Становление антропоцентрической парадигмы

 

 

 

 

 

 

Становление антропоцентрической  парадигмы

Оглавление

Введение…………………………………………………………………………3

1. Термин «парадигма» в языкознании………………………………………….4
2. Антропоцентрическая парадигма: ее основные признаки…………………..7

Заключение……...…………………………………………………………………8

Список литературы………………………………………………………………..9

 

Введение

Развитие антропоцентрической парадигмы было обусловлено осознанием того, что язык, будучи человеческим установлением, не может быть понят и объяснен вне связи с его создателем и пользователем.

Истоки антропоцентрической  парадигмы восходят к идеям В. фон Гумбольдта и Э. Бенвениста. Особую значимость имело гумбольдтовское понимание языка как мира, лежащего между миром внешних явлений и внутренним миром человека. Именно В. фон Гумбольдт впервые отметил, что «человек становится человеком только через язык, в котором действуют творческие первосилы человека, его глубинные возможности.

В отечественной  лингвистике об антропоцентризме как  основном принципе современной лингвистики  заговорил Ю.С. Степанов, анализируя концепцию Э. Бенвениста: «Язык создан по мерке человека, и этот масштаб запечатлен в самой организации языка; в соответствии с ним язык и должен изучаться. Поэтому в своем главном стволе лингвистика всегда будет наукой о языке в человеке и о человеке в языке».

Антропоцентризм осознается главным принципом современной  лингвистики на рубеже XX–XXI вв.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Термин «парадигма» в языкознании

В современном языкознании  все прочнее закрепляется слово  «парадигма», использующееся для обозначения  особенностей определенного направления  в исследовании.

Вышедшая в 1970 году в Чикаго книга Томаса Куна “The Structure of Scientific Revolutions”  спровоцировала  популярность  употребления термина парадигма, научная парадигма в значении «лингвистическая теория», «лингвистическое направление», «лингвистическая школа» и подобных, употреблявшихся ранее для описания особенностей той или иной методики анализа языка.

Но лингвистам известно и  другое значение данного термина  и привычно его использование  в грамматике (падежная парадигма,  парадигма числа, парадигма рода,  парадигма  времени глагола и  т.д.). Интересной в этом смысле является работа В.З. Демьянкова “Парадигма с человеческим лицом: человек и его язык”, в которой автор осуществил попытку анализа использования слова «парадигма» в европейской науке, в том числе и в русском языкознании. Автор пишет: «Однако возникает вопрос: что же такое парадигма, чем она отличается от теории и школы?» [3, с. 391]. Отвечая на поставленный вопрос,  В.З. Демьянков дает обзор истории существования данного слова в научном языке и анализ способностей данного слова служить обозначением определенных понятий. Справедливыми представляются слова о том, что «Парадигма» – концепт, востребованный философией науки сравнительно недавно. До начала XX в. «парадигма» была «дремлющим концептом»  этой области. Только в XX в. термин этот начали интенсивно употреблять, размышляя о том, как упорядочивать знания о научных результатах и как соотносить знания одного и того же предмета, полученные разными науками. Активное использование термина научная парадигма стало одним из первых проявлений антропоцентричной философии науки» [3, с. 391].

Как результат подробнейшего и полного описания значения термина «парадигма», анализа особенностей его происхождения и употребления в разных языках и разных науках, В.З. Демьянков в заключении указывает, что 2. В речи о теории в фокусе внимания находится объект теоретического объяснения. А употребляя термин парадигма,  имеют в виду, прежде всего, человеческий фактор теоретических объяснений. 3. Парадигмой теории языка может быть названа целая система взглядов (вспомним испанский узус) в совокупности с набором показательных примеров (то, что иначе называют образцом, примером для подражания или «моделью») решения конкретных задач – описания и объяснения языковых явлений (вспомним итальянское esempi e paradigmi). 4. Парадигма – своеобразная накопительная система: исследователи, работающие в ее рамках, добавляют все новые и новые «единицы хранения», образцы и технические приемы (схемы) решения задач. … История теорий языка показывает, что лингвистика – одна из наиболее эклектичных дисциплин, поскольку появление новой теории, новых идей не вызывает крушения и радикального пересмотра старых данных. Это означает неизбежность многопарадигмальности теоретического языкознания» [3, с. 410-411].

Наиболее часты случаи употребления термина «парадигма»  в работах,  посвященных рассмотрению проблемных вопросов когнитивной лингвистики, истории языкознания, лингвокультурологии. Так, Н.Ф. Алефиренко, на базе  определения («научная парадигма – это господствующая на каждом этапе истории лингвистических учений система воззрений на язык, определяющая предмет и принципы лингвистического исследования в соответствии с культурно-историческим и философским контекстом эпохи») выделяет четыре парадигмы: лингвистический компаративизм, системно-структурная парадигма, коммуникативно-прагматическая парадигма и дискурсивно-когнитивная парадигма [1, с. 18-19].

Автор работы “Наука о языке: парадигмы лингвистического знания”  Л.А. Манерко, проводя анализ выделяемых в лингвистике парадигм, указывает, что Э.А. Макаев называет четыре парадигмы («незавершенная парадигма Ф. Боппа, Р. Раска, Я. Грима, А.Х. Востокова», «сравнительное языкознание в концепции А. Шлейхера является завершенной парадигмой», «завершенная младограмматическая парадигма», «незавершенная парадигма сравнительного языкознания») [4, с. 46-47].

В современном языкознании, по мнению Л.А. Манерко, «следует признать существование (постепенно и/или параллельно)  следующих парадигм лингвистического знания:

• сравнительно-исторической (она иногда называется «классической» или санскрито-греко-латинской парадигмой, но она представлена современными течениями компаративистики);
• структурной (системно-структурной, традиционной, формальной парадигмой лингвистического знания);
• генеративной (появившейся в Америке, но оказавшей влияние на многие школы зарубежных стран, но не коснувшейся отечественной науки о языке);
• и наконец, когнитивно-дискурсивной (когнитивно-функциональной, когнитивно-коммуникативной в терминологии Е.С. Кубряковой и ее последователей, или антропоцентрической (неофункциональной, интерпретационной) парадигмы» [4, с. 52-53].

Согласно В.А. Масловой, в  истории языкознания выделяются три научные парадигмы – сравнительно-историческая, системно-структурная и антропоцентрическая [5, с. 5].

Следовательно, следует согласиться  с тем, что термин парадигма в  современном языкознании используется в значении, синонимичном значению термина лингвистическое направление  и все чаще используется вместо последнего.

Используя высказывание В.З. Демьянкова («Парадигма – что-то вроде почетного звания для теории или научного направления, упоминаемое при констатации успехов, достигнутых разработчиками этой теории» [3, с. 410], подчеркнем важность антропоцентрической парадигмы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Антропоцентрическая парадигма: ее основные признаки

Антропоцентризм (или антропоцентрическая  парадигма)  признается ведущим направлением в современном  языкознании большинством языковедов, поскольку не трудно заметить, что антропоцентрическая (или когнитивно-дискурсивная) парадигма выделяется практически всеми современными исследователями. Так, Т.Г. Попова отмечает, что «ключевым для понимания сути современного направления лингвистических исследований можно считать познание человека через язык. Таким образом, главным для науки о языке становится активизация антропологического подхода к изучению языковой семантики, предполагающего учет человеческого фактора в лингвистике, необходимость соотнесения анализа языковой системы с анализом концептуальных систем, закрепляющих познавательный опыт носителей языка» [7, с. 10].

По мнению Л.А. Манерко, «понятие антропоцентрической парадигмы связывается с человеком, с раскрытием его сущности, его роли и участия его сознания, так как antropos  в переводе с греческого «человек», а латинское centrum – «центр», то есть данная парадигма ориентирована на человека, раскрытие человеческого фактора в языке» [4, с. 53].

Антропоцентризм как направление  охватило своим влиянием не только общелингвистические исследования, но и терминоведение. Так,  терминовед С.Л. Мишланова пишет: «Утверждение в терминоведении (как и во всей современной лингвистике) принципа антропоцентризма обусловило необходимость рассмотрения терминологических процессов во взаимосвязи с человеком, с его деятельностью и мышлением, что повлекло за собой расширение объекта исследования и потребовало применения новой методологии» [6, с. 3].

Антропоцентрический подход к изучению языка, наблюдающийся  на протяжении последних десятилетий  во всех разделах языкознания, наиболее четкие контуры получил в новом  разделе лингвистики – антрополингвистике.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

 

Возникновение антропоцентрической  парадигмы в языкознании было предопределено, поскольку сам язык антропоцентричен по своей сути. Взгляд исследователя перемещается с объекта познания на субъект, анализируется человек в языке и язык в человеке. В центре внимания оказывается личность носителя языка. Новый подход учитывает роль человеческого фактора в языке, вместо опоры на форму появляется опора на содержание, не на механизм, лежащий в основе языка, а на его применение.

Сущность антропоцентризма как основного принципа лингвистических  исследований заключается в том, что «научные объекты изучаются прежде всего по их роли для человека, по их назначению в его жизнедеятельности, по их функциям для развития человеческой личности и ее усовершенствования человек становится точкой отсчета в анализе тех или иных явлений, он вовлечен в этот анализ, определяя его перспективы и конечные цели. Он знаменует тенденцию поставить человека во главу угла во всех теоретических предпосылках научного исследования и обусловливает его специфический ракурс».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список литературы

1. Алефиренко Н.Ф.  Современные проблемы науки о языке.  Уч. пособие. – М.: Флинта-Наука, 2005. – 412 с.
2. Демьянков В.З. Когнитивная лингвистика как разновидность интерпретирующего подхода. // Вопросы языкознания. 1994, №4.
3. Демьянков В.З. Парадигма с человеческим лицом: человек и его язык. // Языковая личность: текст, словарь, образ мира. К 70-летию чл.-корр. РАН  Ю.Н. Караулова: Сб. статей. – М.: Изд-во РУДН, 2006. – С. 391-414.
4. Манерко Л.А. Язык современной техники: ядро и периферия. – Рязань, Изд-во Рязанского гос. ун-та, 2000. – 139 с.
5. Маслова В.А. Введение в когнитивную лингвистику. Изд. 3-е, перераб. – М.: Флинта-Наука, 2007. – 294 с.
6. Мишланова С.Л. Терминологизация в медицинском дискурсе. // Научно-техническая терминология.  Вып.1. -  М., 2004. – С. 52-53.
7. Попова Т.Г. Национально-культурная семантика языка и когнитивно-социокоммуникативные аспекты (на материале английского, немецкого и русского языков). Монография. – М.: Изд-во МГОУ, 2003. – 146 с.
8. Попова Т.Г. Национально-культурная семантика языка и когнитивно-социокоммуникативные аспекты (на материале английского, немецкого и русского языков):  Автореферат  - М.: 2004. – 36 с.