Гармонизация в результате национальной правовой реформы

Оглавление

 

стр.

 

Введение

 

Актуальность темы исследования. Разные гражданские процессуальные системы нашего современного мира показывают значительные различия между ними. Одно из объяснений этому можно найти в исторических различиях к гражданскому судопроизводству в обычном праве и семействах романо-германского права гражданского процесса1.

Однако это объяснение сейчас больше не актуально, так как даже в пределах двух разных систем романо-германского гражданского процесса различия иногда более существенны. Первый спикер на этой конференции, хотя и в пределах другого контекста, даже заявил, что из-за этого дихотомия между романо-германским правом и обычным правом, возможно, потеряла большую часть своей значимости2.

Правдивость этого утверждения может демонстрироваться в сравнении Англии и США. Если сравнить современный английский гражданский процесс с процессом в различных континентальных европейских юрисдикциях, оказывается, что, например, как и в Англии, в большей части континента судья стал активным менеджером дела в порядке гражданского судопроизводства, хотя в Англии главным образом рассматривает формальные аспекты судебного процесса3. В связи с этим Англия отошла от традиционного подхода общего права в направлении европейского континентального права4.

Кроме того, разные системы континентального гражданского процесса продолжают демонстрировать интерес к английскому процедурному устройству и правилам: например, английский стиль документального открытия (обнародования) доказательств.

В настоящей работе я остановлюсь на особенностях и перспективах гармонизации гражданского процессуального права в будущем.

В работе я остановлюсь на трех типах гармонизации:

1) гармонизация в результате  реформы национального законодательства;

2) гармонизация в результате  конкуренции между процессуальными  системами;

3) гармонизация в результате  международных проектов гармонизации.

 

1. Гармонизация в результате национальной правовой реформы

 

Сравнительный гражданский процесс - явно или неявно - имеет с незапамятных времен качество своеобразного инструмента, когда благодаря ему делаются попытки реформ национального процессуального права. Такой подход может быть мудр, поскольку зарубежный опыт может дать информацию о функционировании конкретных процессуальных правил на практике. Одним из первых примеров являются Нидерланды XV и XVI вв., где явное законодательное внимание уделялось франко-бургундскому процессуальному праву, что привело к значительному соответствию с этой системой.

Отношения между системами нуждаются в реформировании, и иностранные юридические системы, как правило, становятся результатом тесного взаимодействия не только в процессуальном праве, но и с точки зрения права в целом, экономики, политики и культуры. Нидерланды в XV в., например, были тесно связаны с франко-бургундской монаршей семьей (бургундские князья были правящей семьей в Нидерландах и младшей ветвью французского королевского дома Валуа). Французское влияние продолжалось и в XVI в. в соответствии с правилами семьи Габсбургов. Это же характерно и для XIX в. для Нидерландов и Бельгии. Аннексия этих территорий Франции привела к введению французского законодательства. Это право не было отменено после поражения Наполеона Бонапарта. С юридической точки зрения (прежде всего поражение французского императора в Лейпциге), а также с политической и экономической точек зрения Нидерланды и Бельгия были интегрированы в правовую систему Франции, и все это, особенно в Бельгии, было подкреплено французской культурной и языковой ориентацией элиты в течение XIX и большей части XX в. Следовательно, для Бельгии вполне естественно было ориентироваться на французское процессуальное законодательство.

Существующая правовая, экономическая, политическая и в определенной степени культурная интеграция государств - членов Европейского союза может служить сильным стимулом для «спонтанной» гармонизации или по крайней мере к сближению гражданской процессуальной системы в Европе. Примером спонтанного сближения, которое может наблюдаться в Европе, является увеличение полномочий судьи в ряде европейских юрисдикций, включая Англию (по состоянию на 1999 г.). Хотя эта разработка началась в конце XIX в. в Австрии, не исключено, что европейская интеграция является одним из факторов, которые стимулируют его принятие в растущем числе стран - членов ЕС. В конце концов, особенно в последнее десятилетие, когда европейская интеграция стала более интенсивной, введение делопроизводства в полномочия судьи происходит с растущим темпом, особенно в Западной Европе.

Пример спонтанной гармонизации в области судебного управления показывает, что такого рода гармонизация не ограничивается незначительными вопросами в процедурном поле, она может также влиять на важные аспекты существующих гражданских процессуальных систем в современном мире. В конце концов, в начале XIX в. идея ясно выражена в весьма влиятельном гражданском процессуальном кодексе Франции 1806 г.: гражданское судопроизводство является частным делом и представляет интерес только для сторон судебного процесса; первоначально это было одним из краеугольных камней европейских правовых систем5. Новая перспектива была принята во многих европейских государствах, вначале только в Германии (особенно с 1920 г.), а во второй половине XX в. и во многих других юрисдикциях.

В связи с увеличением темпов интернационализации и глобализации правовая, экономическая, политическая и/или культурная интеграция в различных частях мира приведет к еще большей гармонизации в гражданском процессе.

 

 

 

 

 

2. Гармонизация в результате конкуренции между процессуальными системами

 

В настоящей части работы я остановлюсь на гармонизации гражданского процессуального права в качестве побочного эффекта конкурентоспособности гражданского судопроизводства. Хотя это не может быть основной целью реформаторов в современном мире, но эта ситуация изменится в будущем по причинам, указанным ниже. Прежде чем заглянуть в будущее, я хотел бы взглянуть на прошлое и обобщить историю успеха средневековой романо-канонической процедуры, которая лежит в основе различных систем гражданского процессуального права на Европейском континенте. На мой взгляд, конкуренция между процессуальными системами в средневековом мире объясняет этот успех; и следовательно, это хороший пример гармонизации процедурных моделей как побочный эффект конкуренции.

Романо-каноническая процедура была разработана в контексте средневековой церкви, и ее распространение в светские суды может, по крайней мере частично, объяснить ее привлекательность для сторон в процессе. Гораздо раньше, чем средневековые светские суды, средневековые церковные суды знали письменную форму, которая была направлена на выявление истины путем рациональной системы доказательств. Эта система доказательств не апеллирует к сверхъестественным силам, как это делала старая система путем ордалий (акцент был на документы), и, например, допрос свидетелей начал играть важную роль. Это увеличило предсказуемость в исходе дел, и, как результат, многие тяжущиеся, как правило, предпочитали светскому судебному процессу церковный суд.

В нашем современном мире, и особенно в национальном контексте, конкуренция между судами на основании процедурных правил практически исчезла. Это связано с введением в большинстве государств общегосударственного единообразного процессуального права. Тем не менее это не означает, что государственные суды не должны бояться конкуренции. В конце концов, несмотря на то что в странах устанавливаются единые модели гражданского процесса, все еще существует конкуренция между способами разрешения споров: стороны могут обратиться в государственный суд, арбитраж, иностранные суды и в иные учреждения. Таким образом, они косвенно выбирают применимые нормы процессуального права, а в исследовании Вогнаура и Ходжеса показано, что в вопросе выбора процессуального права важно учитывать мнение бизнеса. Государства, которые считают для себя важным привлечь к себе международные судебные процессы, должны рассмотреть вопрос о целесообразности их процессуального права - позитивно или негативно отношение к нему. Сравнительный гражданский процесс имеет важное значение для этих государств, поскольку сравнение национальных процедурных моделей с иностранными процедурными режимами является необходимым для оценки сильных и слабых сторон конкретных процессуальных систем в международном контексте.

Государства могут быть заинтересованы в привлечении судебных дел по различным причинам. Одной из причин может быть то, что они хотят рассматривать дела, которые в той или иной форме связаны с их собственной юрисдикцией. Другая причина может быть связана с привлечением бизнеса. Предпочтение международным бизнес-сообществом судов того или иного государства является показателем того, что оно видит это государство как привлекательное место не только с точки зрения судебного процесса, но и с точки зрения ведения бизнеса.

Ранний пример тенденции к гибкости в отношении процедурных правил можно наблюдать в северных странах. По словам Лоры Эрво, в этих странах «государство делегирует больше и больше свободы сторонам по вопросам действия». Основываясь на трудах проф. Линдблома, она отмечает, что «в Швеции у сторон уже есть довольно много свободы, чтобы решить процессуальные вопросы, и, например, возможность выбора письменных или устных материалов к той или иной процедуре».

Одной из основных причин растущего интереса к сравнительному гражданскому процессу являются попытки гармонизации гражданского процессуального права в различных частях мира или даже в глобальном масштабе. Две такие попытки гармонизации принципов транснационального гражданского процессуального права неизменно упоминаются в сравнительном исследовании доклада Сторм и американского института права. Доклад Сторм является результатом развития гармонизации в европейском масштабе, в то время как принципы транснационального гражданского процесса являются результатом аналогичных разработок в области коммерческих споров в мировом масштабе.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3. Гармонизация в европейском масштабе

 

Гармонизация и унификация гражданского процессуального права могут потребоваться по разным причинам. Наряду с законодательно установленным порядком подачи жалобы в суд специальной юрисдикции (например, когда дело касается недвижимого имущества) выбор суда может оказаться невозможным по финансовым причинам. В экономической сфере в Европейском союзе это может создать проблемы с точки зрения четырех свобод (свободное передвижение людей, товаров, капиталов и услуг). Граждане могут, например, решить воздержаться от покупки некоторых товаров за пределами своей юрисдикции в силу обстоятельств, когда судебный процесс может стать необходимым. Хотя влияние различий в процессуальном законодательстве в этой конкретной области может быть ограничено, они тем не менее способствуют фрагментированию рынка, а не созданию единого внутреннего рынка, что является целью европейского сотрудничества. Кроме того, результатом этого являются различия в отношении доступа к правосудию, который в рамках Европейского союза или в более широком контексте Совета Европы нежелателен.

Для начала рассмотрим в рамках Совета Европы: из-за ст. 6 Европейской конвенции по правам человека (что сопоставимо со ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и (ст. 47) Хартии основных прав Европейского союза), и особенно из прецедентного права Европейского суда по правам человека, государства - члены Совета Европы должны гарантировать соблюдение ряда фундаментальных процессуальных гарантий в области уголовного и гражданского судопроизводства. Прецедентное право Европейского суда по правам человека (ст. 6) играет важную роль в установлении минимальных требований каждого национального процессуального режима. На основе этого прецедентного права ст. 6 предусматривает следующие гарантии:

1. Доступа к правосудию.

2. Права на справедливое  судебное разбирательство, которое включает:

a) право на состязательность  судопроизводства;

b) право на равенство  сторон;

c) право присутствовать  на суде;

d) право на устное слушание;

e) право на справедливое  представление доказательств;

f) право на обоснованное  решение.

3. Публичных слушаний, в  том числе публичного оглашения  судебного решения.

4. Разбирательства дела  в разумный срок.

5. Слушания дела независимым  и беспристрастным судом, созданным  по закону.

Хотя ст. 6 не обязательно приведет к объединению с точки зрения процессуальных норм в строгом смысле этого слова, некоторые «аппроксимирующие» эффекты из основополагающих принципов ст. 6 были осуществлены в течение последних десятилетий; например, это касается юридической помощи или других подобных мер, расширения доступа к правосудию, разумных сроков, роста устного элемента в гражданском процессе и допустимости сторон в качестве свидетелей. Эти эффекты являются важными в контексте Европейского союза, так как все государства-члены - участники ЕКПЧ, а эта Конвенция является частью законодательства ЕС, что также отражено в ст. 47 Хартии основных прав Европейского союза.

В рамках Европейского союза ст. 81 Договора о функционировании Европейского союза (бывшая ст. 65 Договора об учреждении Европейского сообщества), введенного Лиссабонским договором в 2009 г., имеет первостепенное значение с точки зрения гражданского процессуального права. В нем говорится, что:

«1. Союз развивает судебное сотрудничество по гражданским делам с трансграничными последствиями, которое основано на принципе взаимного признания судебных и внесудебных решений. Данное сотрудничество может включать в себя принятие мер по сближению законодательных и регламентарных положений государств-членов.

2. В целях параграфа 1, особенно когда это необходимо для нормального функционирования внутреннего рынка, Европейский парламент и Совет, постановляя в соответствии с обычной законодательной процедурой, принимают меры, призванные обеспечить: