Концепция внешней политики Российской Федерации

Концепция внешней политики Российской Федерации

Утверждена Президентом Российской Федерации В.В.Путиным 12 февраля 2013 г.

75. Возрастающее значение  приобретает укрепление позиции  России в Азиатско-Тихоокеанском  регионе, что обусловлено принадлежностью  нашей страны к этому самому  динамично развивающемуся геополитическому  пространству, куда последовательно  смещается центр тяжести мировой  экономики и политики. Россия  заинтересована в активном участии  в интеграционных процессах в  Азиатско-Тихоокеанском регионе, использовании  его возможностей при реализации  программ экономического подъема  Сибири и Дальнего Востока, в  создании в Азиатско-Тихоокеанском  регионе транспарентной и равноправной архитектуры безопасности и сотрудничества на коллективных началах.

76. Принципиальное значение  для России имеет общее оздоровление  военно-политической обстановки  в Азии, где сохраняется значительный  конфликтный потенциал, наращиваются  военные арсеналы, увеличивается  опасность распространения оружия  массового уничтожения. Россия последовательно  выступает за урегулирование  вовлеченными сторонами всех  имеющихся разногласий политико-дипломатическими  средствами при строгом соблюдении  основополагающих принципов международного  права.

77. Россия считает важными  формирование и продвижение в  Азиатско-Тихоокеанском регионе  партнерской сети региональных  объединений. Особое значение в  этом контексте придается укреплению  роли ШОС в региональных и  глобальных делах, конструктивное  влияние которой на положение  дел в регионе в целом заметно  возросло.

78. Россия рассматривает  механизм Восточноазиатских саммитов  как основную площадку для  стратегического диалога лидеров  по ключевым аспектам безопасности  и сотрудничества в Азиатско-Тихоокеанском  регионе. Усилия на данном направлении будут подкрепляться активностью и в других форматах - форуме «Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество», диалоге Россия - Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Региональном форуме АСЕАН по безопасности, форуме «Азия - Европа», Совещании по взаимодействию и мерам доверия в Азии, Совещании министров обороны стран АСЕАН с диалоговыми партнерами, форуме «Диалог по сотрудничеству в Азии».

79. Важнейшее направление  российской внешней политики - развитие  дружественных отношений с Китаем  и Индией.

80. Россия будет продолжать  наращивать всеобъемлющее равноправное  доверительное партнерство и  стратегическое взаимодействие  с Китаем, активно развивать сотрудничество  во всех областях. Совпадение  принципиальных подходов двух  стран к ключевым вопросам  мировой политики рассматривается  Россией в качестве одной из  базовых составляющих региональной  и глобальной стабильности. На  этой основе Россия будет развивать  внешнеполитическое взаимодействие  с Китаем на различных направлениях, включая поиск ответов на новые  вызовы и угрозы, решение острых  региональных и глобальных проблем, сотрудничество в Совете Безопасности  ООН, «Группе двадцати», БРИКС, Восточноазиатском  саммите, ШОС и других многосторонних  объединениях.

81. Россия проводит принципиальную  линию на углубление привилегированного  стратегического партнерства с  Индией, упрочение взаимодействия  по актуальным международным  проблемам и укрепление взаимовыгодных  двусторонних связей во всех  областях, прежде всего в торгово-экономической  сфере, ориентируясь на реализацию  утвержденных сторонами долгосрочных  программ сотрудничества.

82. Россия считает важным  дальнейшее развитие механизма  эффективного и взаимовыгодного  внешнеполитического и экономического  сотрудничества в формате Россия - Индия - Китай.

83. Россия намерена активно  участвовать в работе по формированию в Северо-Восточной Азии эффективных механизмов укрепления мира, безопасности, взаимного доверия и взаимовыгодного сотрудничества как регионального компонента новой архитектуры безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

84. Россия нацелена на  поддержание дружественных, основанных  на принципах добрососедства  и взаимовыгодного сотрудничества  отношений с Корейской Народно-Демократической  Республикой и Республикой Корея, более полное использование потенциала  этих связей для ускорения  регионального развития, оказания  поддержки межкорейскому политическому диалогу и экономическому взаимодействию как важнейшему условию поддержания мира, стабильности и безопасности в регионе. Россия неизменно выступает за безъядерный статус Корейского полуострова и будет всемерно содействовать последовательному продвижению этого процесса на основе соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН, в том числе в рамках шестистороннего переговорного формата.

85. Российская Федерация  намерена проводить курс на  динамичное развитие добрососедских  многоплановых отношений с Японией. На фоне продвижения всего  комплекса двустороннего сотрудничества  и взаимодействия на международной  арене Россия будет продолжать  и диалог о путях взаимоприемлемого  решения неурегулированных вопросов.

86. Россия намерена укреплять  традиционно дружественные связи  с Монголией.

Азию справедливо относят к одной из главных движущих сил мирового развития, значение и роль которой будут возрастать в обозримой перспективе. Соответственно очевидна и значимость азиатского направления для России. Скажу больше: здесь, как нигде, сопрягаются наши внутренние и внешнеполитические интересы, поскольку без экономического прогресса не может быть прочной основы для нашей политики в этом регионе. А она напрямую зависит от социально-экономического, инфраструктурного и иного развития Сибири и Дальнего Востока.

Азия демонстрирует высокую устойчивость к разного рода кризисным явлениям. Экономический рост влечет за собой не только потребность в доступе к рынкам сбыта, но и — во все больших масштабах — к современным технологиям и энергоресурсам. Можно ожидать, что проблематика энергобезопасности будет становиться все более актуальной темой многостороннего и двустороннего взаимодействия в Азии. Эти потребности определяют и наш вклад в поступательное развитие региона. Речь идет в том числе о развитии человеческих ресурсов и инновационного сектора Сибири и Дальнего Востока.

Отличительная черта нынешней Азии — бурный характер интеграционных процессов как в субрегиональном, так и в общеазиатском форматах, процессов, которые порой накладываются друг на друга, а порой являются взаимодополняющими. Рост активности действующих в регионе многосторонних объединений — яркое отражение общей тенденции к многосторонности и коллективной выработке решений. В качестве примеров можно упомянуть деятельность таких авторитетных структур, как форум Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС), АСЕАН, Шанхайская организация сотрудничества (ШОС). В целом таких объединений в Азии более десятка.

Тенденция к расширению и углублению интеграционных процессов в Азии будет усиливаться. В отличие, скажем, от Европы азиатское пространство не гомогенно в культурно-историческом и политическом плане. Разные субрегионы имеют свою специфику. С этим связаны стремительный и неуклонный рост числа многосторонних объединений и отсутствие на данный момент всеохватывающей структуры по типу ОБСЕ. Есть все основания ожидать, что общая направленность к многосторонности в АТР останется доминирующей. Соответствующие механизмы будут брать на себя все большее бремя по решению актуальных региональных проблем, создавать оптимальные схемы кооперации между собой, а также с внерегиональными игроками. Эта объективная тенденция замечена и учтена нами еще два года назад, когда на саммите ШОС была выдвинута Ташкентская инициатива по формированию партнерской сети многосторонних объединений в АТР. В рамках ее реализации уже созданы механизмы взаимодействия ШОС с АСЕАН и СНГ, в стадии выработки — документы о сотрудничестве с ОДКБ и Экономической и социальной комиссией ООН для Азии и Тихого океана (ЭСКАТО).

Признавая объективный характер глобализации, азиатские страны придерживаются мнения, что «расходная часть» этого процесса не должна ложиться только на них. Например, деятельность АТЭС, которую некоторые из его участников первоначально стремились ориентировать на торгово-экономическую либерализацию в выгодном для себя ключе, преобразовалась в формы, более соответствующие азиатским представлениям и традициям. Страны Азии в подавляющем большинстве продолжают курс на постепенную экономическую модернизацию при сохранении социальной и политической стабильности как важнейшего условия национального бытия.

После холодной войны фактор безопасности не потерял свою актуальность для Азии. Более того, на первый план вышли новые угрозы и вызовы: терроризм, экстремизм, наркотрафик, торговля людьми, незаконная торговля оружием, эпидемии, природные катаклизмы и другие, борьба с которыми требует солидарных усилий. Азиатские страны справедливо настаивают на том, что такое взаимодействие не должно вести к подрыву их суверенитета. Если мы не хотим вставать на путь применения двойных стандартов, то это верно и в отношении стран Центральной Азии. На такой основе будут отвечать на вызовы модернизации и государства Ближнего Востока.

Указанные особенности азиатских интеграционных процессов создают объективную базу для эффективного вхождения в них России. Наша страна располагает мощным потенциалом для содействия решению практических проблем региона и последовательно отстаивает основополагающие нормы международного права, принципы взаимной выгоды, признания и уважения законных интересов, национальных особенностей и традиций всех членов международного сообщества, диалога религий, культур и цивилизаций. Последний приобретает особое значение в нынешних условиях. Специфика обширного региона, включая его культурно-цивилизационное разнообразие и методы развития, позволяет отработать здесь своего рода модель комплексной стратегии поддержания межцивилизационного согласия в мире.

Наши азиатские партнеры понимают, что не только России нужна экономически мобильная и политически стабильная Азия, — сама Азия заинтересована в процветающей России. Становится все более очевидным соображение чисто прагматического порядка: без российского энергетического, научно-технического и интеллектуального потенциала Азии будет, как минимум, трудно достичь целей всеобщего экономического процветания, которое и является фундаментальной идеей азиатской интеграции.

Разумеется, внешнеполитические усилия должны идти рука об руку с нашей собственной хорошо продуманной социальной, экономической, энергетической, миграционной, инфраструктурной и экологической политикой в регионах Сибири и Дальнего Востока. Такая стратегия могла бы стать тем, что справедливо называют назревшим «новым рывком к Тихому океану». Серьезные сомнения, однако, вызывают звучащие порой предположения, что эта цель достижима только в рамках проекта многостороннего инвестиционного освоения Сибири и Дальнего Востока. Интернационализация внутреннего развития страны слишком уж напоминает другую эпоху. А если под этим подразумевается попытка инициировать некий дележ «советского наследства», да еще в условиях, когда Россия находится на подъеме, то это уже явный перебор, что-то из области политической фантастики.

Убежден, что задача поддается решению прежде всего нашими собственными усилиями, разумеется, с привлечением на сбалансированной основе инвестиций всех заинтересованных стран региона. При всей сложности задач развития азиатской части страны мы не будем ни отказываться от своего суверенитета, ни делиться им с другими. Никто, кроме нас самих, не позаботится о том, чтобы все ресурсы этих районов, включая человеческие, полностью были востребованы, чтобы развитие осуществлялось в первую очередь в интересах тех, кто там живет и кто захочет там жить.

Вопрос этот принципиальный, и никакие псевдогеополитические соображения его не отменяют. В основе данного важнейшего фактора нашей политики должно лежать не «разыгрывание» США и Китая вокруг вопроса о доступе к нашим ресурсам, как предлагают некоторые политологи, а четкое понимание условий сотрудничества по освоению ресурсов на базе российских законов. Именно исходя из этого, не руководствуясь соображениями энергетического эгоизма и не отказываясь от своих законных прав, Россия избрала в качестве приоритетной темы своего председательства в «Группе восьми» проблематику глобальной энергетической безопасности.

Приведенные соображения со всей очевидностью подсказывают практические выводы для политики России в Азии. Главный из них состоит в том, что, продолжая наращивать созданные за последние годы связи добрососедства и партнерства в двусторонних отношениях, прежде всего с ближайшими соседями — как с коллегами по СНГ, ЕврАзЭС, ШОС, так и с партнерами по другим объединениям, следует и далее активизировать участие в перспективных многосторонних структурах АТР.

Для решения этой задачи в последнее время сделано немало. В том, что касается многосторонней составляющей нашей политики в Азии, достаточно упомянуть несколько недавних событий. Это выход ШОС на этап практического сотрудничества государств-членов в области безопасности и экономического взаимодействия, вывод диалога Россия — АСЕАН на высший уровень, инициативное российское участие в форуме АТЭС, прием нашей страны в члены Диалога по сотрудничеству в Азии и в качестве наблюдателя в Организацию Исламская конференция, участие главы Российского государства в первом Восточно-Азиатском саммите.

Таким образом, сформированы необходимые предпосылки для того, чтобы взаимовыгодное партнерство со странами Азиатско-Тихоокеанского региона обрело новое качество. Признание значимости России как конструктивного фактора в Азиатско-Тихоокеанском регионе создало совершенно новые возможности как в деле региональной интеграции, так и в плане закрепления самостоятельной роли государств региона в глобальной политике. Практика этого партнерства, с другой стороны, убедительно свидетельствует о реальных глубоких интересах России в Азии, к которой мы, как и к Европе, принадлежим.