Защитные механизмы личности

Психологическая защита. Защитные механизмы личности

План

1. Роль психологических  защит

2. Ранние психологические  защиты

3. Защитные механизмы  личности

1. Роль психологических  защит

Защиты - это способы, которыми личность защищает себя от внутренних и внешних напряжений. Защита избегает реальности, исключает реальность, переопределяет реальность или обращает реальность, уводит от реальности. В  каждом случае энергия либидо, необходимая  для поддержания защиты, существенно  ограничивает подвижность и силу Эго. «Они (защиты) связывают психическую  энергию, которая могла бы быть использована в более полезных деятельностях  Эго. Когда защита становится очень  влиятельной, она начинает преобладать  в Эго и уменьшает его подвижность  и способность к адаптации. Если защита не может удержаться, Эго  не имеет точки отступления и  опоры, и оказывается захваченным  тревожностью» (3. Фрейд).

Временами человек испытывает чувство тревоги или страха. При  эмоциональном стрессе у многих появляются физические симптомы. И  почти у каждого есть какие-нибудь эксцентричные особенности, манеры, способы действия или идеи, которые  большинству кажутся «ненормальными». Возможно, не найдется человека, у которого не было бы трудностей или отклонений от «нормы» в сексуальной жизни.

Главная функция некоторых  из этих механизмов - поддерживать наше душевное равновесие. Присутствие других всегда является признаком заболевания. Большинство из них могут проявляться  и в том, и в другом случае. Все  они срабатывают автоматически, то есть без нашего ведома и какого-либо сознательного усилия или намерения. Начиная с раннего детства, и  в течении всей жизни, в психике  человека возникают и развиваются  механизмы, называемые психологические  защиты, защитные механизмы психики, защитные механизмы личности. Эти  механизмы как бы предохраняют осознание  личностью различного рода отрицательных  эмоциональных переживаний и  перцепций, способствуют сохранению психологической, стабильности, разрешению внутриличностных конфликтов и протекают на бессознательном  и подсознательном психологических  уровнях.

С помощью защитных механизмов личность бессознательно оберегает  свою психику от травм, которые могут  причинить ей реальные жизненные  ситуации, грозящие разрушить Я-концепцию  личности. Но вместе с тем эти  механизмы мешают человеку осознавать свои заблуждения относительно собственных  черт характера и мотивов поведения, что зачастую затрудняет эффективное  разрешение личных проблем.

Впервые эти понятия были введены в психологию известным  австрийским психологом Зигмундом  Фрейдом в 1894 году. Уже в ранних работах Фрейд указывал на то, что  прототипом психологической защиты является механизм вытеснения, конечной целью которого является избегание  неудовольствия, всех негативных аффектов, которые сопровождают внутренние психические  конфликты между влечениями бессознательного и теми структурами, которые отвечают за регуляцию поведения личности. Наряду с редукцией отрицательных  аффектов происходит вытеснение содержания этих аффектов, тех реальных сцен, мыслей, представлений, фантазий, которые предшествовали появлению аффектов.

Анна Фрейд однозначно обозначила тот аффект, который включает работы защитных механизмов - это страх, тревога. Она указала на три источника  тревоги. Во-первых, это тревога, страх  перед разрушительными и безоговорочными  притязаниями инстинктов бессознательного, которые руководствуются только принципом удовольствия (страх перед  Оно). Во-вторых, это тревожные и  невыносимые состояния, вызванные  чувством вины и стыда, разъедающими угрызениями совести (страх Я  перед Сверх-Я). В-третьих, это страх  перед требованиями реальности (страх  Я перед реальностью).

Анализ работ своего отца, а также собственный психоаналитический опыт привели Анну Фрейд к выводу, что использование защиты конфликт не снимает, страхи сохраняются и  велика вероятность появления болезни. Анна Фрейд перечисляет следующие  защитные механизмы: вытеснение, регрессия, реактивное образование, изоляция, отмена бывшего некогда, проекция, интроекция, обращение на себя, обращение в  свою противоположность, сублимация. Существуют и другие приемы защиты. В этой связи  она называла также отрицание  посредством фантазирования, идеализацию, идентификацию с агрессором и  пр.

Один из ярких представителей эго-психологии Х.Хартманн высказал мысль  о том, что защитные механизмы  Я могут одновременно служить  как для контроля над влечениями, так и для приспособления к окружающему миру. Г.Тарт считал, что психоаналитическая теория, которая очень подробно изучала защитные механизмы, показывает, что мы использует эти механизмы в тех случаях, когда у нас возникают инстинктивные влечения, выражение которых находится под социальным запретом (например, несдерживаемая сексуальность).

Ф. Перлз исходит из того, что защитная активность имеет эволюционно-биологические  корни. Она возникает на основании  восприятия и распознавания опасности  и необходимости непосредственного  контакта с источником этой опасности. Кроме того, человек, по его мнению, переживает опасность внутри себя, особенно тогда, когда одна из частей собственной личности вызывает враждебные чувства. Таким образом, психологическая  защита направляется как против нежелательных  мыслей, чувств и ощущений изнутри, так и против нового знания снаружи. Идентификация, по З. Фрейду, реализует  защитную функцию Я против инцестуозных влечений с целью сохранения родительской любви. А. Бандура же полагал, что  идентификация играет важнейшую  роль в процессе социального научения. С другой стороны, представления  А. Фрейд об идентификации с агрессором получили косвенное подтверждение  в социально-психологических исследованиях. В работах Г. Горера было установлено, что иммигранты, проживающие в  США недолгое время, проявляют гораздо  более сильную враждебность к  вновь въезжающим, чем дольше живущие  там. Б. Беттельхейм обнаружил, что  некоторые заключенные фашистских концентрационных лагерей вели себя агрессивно по отношению к «новичкам», пришивали себе на одежду эмблемы  гестапо и отрицали критические  высказывания иностранных корреспондентов  в адрес нацистов. В теории социального  научения А. Бандуры поведение такого рода характеризуется скорее как  модель агрессивного поведения, которая  усваивается наблюдателем, если это  приносит очевидные выгоды. Ф. Хайдер предполагал, что в этих случаях  защита выдвигается не против страха, а против неприятного чувства  разногласия со значимым для индивида лицом. Было показано, что при расхождении  с мнением лица, отношения с  которым оцениваются как позитивные, возможны разные пути восстановления баланса. Один представляет собой идентификацию, другой состоит в отрицании реальности. Еще один защитный механизм - рационализация - хорошо «вписывается» в теорию когнитивного диссонанса Л. Фестингера. Эта теория базируется на положении  о том, что одновременное существование  содержаний сознания, противоречащих друг другу, принуждает индивида принять  меры к снижению диссонанса. Особенно часто это достигается посредством  рационализации.

Механизм проекции, тесно  связан с образованием предрассудков, большое значение имеют социально-психологические  исследования формирования установок. В работах Г. Келли показано, что  проекция своего опыта на чужое поведение  позволяет «наивному психологу» выстроить некоторую схему объяснения причин этого поведения.

В отечественной психологии концепции защитных механизмов также  неоднозначны. Ф.В. Бассиным психологическая  защита рассматривается как важнейшая  форма реагирования сознания индивида на психическую травму. Другой подход содержится в работах Б.Д. Карвасарского. Он рассматривает психологическую  защиту как систему адаптивных реакций  личности, направленную на защитное изменение  значимости дезадаптивных компонентов  отношений - когнитивных, эмоциональных, поведенческих - с целью ослабления их психотравмирующего воздействия  на Я - концепцию. По их мнению, этот процесс  происходит, как правило, в рамках неосознаваемой деятельности психики  с помощью целого ряда механизмов психологических защит, одни из которых  действуют на уровне восприятия (например, вытеснение), другие - на уровне трансформации (искажения) информации (например, рационализация). Устойчивость, частое использование, ригидность, тесная связь с дезадаптивными стереотипами мышления, переживаний и поведения, включение в систему сил противодействия  целям саморазвития делают такие  защитные механизмы вредными для  развития личности. Общей чертой их является отказ личности от деятельности, предназначенной для продуктивного  разрешения ситуации или проблемы.

Механизмы защиты находятся  между потребностью личности и ее удовлетворением. Отсюда - защита есть зеркальное отражение возможного, но не реализованного личностью процесса мотивации или отражение неосуществленных, но в прошлом желаемых целей. Тогда  непродуктивность для личности действия психологических защит связана  с несовпадением целей и средств  их достижения в поведении человека или нарушением меры в соотношении  мотива и сил, затраченных на его  реализацию, или поведением человека прямо противоположным целям.

Таким образом, психологическая  защита - это естественное противостояние человека окружающей среде. Она бессознательно предохраняет его от эмоционально-негативной перегрузки. Все кажущиеся разнообразными техники можно свести, в принципе, к единой функции: «Что бы ни делать, как бы ни делать, лишь бы достичь комфортного состояния, безопасности». Защита не есть «встроенная» от рождения личностная структура. В процессе социализации защитные механизмы возникают, изменяются, перестраиваются под влиянием социальных воздействий. Например, защита может перейти в альтруизм или накопление ценностей и др. В конечном итоге психологические защиты становятся способом существования нереализуемых влечений, желаний, потребностей.

2. Ранние психологические  защиты

Одним из гениальных открытий психодинамеческой теории было открытие важнейшей роли ранних детских травм. Чем в более раннем возрасте ребенок  получает психическую травму, тем  более глубокие слои личности оказываются  деформированными у взрослого человека. Социальная ситуация и система отношений  может породить в душе маленького ребенка переживания, которые оставят  неизгладимый след на всю жизнь, а  иногда и обесценят ее.

Задача самой ранней стадии взросления, описанной Фрейдом, установить нормальные отношения с первым в  жизни ребенка «объектом», материнской  грудью, а через нее - со всем миром. Если ребенок не брошен, если матерью  движет не идея, а тонкое чувство  и интуиция, ребенок будет понят. Если такого понимания не происходит - закладывается одна из самых тяжелых  личностных патологий - не формируется  базовое доверие к миру. Возникает  и укрепляется чувство, что мир  непрочен, не сможет удержать меня, если я упаду. Такое отношение к  миру сопровождает взрослого человека всю жизнь. Неконструктивно решенные задачи этого раннего возраста приводят к тому, что человек воспринимает мир искаженно. Страх переполняет  его. Человек не может трезво воспринимать мир, доверять себе и людям, он часто  живет с сомнением, что сам  он вообще существует. Защита от страха у таких личностей происходит при помощи мощных, так называемых примитивных, защитных механизмов.

В возрасте от полутора до трех лет ребенок решает не менее ответственные  жизненные задачи. Например, приходит время, и родители начинают приучать его к туалету, к контролю над  собой, своим организмом, поведением и чувствами. Не описаться, не опрокинуть горшок - трудная задача для ребенка. Когда родители противоречивы, ребенок  теряется: то его хвалят, когда он испражняется в горшок, то громко стыдят, когда он гордый приносит этот полный горшок в комнату показать сидящим  за столом гостям. Растерянность и  главное стыд, чувство, описывающее  не результаты его деятельности, а  его самого, вот что появляется в этом возрасте. Родители, слишком  фиксированные на формальных требованиях  чистоты, предъявляющие к ребенку  не выполнимую для этого возраста планку «произвольности», просто педантичные  личности, добиваются того, что ребенок  начинает бояться собственной спонтанности и непосредственности. Взрослые, у  которых вся жизнь расписана, все под контролем, люди, не представляющие себе жизни без списка и систематизации и вместе с тем не справляющиеся  с ситуацией аврала и любыми неожиданностями, это те, кем как бы руководят  их собственные маленькие «я», двух лет от роду, посрамленные и пристыженные.

Ребенок трех-шести лет  сталкивается с тем, что не все  его желания могут быть удовлетворены, а значит, он должен принять идею ограничений. Дочка, например, любит  отца, но выйти замуж за него не может, он уже женат на ее маме. Другая важнейшая  задача - научиться решать конфликты  между «хочу» и «нельзя». Инициативность ребенка борется с чувством вины отрицательным отношением к тому, что уже сделано. Когда побеждает  инициативность - ребенок развивается  нормально, если вина - то, скорее всего, он так и не научится доверять себе и ценить свои усилия при решении  задачи. Постоянное обесценивание результатов  труда ребенка по типу «Ты мог  бы лучше» как стиль родительского  воспитания также приводит к формированию готовности дискредитировать собственные  усилия и результаты своего труда. Формируется  страх неудачи, который звучит так: «Не буду даже пробовать, все равно  не получится». На этом фоне формируется  сильная личностная зависимость  от критикующего. Основной вопрос этого  возраста: как много я могу сделать? Если удовлетворительный ответ на него не найден в пять лет, всю оставшуюся жизнь человек будет бессознательно отвечать на него, попадаясь на удочку «не слабо ли тебе?».

Примитивная изоляция. Когда  младенец перевозбужден или расстроен, он попросту засыпает. Психологический  уход в другое состояние сознания - это автоматическая реакция, которую  можно наблюдать у самых крошечных  человеческих существ. Взрослый вариант  того же самого явления можно наблюдать  у людей, изолирующихся от социальных или межличностных ситуаций и  замещающих напряжение, происходящее от взаимодействий с другими, стимуляцией, исходящей от фантазий их внутреннего мира. Склонность к использованию химических веществ для изменения состояния сознания также может рассматриваться как разновидность изоляции. Некоторые специалисты, предпочитают термин «аутистическое фантазирование», обозначающий одну из форм более обшей тенденции избегать личностных контактов, термину «изоляция».

Некоторые младенцы конституционально  значительно более других склонны  к такой форме реагирования на стресс; исследователи замечали, что  более всего склонны к изоляции те малыши, которые наиболее чувствительны. У конституционально впечатлительных  людей нередко развивается богатая  внутренняя фантазийная жизнь, а  внешний мир они воспринимают как проблематичный или эмоционально бедный. Склонность к изоляции может  усиливаться вследствие эмоционального вторжения или столкновения с  людьми, заботившимися о младенце, а также с другими ранними  объектами. Человека, привычно изолирующегося и исключающего другие пути реагирования на тревогу, аналитики описывают  как шизоидного.