составе Российской Федерации

В обязанность граждан республик в составе Российской Федерации вменяется соблюдать республиканскую конституцию, другие законы республики, в которой они проживают (см., например, ст. 52 Конституции Республики Татарстан, ст. 8 Конституции Республики Ингушетия, ст. 7 Конституции Республики Коми). Об обязанности соблюдать федеральную Конституцию умалчивается, хотя в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 2 ст. 15) все граждане Федерации, в какой бы республике они ни проживали, обязаны соблюдать федеральную Конституцию. Конституция Республики Дагестан обязывает граждан «соблюдать Конституцию, законы и основанные на них нормативные акты...» (ст. 55). О какой Конституции, каких законах идет речь, из текста республиканской конституции неясно.

Имеются в республиканских конституциях нормативы, направленные против присвоения или захвата государственной власти, властных полномочий (см., например, ст. 4 Конституции Республики Ингушетия, ч. 4 ст. 3 Конституции Республики Северная Осетия - Алания, ч. 3 ст. 2 Конституции Республики Адыгея), однако содержание указанных понятий («присвоение» и «захват» государственной власти) не конкретизировано и, следовательно, может быть истолковано по-разному (присвоить - самовольно сделать что-либо своим; захватить - насильственно присвоить что-либо).

«Граждане Республики Татарстан, - гласит ст. 41 Конституции Татарстана, - имеют право на собственность и ее наследование». О какой форме собственности идет речь, неясно. Более правильно поступают республики, которые в своих конституциях, говоря о собственности, перечисляют ее виды (формы). «В Республике Адыгея, - формулируется, например, в Конституции Республики Адыгея, - признаются и защищаются равным образом государственная, муниципальная, частная, общественная и иные формы собственности» (ст. 13). Требования диалектики законотворческого процесса таковы, что нормативно-правовые предписания должны быть настолько абстрактными, чтобы быть достаточно конкретными.

 «Граждане Республики Татарстан, - предписывает Конституция Татарстана, - обязаны нести воинскую службу в соответствий с законом» (ст- 58). В соответствии с каким законом - федеральным или рес-дубликанским? Аналогичный вопрос вызывают подобные формулировки в других республиканских конституциях (например, ст. 59 Конституции Республики Дагестан. «Несение военной службы, освобождение от нее, а также замена военной службы выполнением альтернативных обязанностей определяются законом»).

Права и свободы граждан.

В республиканских конституциях допускаются изменения конституционного статуса республики, ее территории посредством референдума. Например, согласно Конституции Республики Бурятия (ч. 4 ст. 60) такое решение считается принятым, если за него проголосовало более половины граждан Республики, в том числе более половины граждан бурятской национальности, принимавших участие в референдуме. Верно подмечено, что хотя референдум - это наиболее демократическая форма решения важнейших конституционных вопросов, вряд ли правомерно признавать условием легитимности референдума участие в нем более половины граждан коренной национальности. Это нарушает федеральный конституционный принцип равноправия граждан независимо от их национальности в управлении делами государства, общества1.

В ряде республиканских конституций говорится о праве граждан собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги, пикетирование, уличные шествия и демонстрации, что выступает порой как форма общественного протеста. Однако само право на общественный протест в республиканских конституциях, как и в федеральной Конституции, отсутствует, что создает определенные предпосылки для произвольного усмотрения, своеволия со стороны правоохранительных органов государственной власти. В качестве конституционного принципа целесообразно было бы установить, что акты общественного протеста, не нарушающие конституционный порядок, юридическим ретрибуциям не подлежат. Конституционно должно быть гарантировано, что недопустимы какие-либо ретрибуции по политическим мотивам.

Много внимания уделяется в республиканских конституциях правам и свободам граждан, перечисление которых повторяет положения, содержащиеся в Конституции Российской Федерации (глава 2). В тексте конституций обычно говорится о правах и свободах «человека и гражданина». Думается, более правильно поступают республики, которые

оперируют в своих конституциях понятием «правовой статус личности». Например, раздел II Конституции Республики Адыгея так и озаглавлен: «Правовой статус личности». Человек - это антропологическое понятие' . Гражданство - это правовая принадлежность конкретного человека (лица) к тому или иному государству. Понятие личности характеризует человека как общественное существо, поэтому оно и является центральным понятием права, хотя и не имеет до сих пор достаточно полной правовой дефиниции.

Ни одной конституции еще не удавалось закрепить правовой статус личности во всем его объеме. Динамика и сложность общественных отношений таковы, что практически это невозможно сделать. Поэтому в конституциях закрепляются, как правило, основополагающие принципы правового статуса личности, основные права и обязанности граждан. Учитывая данное обстоятельство, конституции республик в составе Российской Федерации иногда особо оговаривают, что перечень прав и свобод, содержащийся в данной конституции, «не является исчерпывающим» (см., например, ст. 16 Конституции Республики Карелия). Как представляется, в республиканских конституциях вообще не нужен этот перечень, повторяющий, как было отмечено выше, основные положения федеральной Конституции. Вполне достаточно было бы констатировать, что в республике признаются и соответствующим образом гарантируются права и свободы граждан (личности), установленные Конституцией Российской Федерации, а также нормами международного права.

Заключение.

Известна важность правовых процедур при непосредственном осуществлении государственной власти. Существует понятие «процедурные правовые нормы». Представляется, что некоторые республиканские конституции перегружены подобными нормативами. Правильно, когда в конституциях определяются, например, сроки созыва законодательного органа государственной власти, условия его правомочности, общий порядок принятия законодательных актов и др. Однако вряд ли оправдано в самой Конституции подробно определять порядок деятельности законодательного органа, устанавливать, кто вправе участвовать в его заседаниях, круг полномочий председательствующего, порядок обсуждения и принятия правовых решений и т. д. Это должно быть соответствующим образом урегулировано в регламенте, то есть нормативном правовом акте, который обычно принимается или утверждается законодательным органом государственной власти в форме закона и определяет внутреннюю   организационную   структуру   законодательного   органа (парламента), порядок его деятельности.

Список литературы:

1. Тихомиров ЮЛ. О конституционных противоречиях и конфликтах // Конституционный Вестник. 1993. № 15. 
2. Михалева НА. Конституционные реформы в республиках - субъектах Российской Федерации // Государство и право. 1995. № 4. С. 5.
3. Рогинский Я.Я., Левин М.Г. Основы атропологии. М., 1955.