Карибский кризис 1962 года

Советская делегация успешно  выполнила свою миссию. Однако цель развертывания ГСВК не была полностью  ясна кубинскому руководству. Этот вопрос всплыл еще в начале ноября 1962 года во время переговоров

Ф. Кастро с А. Микояном. Тогда  советский представитель заявил следующее: "Цель доставки советских  войск и стратегического оружия на Кубу заключалась только в том, чтобы укрепить вашу обороноспособность. Это был план сдерживания, план, направленный на то, чтобы империалисты не играли с огнем в отношении Кубы".⁶ Кубинский же руководитель, правда, 30 лет спустя рассматривал создание Группы советских войск на Кубе как способ изменения соотношения сил и считал, что для целей сдерживания достаточно было заключить военный пакт с Кубой. Вопрос о советско-кубинском военном договоре в той или иной мере обсуждался при посещении СССР летом 1962 года членами кубинского руководства Р. Кастро и Э. Геварой, причем кубинская сторона считала целесообразным опубликовать его.

Неоднозначность замысла  мероприятий "Анадырь" прослеживается при анализе боевого состава  развертываемой Группы советских войск  на Кубе, Основным элементом оперативного построения войск, несомненно, была 43-я ракетная дивизия с двумя полками ракет Р-14 и тремя полками ракет Р-12. Дивизия в полном составе обеспечивала возможность поражения военно-стратегических объектов на территории США, Общий ядерный потенциал в первом пуске составлял до 70 мегатонн (в Хиросиме - 20 килотонн). От ударов с воздуха дивизию прикрывали две зенитные дивизии и истребительный авиационный полк. Четыре мотострелковых полка защищали ядерные ракеты от наземного наступления. Ракетный полк «Сопка» и бомбардировщики Ил-28 предназначались для борьбы с морским десантом. Однако введение в предполагаемый боевой состав военно-морского компонента ГСВК - надводных кораблей – свидетельствует о намерения действовать и на морских коммуникациях. Замысел Хрущева базировался на скрытном развертывании ГСВК, с тем, чтобы поставить американское руководство перед свершившимся фактом.⁷

С июля 1962 года началась грандиозная  операция по развертыванию в непосредственной близости от Соединенных Штатов группировки  войск, способной вести самостоятельные  боевые действия на удаления 11 тыс. км от баз снабжения. Для этого требовалось провести частичное отмобилизование войск, а также осуществить скрытную переброску и размещение примерно 60 тыс. человек. Из-за отсутствия прямого воздушного сообщения основным транспортным средством для перевозки войск стали морские суда. В составе советского военно-морского флота войсковых транспортов не было. Согласно расчетам, требовалось 85 судов гражданского флота. Их предстояло собрать и дооборудовать, а также отобрать экипажи. Для материально-технического обеспечения войск директивой № 79655 министра обороны и начальника Генерального штаба от 15 июня 1962 г. начальнику тыла предписывалось к 1 июля подготовить к отправке 6500 т продовольствия, 18 000 т продуктов длительного пользования (на год), 7400 т автобензина и дизельного топлива, 2800 т авиационного топлива, трехмесячный запас корабельного топлива (21000 т).⁸ С полевыми подвижными госпиталями предписывалось отправить неприкосновенный запас имущества боевого перечня и расходное медицинское имущество на шесть месяцев. Первой к месту будущей дислокации Группы советских войск на Кубе прибыла 12 июля 1962 г. передовая группа командования ГСВК во главе с генералом армии И.А. Плиевым (псевдоним - Павлов). Она должна была на месте уточнить точки расположения войск и уже через три дня доложить о портах приема войск. В рекогносцировке местности участвовали представители кубинского военного командования, В некоторых случаях по результатам рекогносцировки ставился вопрос о переселении кубинских крестьян с выбранных для военных баз мест. В СССР войска грузились в нескольких портах (Балтийске, Лиепае, Николаеве, Поти, Севастополе, Североморске). Части поднимались по тревоге и сосредоточивались в военных городках близ портов погрузки. О конечных целях перемещения частей не сообщалось даже высокопоставленным офицерам. Место выгрузки доводилось до командования после выхода в Атлантический океан и вскрытия соответствующего пакета, скрепленного подписями министра обороны и министра морского флота. Погрузка и выгрузка войск осуществлялись ночью.

Первые боевые подразделения  советских войск прибыли на Кубу в начале августа. Они разгружались в портах Сантьяго-де-Куба, Нуэвитас, Касильда, Гавана, Ваия-Онда, Кабаньяс и Мериель, В середине августа началась переброска ядерных боезарядов. В сентябре стали прибывать на Кубу ядерные ракеты средней дальности, а также самолеты Ил-28 и тактические ракеты "Луна", которые могли быть использованы как носители ядерных зарядов.⁹ В то же время на заседании Совета обороны (протокол №29) 25 сентября 1962 г, был отменен поход надводных кораблей и вспомогательных судов Северного, Черноморского и Балтийского флотов на Кубу. Вопрос о скрытном развертывании ГСВК в сентябре 1962 года фактически был снят с повестки дня.

Американское руководство  знало о развертывании советских  войск на Кубе практически с июля 1962 года, что было неудивительно  при наличии на острове разветвленной  американской разведывательной сети. Вот что докладывал об этом советский  военный представитель в Вашингтоне в ноябре 1962 года: "Роберт Кеннеди, касаясь кубинского кризиса, сказал, в частности, что в дни кризиса  правительству США удалось обеспечить "высокий уровень секретности". О действительных планах президента фактически знало только 12 человек. «Нам, - заявил Р. Кеннеди, стало известно о возможности строительства  ваших ракетных баз на Кубе 3-4 месяца назад, и мы терпеливо хранили этот секрет до 22 октября».¹⁰ Для отражения возникающей угрозы президенту США не требовалось особых организационных усилий. В конце 40-х годов боеготовые группировки американских вооруженных сил были размещены в различных районах мира. А их применение было уточнено в военно-политической стратегии "гибкого реагирования", суть которой была изложена в специальном послании

Дж. Кеннеди конгрессу  США. В нем говорилось: «Мы должны иметь способность целенаправленно  выбирать оружие и способ его использования, варьировать темпы военного производства и гибко управлять нашими войсками, для того чтобы в кратчайшие сроки  в любой обстановке реагировать  на изменяющиеся условия и цели».¹¹

Для действий против Кубы в 1962 году предполагалось использовать объединенные командования (ОК) вооруженных сил США в зоне Атлантического океана и в зоне Южной и Центральной Америки (так называемое Южное командование). В этих целях к июлю 1962 го да были разработаны три оперативных плана; 312-62, 314-62 и 316-62. По плану 312-62 планировалось нанести удары с воздуха по кубинской территории самолетами тактического авиационного командования ВВС и базовой и палубной авиации ВМС США, действующих с мест постоянной дислокации. Оперативные планы 314-62 и 316-62 известной мере являлись развитием постоянного оперативного плана ОК в зоне Атлантического океана. Планом 314-62 предусматривалась пятидневная огневая подготовка силами авиации ВВС и ВМС и кораблей флота с последующей высадкой воздушного и морского десантов на кубинской территории. Основной удар планировалось нанести в районе Гаваны. План 316-62 отличался от плана 314-62 тем, что сокращались сроки начала операции после получения приказа на ее проведение. Кроме того, предполагался ввод в сражение войск по частям, по мере их готовности. В обоих планах в силы десанта выделялись пять дивизии из стратегического резерва на континентальной часта США и две дивизии морской пехоты (одна из Тихоокеанского флота). В первом эшелоне десанта предполагалось иметь четыре армейские дивизии и одну дивизию морской пехоты. Все оперативные планы содержали мероприятия по установлению морской и воздушной блокады Кубы, а также создание на острове американской военной администрации.¹²

1.2 Соотношение  сил

Военные с обеих сторон стремились к безусловному поражению  первым же ударом всех стратегических ядерных средств противника. Для этого необходимо было создать количественное и качественное превосходство в стратегических средствах доставки ядерного оружия. А достичь внезапности при первом ядерном ударе пытались за счет размещения стратегических ракет средней дальности вблизи границ противника.

И в Москве, и в Вашингтоне понимали, что даже после внезапного массированного ядерного удара по объектам противника вполне вероятен ответный выпад, хотя и не массированный, но способный  унести жизни многих людей. Но это  был уже вопрос второстепенный. Главное  заслоняло собой все – одержать победу в ядерной войне.

К маю 1962г. США имели значительное превосходство над Советским  Союзом в средствах доставки и  семнадцатикратный перевес по ядерным  боеприпасам. Превосходство в средствах  средней дальности, способное превратить Западную Европу в радиоактивные  развалины, и планы нанесения  ядерных ударов по Аляске силами отдельного ракетного полка, который предполагалось развернуть в районе Анадыря, были слабым утешением для руководства Советского Союза.

В 1962 году уже 87% американских межконтинентальных ракет (Атлас-F, Титан-1) было размещено в шахтных пусковых установках, что обеспечивало их живучесть. Советский Союз только приступал к их строительству. Техническая готовность межконтинентальных ракет (МКР) США к старту из различных степеней боевой готовности в два раза превосходила аналогичные советские показатели.

С 1961 года одна треть стратегических бомбардировщиков В-52 осуществляла дежурство  в воздухе. Другая треть находилась в 15-минутной готовности к вылету, При  этом на самолетах, предназначенных  для дежурства как в воздухе, так и на земле, размещалось ядерное оружие, а экипажам вручались документы с боевой задачей. Кроме того, с октября 1958 года в соответствии с системой «Рефлекс экшн» было организовано аналогичное дежурство средних бомбардировочных авиационных крыльев на передовых аэродромах Великобритании, Северной Африки и Испании.

Дальняя авиация советских  ВВС находилась в мирное время  в суточной готовности. При этом для выполнения боевых задач соединения стратегических бомбардировщиков должны были перебазироваться на передовые  аэродромы Кольского полуострова  и Чукотки, США значительно опережали  СССР и в развертывании морских  ядерных сил. Атомные подводные  лодки класса «Джордж Вашингтон» имели на борту по 18 ракет «Поларис-AI» (дальность полета — 2800км), пуск которых осуществлялся из подводного положения. В начале 60-х годов они базировались в Холи-Лох (западное побережье Шотландии) и осуществляли боевое патрулирование в Северной Атлантике.

Советский ВМФ только приступал  к развертыванию группировки  ракетных подводных лодок. Атомные  подводные лодки 658 проекта с тремя  ракетами Р-13 (дальность полета — 600км) проходили испытания. В боевом составе  флота находились только дизель-электрические  подводные лодки 611 проекта с двумя  ракетами Р-11 ФМ (дальность — 150км) и 629 проекта с тремя ракетами Р-13.

При этом ракеты на борт лодок  загружались непосредственно перед  выходом в море, пуск ракет производился из надводного положения (при волнении моря не выше 5 баллов). Боевое патрулирование не предусматривалось. Для поражения  объектов на территории США предполагалось привлекать подводные лодки 629 проекта.

Учитывая горький опыт Перл-Харбора, США в 1961 году развернули в Туле (Гренландия) и Файлингдейаз-Мур (Великобритания) две станции системы предупреждения о ядерном ударе. Станции позволяли фиксировать факт полета МКР за 25—30 минут до падения их головных частей на территории США, что обеспечивало достаточное время для принятия решения на ответные действия и тем самым исключало возможность внезапной атаки противника.

Кроме того, США по «настойчивым просьбам» своих союзников по НАТО к маю 1962 года в дополнение к 60 ракетам «Тор», развернутым на западе Англии, завершили развертывание  в Северной Италии и Турции 45 пусковых установок ракет средней дальности (РСД) «Юпитер». И хотя эти ракеты находились в оперативном подчинении ВВС Великобритании («Тор») и объединенного  командования НАТО («Юпитер»), планирование их боевого применения осуществлялось в общем плане «ядерного наступления» США. Время подлета этих ракет  до целей на территории СССР составляло всего 10 минут, что полностью лишало советское руководство возможности  принять решение об ответных действиях.

Таким образом, к началу 60-х  годов Соединенные Штаты обладали количественным и качественным превосходством в области стратегического ядерного вооружения и гипотетически могли  одержать победу в ядерной войне  с СССР.

карибский кризис стратегический ядерный

Глава 2. Развитие Карибского конфликта

2.1 Скрытая фаза  кризиса

Обычно кризис вокруг Кубы ограничивают тринадцатью днями - с  14 по 27 октября 1962г. Но это слишком упрощенный подход к одному из важнейших конфликтов послевоенной истории. Некоторые исследователи выделяют три фазы кризиса: скрытую, открытую и завершающую.

Скрытая фаза кризиса началась в первые дни сентября. Не случайно 27 августа разведывательные данные по Кубе стали докладываться высшему  руководству США в виде ежедневной самостоятельной сводки. Согласно докладу советского военного представителя в Гаване от 2 сентября 1962г., администрация США отдала приказ своим вооруженным силам об открытии "ответного" огня по кубинским кораблям и самолетам в нейтральных водах и воздушном пространстве и информировала правительства стран ОАГ о том, что "в ближайшее время в Карибском бассейне произойдут серьезные события, если Кастро не образумится".¹³ В условиях разворачивающейся в США предвыборной кампании 4 сентября пресс-секретарь Белого дома был уполномочен дезавуировать заявления оппозиции о наличии советских войск на Кубе. Вместе с тем было сделано официальное предупреждение о серьезных последствиях появления "организованных вооруженных сил на Кубе из любой страны советского блока или с русских военных баз". 13 сентября конгресс разрешил президенту мобилизовать 150 тыс. резервистов в регулярную армию на год в связи с его обращением от 7 сентября о необходимости этой меры для защиты Западного Берлина. Совместная резолюция конгресса, принятая 26 сентября, уже однозначно была направлена против Кубы. В ней указывалось, что "США намерены... Б) помешать созданию или использованию на Кубе военного потенциала извне, представляющего угрозу безопасности Соединенных Штатов; С) совместно с Организацией американских государств и свободолюбивыми кубинцами поддержать стремление кубинского народа к самоопределению".¹⁴

В военном плане к 19 сентября завершилась подготовка к маневрам НАТО "Фолекс-62". Их главной целью  была отработка военных действий в условиях обмена массированными ядерными ударами. ОК США в зоне Атлантического океана получило 1 октября указание сосредоточить к 20 октября силы и средство для реализации оперативного плана 312-62.

3 октября началось усиленное  воздушное патрулирование прибрежных  вод США с целью выявления  советских подводных лодок, а  также развертывание оперативного  соединения американских ВМС  для осуществления морской блокады  Кубы. 6 октября командующему ОК в зоне Атлантического океана было отдано распоряжение к 15 октября быть в готовности выполнять оперативные планы 314-62 и 316-62. Были также перенесены на октябрь плановые учения американских военно-морских сил в районе Карибского моря, в частности маневры с отработкой морской десантной операции. Как видим, вооруженные силы США к 20-м числам октября 1962 года должны были быть готовы не только к вторжению на Кубу, но и к возможной всеобщей ядерной войне.¹⁵

Хрущев, по всей видимости, понимая  уязвимость принятого решения по скрытному размещению ядерных ракет  на Кубе и невозможность сохранить  его в тайне, с июля 1962 года обратил  особое внимание на политическое прикрытие  этой акции. По оценке американской разведки, именно с этого месяца в официальных  советских заявлениях появилась  увязка противодействия военному вторжению  США на Кубу с использованием ракет. В начале сентября Хрущев в беседе с министром внутренних дел США  заявил: "Но ведь вы направляете в  Японию ракеты и ядерные боеголовки. Зачем это делается? Это же направлено против нас. Вы угрожаете Фиделю Кастро, и мы даем ему современную оборонную технику. Кубинцы не знают, как обращаться с этой техникой, и мы направляем к ним наших специалистов для обучения".¹⁶ Этот же мотив присутствует в заявлении ТАСС от 11 сентября 1962 г. В нем делалось также предупреждение о том, что нападение на Кубу может означать начало развязывания войны. "Советское правительство, - указывалось в заявления, - считает своим долгом проявить в создавшейся обстановке бдительность и поручить министру обороны Советского Союза, командованию Советской Армии принять все меры к тому, чтобы наши Вооруженные Силы были приведены в наивысшую боевую готовность".

По мере обострения обстановки вокруг Кубы Хрущев продолжал свою политику успокоения американского  руководства. 16 октября в беседе с послом США советский премьер  заверил, что планируемый рыбный порт в Мариеле (Куба) будет полностью невоенным. Во время сессии Генеральной Ассамблеи ООН 18 октября 1962 г. А.А. Громыко нанес визиты президенту и госсекретарю США. Он подтвердил, что помощь Кубе преследует только оборонительные цели. По существу, эти беседы были зондажем намерений США, о чем Громыко телеграфировал в Москву: "Полностью, конечно, нельзя быть застрахованным от неожиданностей и авантюризма со стороны США и теперь в кубинском вопросе; но, все же, учитывая бесспорные объективные факты и соответствующие официальные публичные заявления, а также заверения, сделанные нам, что США не имеют планов вторжения на Кубу (что их, бесспорно, во многом связывает), можно сказать, что в этих условиях военная авантюра США против Кубы почти невероятна".¹⁷