Модель человека в институциональной экономике

Такой тип взаимосвязи  модели человека, модели общества и  рекомендуемой политики характерен для английской классической школы  и неоклассического направления.

Во втором типе экономического мировоззрения целевая  функция человека предполагается более  сложной (например, в нее входят, помимо дохода и богатства, свободное  время, покой, соблюдение традиций или  альтруистические соображения), на его  способности и возможности налагаются существенные ограничения: недоступность информации, ограниченность памяти, подверженность эмоциям, привычке, а также внешним влияниям (в том числе моральным и религиозным нормам), затрудняющим действия, соответствующие рациональному расчету [14, С.58].

Неоклассическая школа «рациональных ожиданий», предполагая, что хозяйственные агенты в состоянии мгновенно рас познавать инфляционный рост цен, в принципе отвергает государственную политику стимулирования спроса [16, С.67].

При этом нельзя утверждать, что один тип теории всегда заведомо лучше другого. Теория Кейнса и основанная на ней активная государственная экономическая политика завоевали западный мир после того, как великая депрессия 1929–1933 гг. наглядно показала банкротство либерально-индивидуалистического типа экономической теории и политики в условиях господства «сверхиндивидуальных» монополистических корпораций.

Когда же государственное  регулирование, мощные социальные программы  достигли таких масштабов, что стали  сдерживать частную инициативу и предпринимательский дух, закономерным стал возврат от социально-дирижистского типа экономического мировоззрения к либерально-индивидуалистическому.

2.2 Модели  поведения человека в институциональной  экономике

 

Институциональная экономика как и другие общественные дисциплины, такие как социология, политология, психология, антропология, - имеет своим предметом человеческое поведение. В самом широком смысле можно говорить, что все содержание экономической теории состоит из описания человеческого поведения, которое понимается не только как индивидуальное поведение, но и не умышленные последствия взаимодействия индивидов, а также институты, где воплотилось прошлое поведение. Многообразие человеческой личности, ее исключительность и индивидуальность, различные мотивы ее деятельности явились причиной использования при научном анализе экономической жизни унифицированного представления о человеке, который действует в конкретной системе исторических координат. В эту модель человека входят основные параметры, которые характеризуют индивидов, и, прежде всего, их мотивы экономической активности, в том числе и специфику физических, психологических и интеллектуальных возможностей человека, которые используются им, чтобы достичь поставленную цель [1,С.336].

Экономическое поведение человека определяется средой и условиями жизни. Идеологию  экономического поведения человека определяют( рисунок 3):

 

Источник: [2, C. 114].

Рисунок 3 – Аспекты определения экономического повеления человека

 

В институциональной экономике используются две основные модели рационального поведения (рисунок 4):

 

1. Рациональсть(как таковая)
2. Следование своим интересам

Понятие рациональность является настолько сложным для  научного анализа, насколько простым  это понятие кажется с тоски  зрения обыденного сознания.

Рациональность  может быть определена следующим образом: субъект   никогда не выберет альтернативу Х, если в тоже самое время ему доступна альтернатива Y, которая с его точки зрения, предпостительнее Х [14, C.70].

Согласно Хайеку рациональным поведением модно назвать  такое поведение, которое «нацелено на получение строго определенных результатов» [14, C.26]. При том отмечается, что теория рационального выбора объясняет, только нормальное поведение людей.

Согласно О. Уильямсону существует 3 основные формы  рациональности:

1. Максимизация. Она предполагает выбор лучшего варианта из имеющихся альтернатив.
2. Ограниченная рациональность – это полусильная форма рациональности, которая предполагает, что субъекты в экономике стремятся действовать рационально, но в действительности обладают этой способностью лишь в ограниченной степени.
3. Органическая рациональность – слабая рациональность процесса. Ее используют в эволюционном подходе Нельсон,  Уинтер, Алчиан, прослеживая эволюционный процесс в рамках одной или нескольких фирм. А также представители австрийской школы Менгер, Хайек, Киирзнер, связывая ее с процессами более общего характера – институтами денег, рынков, аспектами прав собственности и так далее [2, С. 41].

Второй основной моделью рационального поведения  является ориентация на собственный интерес, которая имеет три формы:

1. Оппортунизм. Под оппортунизмом в новой институциональной экономике понимают: «Следовании своим интересам, в том числе обманным путем,  включая такие явные формы обмана,  как ложь, воровство, мошенничество,  но едва ли ограничиваясь ими. Намного чаще оппортунизм подразумевает более тонкие формы обмана, которые могут принимать активную и пассивную форму». В общем случае речь идет только об информации и всем, что с ней связано6 искажения, сокрытие истины, запутывание партнера [8, С.43].
2. Простое следование своим интересам – это тот вариант эгоизма, который принят в неоклассической экономической теории. Стороны вступают в процесс обмена, заранее зная исходные положения противоположной стороны. Все их действия оговариваются, все сведения об окружающей действительности, с которыми им придется сталкиваться известны. Контракт выполняется, так как стороны следуют своим обязательствам и правилам. Цель достигается. Не существует никаких припятствий в в идее нестандартного или нерационального поведения, а также отклонения от правил.
3. Послушание. Последняя, слабая форма ориентации на собственный интерес – послушание. Адольф Лоу формулиркет ее следующим образом: «Можно представить себе крайний случай монолитного коллективизма, где плановые задания в централизлванном порядке выполняются функционерами, которые полностью идентифицируют себя с поставенными перед ними глобальными задачами» Но в чистом виде такой тип врятли существует в экономике, поэтому он скорее применим к изучению эволюции социализации человека, чем к объяснению мотивов при принятии решений, так как за него решают другие [8, С.43].

 

 

 

 

 

 

Источник: [16, C. 76].

Рисунок 4 – Модели рационального поведения

 

Институциональная экономика со времени своего возникновения  как самостоятельной области знания использовала модель экономического человека.

Создание такой  модели обусловлено необходимостью исследования проблемы выбора и мотивации  в хозяйственной деятельности индивидов. Но как справедливо отмечал Саймон усилия экономистов были направлены в основном на исследование результатов выбора в экономической сфере, а сам выбор как процесс выпал из поля экономического анализа: «неоклассическая таория исследует, по сути, не процесс выбора, а его результаты».

В современной  научной литературе для обозначения экономического человека используется акроним REMM, что означает «изобретательный, оценивающий, максимизирующий человек» [9, C.146].

Такая модель предполагает, что человек по поводу извлечения полезности из экономических благ ведет себя полностью рационально. Это предусматривает следующие условия:

1. информация, необходимая для принятия решения, полностью доступна индивиду;
2. человек в своих поступках в сфере экономики является совершенным эгоистом, т. е. ему безразлично, как изменится благосостояние других людей в результате его действий;
3. не существует никаких внешних ограничений для обмена (при условии, что обмен ведет к максимизации полезности);
4. желание увеличить свое благосостояние реализуется только в форме экономического обмена, а не в форме захвата или кражи [10,C.20].

3.  Поведенческие предпосылки институционального анализа

Прежде всего, под большим вопросом была поставлена возможность отвлечения от системы  предпочтений, которая формируется  внутри человека. Это система ценностей, целевых установок, стереотипов поведения, привычек индивидов, психологического и религиозного типов, что напрямую говорит о том, что индивид осуществляет выбор сам. То есть институционалисты определяют скорее характер ситуации, в которой выбор осуществляется, а не рассматривают полученный результат в рамках взаимодействия многих людей. Поэтому такой подход предполагает подключение исторического аспекта, который просматривает эволюцию человека привязанного к конкретной культуре, общества, группе и существующего в определенное время.

Следующая особенность  институциональной теории вытекает из предыдущей: так как предположение  об экзогенности системы ограничений  неверно, то, следовательно, если человек  не имеет полный объем информации необходимой для свободной ориентации в окружающем мире, то он и не в состоянии отразить в полной мере процессы индивидуальной и общественной жизни. Тогда как можно проследить процесс осуществления отбора реальности и их расшифровку как предпосылку осуществления выбора?

Для решения  этих вопросов в рамках современной неоинституциональной экономики используются две поведенческие предпосылки – ограниченная рациональность и оппортунизм.

Саймон предлагает заменить принцип максимизации – принципом удовлетворенности, так как в сложных ситуациях следование правилам удовлетворительного выбора выгоднее, чем попытки глобальной оптимизации [18, С.89].

Это положение  может согласовываться с концепциями  австрийской школы, в рамках которой  вместо максимизации полезности используется предпосылка о сравнительной важности потребностей и о наилучшем их удовлетворении, возможно меньшим количеством благ.

Он отмечает, что в экономической теории понятие  удовлетворенности не играет такой  роли как в психологии и теории мотивации, где оно является одним  из самых важных. Согласно психологическим теориям побуждение к действию происходит из неудовлетворенных стремлений и исчезает после их удовлетворения. Условия удовлетворенности в свою очередь зависят от уровня устремлений, который зависит от жизненного опыта.

Придерживаясь этой теории можно предположить, что целью фирмы является не максимизация, а достижение определенного уровня прибыли, удержание определенной доли рынка и определенного объема продаж.

Это подтверждается статистическими данными. Это также  согласуется с исследованиями Холла и Хитча, а также Сайерта и Марча.

Поэтому мы считаем  необходимым замену понятия рациональности понятием субъективной обоснованности действия. Исходя из этой предпосылки, нас интересует два факта:

1) чем обосновано то или иное решение

2) степень свободы  принятия этого решения. 

Таким образом, принятие решения является «равновесным»  решением в результате оценки обоснованности и ограничений принятия решения [8, C. 86].

 

 

 

3 АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ МОДЕЛИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ЧЕЛОВЕКА

3.1. Общая характеристика альтернативных моделей

 

Основное течение, ядром которого является неоклассический  подход, господствует в современной  западной экономической науке. Границы  его постоянно изменяются, включая  новые достижения экономической  теории: игровые модели, теорию поиска, гипотезу рациональных ожиданий и др. При этом сохраняются общие методологические принципы, характеризующие неоклассический подход. Теоретические направления, использующие иные модели человека, имеют тенденцию со временем выпадать из основного течения.

В то же время  наряду с неоклассическим существуют и альтернативные исследовательские  подходы, пользующиеся большим или  меньшим влиянием.

 Данные подходы,  естественно, различаются и по  используемым в них моделям  человеческого поведения. Однако выделить единую модель человека для каждого из подходов не так просто.

Важной чертой современной западной экономической  теории является ее углубляющаяся специализация. В послевоенный «период мы практически  не встретим экономических трудов под  популярнейшим в XIX в. заглавием «Основы политической экономии» или «Общая теория денег. Сам жанр теоретического трактата, дающего последовательное системное изложение всех основных проблем экономической науки, видимо, безвозвратно ушел в прошлое. Монографии наиболее выдающихся экономистов обычно представляют собой сборники статей, написанных данным автором в разное время и по разным специальным поводам.

Таким образом, характеризуя модель человека в различных  направлениях современной западной экономической теории, необходимо уточнять, о каких именно разделах теории идет речь, ибо в каждом из них модель человека имеет свои особенности. Исследовательские подходы, существующие в экономической науке, имеют определенную специализацию, во многом обусловленную их моделями человека. В некоторых областях экономики от человека требуется более сильная «количественная мотивация и большая степень экономической рациональности, чем в других. Поэтому резонно предположить, что влияние основного течения, вооруженного моделью рационального максимизирующего поведения, в первом случае будет сильнее, чем во втором, и, напротив, альтернативные подходы будут более активны во втором случае, чем в первом. Но в целом дело обстоит сложнее: приверженцы основных подходов стремятся играть не только на своем поле — они активно вторгаются на чужую территорию. В результате в каждой из областей экономического анализа мы можем обнаружить не один, а несколько подходов, часто конфликтующих друг с другом.

Можно сказать, что модель человека в послевоенной западной экономической теории напоминает матрицу, строки которой образуют различные методологические подходы, а столбцы — различные экономические проблемы.

Разумеется, многие элементы этой матрицы будут нулями — практически не существует методологических подходов, позволяющих объяснить все проблемы.

При этом следует  учесть, что помимо перечисленных  выше основных альтернативных подходов существуют и другие разновидности  моделей человека, не оформившиеся в самостоятельные исследовательские  подходы, но представляющие большой теоретический интерес. К ним следует отнести концепции переменной рациональности и другие, которые также будут рассмотрены в данной главе [11, С.77].